Игорь Драко. СТРАСТИ. Проклятье маленькой страны

Игорь ДРАКО

Игорь ДРАКО

Родился в Фергане (Узбекистан), в школу ходил в Ивье (Гродненская область), окончил Санкт-Петербургский университет (Россия). Гражданин Республики Беларусь, которому почему-то не дают эфир на БТ. Любит читать, слушать, смотреть, писать и говорить, но не верит, что в споре рождается истина, поэтому предпочитает беседу.

Говорил с выпускником технического вуза про перспективы его трудоустройства и вообще, что называется, «за жизнь», про то, как, куда и на что он собирается свои ближайшие годы потратить. Он мне сказал простую (очевидную не только для его ровесников, но даже для их бабушек) и вместе с тем глубокую мысль: «Беларусь, конечно, не лучшая страна для карьеры и самореализации, но если уж остаешься здесь, то однозначно не в Ганцевичах каких-нибудь, а в Минске».

У меня нет под рукой социологических данных о настроениях молодежи в Швеции, Чехии или Португалии, но подозреваю, что тамошние выпускники университетов тоже не сильно хотят селиться в шведских, чешских или португальских Ганцевичах, предпочитая им Стокгольм (или хотя бы Гетеборг), Прагу и Лиссабон (Порту тоже подойдет).

Ведь что такое Ганцевичи как явление с точки зрения молодого человека? Это гиблое место. Оно угробит жизнь молодого человека, но и само долго не протянет.

Мегаполис тоже пожирает людей, но сам функционирует так, словно бы никогда не исчезнет. Урбанизация, по-моему, плоха не столько тем, что люди оставили свои деревенские избы и поля ради городских квартир и заводов, а тем, что породила Ганцевичи — небольшие города, которые, по правде говоря, вообще не нужны.

Ганцевичи, Быхов, Лиозно и подобные им поселения можно без сожаления, переселив жителей в большие города или деревни (выбор за самими переселенцами), сметать с лица земли, и потом на «освобожденных» от них территориях пасти скот. Или лесом засаживать, чтобы потомкам польза была.

Деревня, если там остались трудоспособные люди, понятная и нужная составляющего современного мира. Пахать, сеять, косить, доить коров, собирать урожай — новые технологии все это не упраздняют, лишь модифицируют в известной степени. И самое главное — человек на селе (работающий, а не пропивающий пенсию или наследство родителей) живет своей вовлеченностью в хозяйственные заботы.

Житель мегаполиса тоже сливается с местом своего обитания, производя действия, необходимые для вечной молодости большого города. А что делает человек в Ганцевичах? Зачем ему вообще что-либо делать, если в Ганцевичах ничто и никто не родит: ни земля, ни индустрия, ни архитекторы, ни художники, ни женщины?!

Проклятье Ганцевичей в том, что они застряли между деревней и большим городом. Но нашим выпускникам университета, которые родом из Ганцевичей или которым грозит распределение в гиблое место, еще повезло: могут убежать в большой город, не покидая пределов страны.

Да, Беларусь — страна для самореализации не самая привлекательная, но в Минске есть хоть какая-то движуха. Их сверстникам из Литвы повезло куда меньше (беру в пример Литву только на том основании, что Беларусь граничит с ней).

В мой первый визит в постсоветский Вильнюс и во все последующие визиты меня сопровождало чувство, что я нахожусь в городе для пенсионеров, в городе, где можно довольно комфортно (не в спальном районе на окраине, конечно) доживать, но не начинать самостоятельную жизнь после университета. И вся Литва мне кажется такой.

Видимо, я не так далек от истины, если статистика говорит, что с 1990 по 2017 год население страны уменьшилось с 3,7 млн до 2,85 млн человек, а социологические исследования утверждают: более 90% молодежи 15-19 лет готово уехать из страны за карьерой и лучшей жизнью.

Литва — это Ганцевичи размером со страну. Ганцевичи застряли между деревней и большим городом, а Литва — самая что ни на есть провинция ЕС.

Не думаю, что сами литовцы считают свою страну или столицу Вильнюс одним из центров Европейского союза. Правительство Литвы, разумеется, не создает умышленно такие условия жизни в стране, чтобы молодежь и люди постарше уезжали из нее. Просто Германия или США воспринимаются гражданами Литвы как места, где делаются «реальные» карьеры и общий стиль жизни соответствует тому, каким он, по их мнению, и должен быть у современного человека.

Поэтому вполне закономерно, что маленькие страны отказываются от части своего суверенитета в пользу того или иного межнационального объединения.

Дело не только в экономической подоплеке: мол, Германия богатая, она и нам разбогатеть поможет. Австрия и Швеция не были бедными странами на момент вступления в ЕС, что ими двигало в этом направлении? Они хотели уехать из своих Ганцевичей в мегаполис. Увы, и бывшая частью империи Австрия, и некогда важная европейская держава Швеция вне ЕС — всего лишь Ганцевичи на карте современного мира. Но вместе с другими странами ЕС они в мегаполисе. Германия и Франция как «главные» страны Евросоюза могли бы обойтись и без него, а вот малым странам он необходим, потому что в противном случае (то есть без ЕС) они выпадут из истории.

Беларусь — тоже Ганцевичи Европы. По экономическому потенциалу мы, полагаю, смотримся лучше Литвы, однако стать экономическим, политическим и культурным центром в Восточной Европе, как показала история страны с 1991 года, у нас не получается. Маловаты мы, а нынешние власти еще и стреножили творческую активность народа.

Вот Польша и Украина вполне могли бы претендовать на роль таковых (территория плюс население); у Польши, думаю, есть такие планы, и в Украине они, быть может, появятся, когда украинцы, наконец, разберутся со своими горе-руководителями.

Мы, подобно многим новым государствам (и старым, но небольшим), существуем в зазоре между нашими представлениями об «аутентичном» государстве (независимом, суверенном, имеющим свою «деревню», то есть миф об историческом прошлом) и тягой к участию в современной истории (жизни в мировом мегаполисе).

На личностном уровне проблема причастности к истории решается просто — эмиграция. Но всей страной не эмигрировать. Стране надо прибиваться к берегам, где брезжит свет будущего. Литва сделала свой выбор. Мы же, безосновательно и неумно спекулируя на теме «Беларуси — моста между ЕС и Россией/Евразией», запугивая самих себя революциями-майданами и принимая слепое самосохранение за движение из сегодня в завтра, рискуем навечно остаться в Ганцевичах…

Впрочем, можно и там осесть со своей офшорной цифровой экономикой. Говорят, тем, кто попадает в Ганцевичи по распределению, платят аж 305 рублей в месяц «грязными», минималку, или 150 долларов, если перевести в валюту всемирного мегаполиса.

Не в деньгах счастье? