К продвижению белорусских товаров хотят привлечь диаспору

Белорусские власти в условиях кризиса стали апеллировать с экономическими вопросами и к диаспоре.

Официальный Минск пытается расширить диалог с диаспорой, в частности усиливает внимание к экономическим возможностям белорусов зарубежья. Даст ли это эффект?

Фото Сергея Балая

 

Будет ли услышан призыв о помощи?

5 сентября в Минске прошло заседание Консультативного совета по делам белорусов зарубежья, на котором выступил глава совета, министр иностранных дел Владимир Макей.

По традиции в докладе шла речь о достижениях и проблемах в развитии сотрудничества с диаспорой, о новых целях и задачах на этом пути. Однако лейтмотивом выступления можно, без сомнения, считать рассуждения о сложности ситуации, в которой оказалась ныне страна как в военно-политической, так и в экономической области.

Поэтому принятие всех возможных мер ради сохранения ее самостоятельности, суверенитета и государственности было названо общей задачей. В свете этого министр выразил надежду, что «наши соотечественники за рубежом будут продвигать не только белорусскую культуру, но и содействовать расширению торгово-экономических связей».

Обращение к экономическим проблемам в таком контексте стало первым за все время диалога, что явно свидетельствует о серьезности положения.

При этом возникает естественный вопрос, в какой мере адресаты этого призыва к нему прислушаются.

 

Потенциал как будто большой, но…

Согласно разным оценкам, белорусов в 73 странах сегодня проживает от 2,5 до 3,5 миллиона. Следует, однако, иметь в виду, что, как бы ни считать, количество это неуклонно (и быстро) сокращается.

По переписи 2002 года в России белорусами записалось 810 тысяч человек, а восемь лет спустя — всего 520 тысяч. Аналогичная картина на Белосточчине в Польше: за десять лет число белорусов уменьшилось с 300 до 42 тысяч. Причем причиной стала не естественная убыль, а ассимиляция.

Кроме того, подавляющее большинство этих людей ведет себя в плане связей с Беларусью весьма пассивно. В Иркутской области России насчитывается почти 50 тысяч белорусов, но только одна тысяча входит в национальное сообщество. Та же тенденция имеет место в Соединенных Штатах.

В таких условиях белорусские власти должны были, казалось бы, прилагать максимум усилий для укрепления связей этих людей с исторической родиной. На деле же до последнего времени демонстрировалось практически полное отсутствие интереса.

 

Лояльность превыше всего?

Речь, разумеется, идет о нынешнем руководстве, так как на заре независимой Беларуси подход был радикально иным. 10 сентября 1990 года по инициативе интеллигенции прошла учредительная конференция Международной общественной организации «Объединение белорусов мира «Бацькаўшчына».

Организованный ею в 1993 году І съезд белорусов мира получил поддержку на самом высоком уровне. По поводу этого события была даже выпущена специальная почтовая марка.

Но через четыре года ситуация резко изменилась, что, впрочем, было совершенно объяснимо, так как значительная часть белорусов зарубежья негативно восприняла новый режим. После проведенных им референдумов и особенно смены национальной символики представители белорусской эмиграции на Западе во втором съезде вообще участвовать отказались.

В итоге он и три последующих все же были проведены, но это потребовало от организаторов большого напряжения сил. Даже летом 2009 года, когда отношения официального Минска с Западом были более или менее приличными, найти помещение для V съезда удалось с большим трудом, и никаких средств на его проведение государство не выделило.

Соответственно, в таких обстоятельствах эти мероприятия не могли получить надлежащего политического резонанса.

Несмотря на все призывы, был надолго положен под сукно проект закона «О белорусах зарубежья». А в 2012 году было отказано во въезде в страну членам Большой рады «Бацькаўшчыны» — главному редактору еженедельника белорусов в Польше «Ніва» Евгению Вапе и председателю Белорусского культурного сообщества «Хатка» в Гданьске Лене Глаговской.

Одновременно посольствами Беларуси велась активная работа по созданию за рубежом лояльных союзов белорусских организаций, которые можно было бы использовать в качестве собственного политического инструмента.

Например, в начале 2011 года руководители таких структур из Латвии, Литвы, Эстонии, России и Украины на встрече в Риге приняли обращение к главам государств Евросоюза, членам Совета Европы и депутатам Европарламента, призвав отказаться от риторики времен холодной войны и железного занавеса и вернуться к конструктивному диалогу с Беларусью.

VI съезд белорусов мира, июль 2013 г. Выступает министр культуры Борис Светлов. Фото Ольги Клещук

В общем, складывалось впечатление, что на значительной части диаспоры был поставлен крест. Однако несколько неожиданно с VI съездом «Бацькаўшчыны», прошедшем в 2013 году, особых организационных проблем уже как будто не возникло. Более того, вскоре был принят долгожданный закон, а при внешнеполитическом ведомстве создан упомянутый Консультативный совет.

И хотя эксперты оценили документ как весьма далекий от совершенства, эти шаги привели к определенному смягчению в отношениях с диаспорой, что можно только приветствовать.

Правда, есть опасение, что отсутствие ожидаемого экономического эффекта в лучшем случае заморозит ситуацию. Получение же каких-либо существенных материальных дивидендов от диаспоры маловероятно. Притом без политической подоплеки, просто потому, что у страны — большие проблемы с конкурентоспособностью товаров и деловым климатом.


  • По переписи 2002 года в России белорусами записалось 810 тысяч человек, а восемь лет спустя — всего 520 тысяч. Аналогичная картина на Белосточчине в Польше: за десять лет число белорусов уменьшилось с 300 до 42 тысяч. Причем причиной стала не естественная убыль, а ассимиляция. Кроме того, подавляющее большинство этих людей ведет себя в плане связей с Беларусью весьма пассивно. === === Это совершенно закономерно: РБ для них, как частицу своей родной земли, перекрыли фигуры тех, кто им далеко не симпатичен. Прикиньте - парень в 22 года, разозлясь, свалил за рубеж, там устроил свою жизнь. Сейчас он мужчина 44-х лет, но возвращаясь в родные пенаты - какую счастливую Беларусь, свою Родину, он может увидеть здесь? Ту же самую, что видим мы. Но мы попривыкли да пообтрепались, а он смотрит пристальней, да просто её не принимает. -- Это что за зоопарк? -- думает он. Ну, чего мы хотим от "наших", нас покинувших? И это не их вина.