Консерватор Лукашенко решил стать цифровым революционером

Можно ли превратить Беларусь в IT-страну без смены политического режима?

Сегодня Александр Лукашенко, которого критики привыкли рисовать консерватором и антиреформатором, упорно доказывал, что «никогда не был ретроградом».

На совещании по проекту декрета «О развитии цифровой экономики» руководитель Беларуси, из уст которого электорат привык слышать сентенции о роторных жатках, разведении племенного скота, выращивании рапса и кукурузы, оперировал новомодными терминами типа «блокчейн».

«Мы должны принять новую, как ее называют, цифровую реальность и максимально использовать все возможности, которые она открывает перед Беларусью», — заявил Лукашенко на совещании 11 декабря в Минске.

Он отметил, что «еще весной было принято решение о создании IT-страны». И вот теперь, как сообщил БелаПАН присутствовавший на совещании IT-бизнесмен Виктор Прокопеня, ожидается, что декрет о развитии цифровой экономики будет подписан до конца года.

Причем, по словам Прокопени, президент пообещал, что подпишет документ «в самой либеральной редакции».

 

Как высокое начальство запало на айфоны-плафоны

Да, Лукашенко консерватор в плане сохранения сектора социндустрии (безработный пролетариат — опасная сила), но здесь вдруг обнаружилось, что практически сама по себе под боком выросла гигантская курица, несущая золотые яйца без государственных финансовых инъекций. Речь идет о расположенном на окраине Минска Парке высоких технологий.

Остряки говорят, что ПВТшникам повезло: мол, поскольку высокое начальство в этих технологиях ни в зуб ногой, то и не лезло с ценными указаниями, не мешало развиваться. Шутки шутками, но за прошлый год на фоне рецессии белорусской экономики экспорт ПВТ вырос на 16% и составил 820,6 млн долларов. Очкастые мозгляки заткнули за пояс красный директорат.

Падение цен на нефть и очередной нефтегазовый конфликт с Россией, тянувшийся до апреля нынешнего года, также подтолкнули белорусское руководство переосмыслить экономические реалии. Стало понятно, что нужно как-то уходить от нефтяного проклятия, слезать с российской энергетической иглы.

К слову, именно российским журналистам Лукашенко в ноябре прошлого года сказал: «Времена нефти и газа уходят. Будущее — за новейшими технологиями. То, что, к счастью, мы создали в свое время — Парк высоких технологий, вот эти всякие гаджеты, айфоны, плафоны и прочее, — это будет приносить богатство в будущем».

Показательно, что в марте нынешнего года ПВТ возглавил доверенный человек — бывший помощник президента Всеволод Янчевский.

Сегодня лидер Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько написал в фейсбуке: «Совещание у Лукашенко по цифровой экономике закончилось под аплодисменты айтишников, бизнеса. Что это? Готовность Лукашенко стать европейским Пиночетом, проводящим экономические реформы и одновременно закручивающим гайки права и свобод граждан? Или эта своеобразная форма бессилия перед кризисом и вызовами, с которыми не справляются привычные методы?»

Тот же Прокопеня в конце ноября с трибуны заседания Парламентской ассамблеи Центрально-Европейской инициативы в Минске провозгласил, что готовящиеся изменения белорусского IT-законодательства имеют целью «сделать Беларусь IT-Гонконгом Восточной Европы» (в другой вариации — «IT-Гонконгом славянского мира»).

Гонконг, напомню, — это специальный административный район коммунистического Китая, достигший высот развития и благосостояния за счет свободного рынка, низкого налогообложения и невмешательства государства в экономику.

Итак, вопрос в том, способно ли руководство Беларуси создать действительно свободные условия для развития хотя бы IT-бизнеса. Или, переходя на образный ряд Лебедько, — способен ли Лукашенко стать этаким Пиночетом высоких технологий.

 

Прокопеня: через тернии к звездам

Да, можно говорить об определенном прогрессе: некогда президент именовал предпринимателей вшивыми блохами, а сейчас приглашает на совещания и обещает раскрепощение бизнеса.

Но этот прогресс условен и шаток. Еще под занавес 2010 года Лукашенко подписал директиву № 4 о развитии предпринимательской инициативы и стимулировании деловой активности. Прошло семь лет, и вот в прошлом месяце подписан декрет № 7 о развитии предпринимательства, распиаренный чиновниками как прорывной, революционный. Но у вас нет ощущения дежавю?

Периодическое «раскрепощение бизнеса» не предотвращает национализации частных предприятий «именем революции» (вспомним эпопею с отъемом кондитерских фабрик «Коммунарка» и «Спартак» у американского инвестора Марата Новикова), посадок деловых людей за решетку и последующего выхода их на свободу после «компенсации ущерба» (или, как говорят злые языки, выкупа).

И за примерами далеко ходить не надо. Уже не раз упомянутый здесь Прокопеня в 2015 году был задержан, обвинен в незаконной предпринимательской деятельности и провел девять месяцев в следственном изоляторе. По ходу против бизнесмена возбудили еще два уголовных дела за уклонение от уплаты налогов.

Из-под стражи Прокопеню освободили после того, как он, по сообщению Следственного комитета, «полностью возместил весь ущерб». Позже в СМИ просочилось, что уголовные дела об уклонении от уплаты налогов прекращены за отсутствием состава преступления, а в деле о незарегистрированной предпринимательской деятельности аналогичная точка поставлена указом президента.

В марте же нынешнего года Лукашенко в сопровождении российского миллиардера Михаила Гуцериева сам пожаловал в офисы компаний Прокопени и пообещал поддержку: мол, «вы получите все, о чем мы договоримся, по законодательству».

При чем здесь Гуцериев? А дело в том, что чуть раньше, в декабре 2016 года, инвестиционный фонд Гуцериева Larnabel Enterprises и инвестиционная компания Прокопени VP Capital объявили о начале реализации в ряде стран Европы, включая Беларусь, совместных перспективных инновационных проектов, связанных с созданием и продвижением IT-продуктов на базе искусственного интеллекта.

У Лукашенко с Гуцериевым давние теплые отношения. И тот, вероятно, постарался убедить белорусского президента в выгодах ставки на IT-сектор. Так или иначе, но идея революционного декрета о цифровой экономике, похоже, витала в воздухе уже тогда, в марте, когда Лукашенко пришел в офис Прокопени.

 

Далеко ли мы ушли от сталинских шарашек?

Ныне же Прокопеня, как видим, выступает горячим промоутером этих новаций. Однако политологу Валерию Карбалевичу история бизнесмена, который «отсидел, заплатил выкуп за свою свободу» и теперь, судя по всему, пользуется покровительством президента, отдаленно напоминает «сталинские шарашки, когда людей арестовывали, заставляли работать, а потом они становились уважаемыми персонами».

Опыт СССР, Северной Кореи показывает, что и при жестких политических режимах наука и технологии могут развиваться, достигать успехов, но — «в определенных пределах», отметил политолог в комментарии для Naviny.by.

Такие успехи возможны и в Беларуси, но в способности нынешнего режима построить в целом IT-страну собеседник сомневается. К тому же новые технологии могут быть использованы для еще более плотного контроля над обществом, добавляет Карбалевич.

Он обращает внимание на сегодняшние слова Лукашенко, адресованные айтишникам: «Ну а если вы создадите здесь такую прекрасную гавань, куда все приедут и будут сами на себя работать и зарабатывать, не думая о других, и даже о тех, кто у вас в компаниях будет работать… Честно говоря, не нужна мне такая гавань… Порядок никто не отменял».

Или вот еще: «…Государство нуждается в силе. Поэтому его надо поддерживать. Я клоню к тому, что, зарабатывая себе, не забывайте, пожалуйста, что вы живете в конкретном государстве».

По мнению политолога, это квинтэссенция того, как Лукашенко понимает экономику: «То есть если люди будут зарабатывать, становиться богатыми помимо государства, то мне такая экономика не нужна».

 

Когда нет правового государства, толку от декретов мало

Действительно, мы видим, как время от времени, особенно в кризисные периоды, высокое руководство осеняет гениальная мысль «снять жир» с тех или иных богатеньких буратин. Вот недавно, например, Лукашенко возмущался высокими заработками банкиров, названных «скопищем жирных котов».

И сколько бы ни писалось прогрессивных указов и декретов о раскрепощении того и сего, у режима пока плохая репутация — и мало шансов, что он избавится от замашек большевистского комиссара с маузером, от позывов к раскулачиванию.

Вся история правления первого президента Беларуси показывает, что созданная им система плохо рифмуется со словом «свобода». Даже если речь о свободе сугубо экономической, не говоря уж о политической.

Впрочем, одно с другим тесно связано. Беларусь не способна стать IT-страной, пока здесь не будет минимальной рамки демократических свобод, правового государства, в частности — независимого суда.

На сегодняшнем совещании руководитель ПВТ Янчевский отметил, что в современном мире страны все чаще конкурируют не территориями, производствами или сырьем и даже не технологиями, а качеством правовых систем: «И люди, и технологии, и капиталы устремляются туда, где им комфортнее с правовой точки зрения».

Также с гордостью подчеркивалось, что декретом будет разрешено использовать при совершении сделок в IT-сфере отдельные элементы английского права.

Но у нас хоть ты английское право прописывай, хоть марсианское, — толку будет мало, пока остается опасность, что дверь в офис передовой фирмы откроет ногой комиссар с маузером, пришедший раскулачивать очередных «жирных котов».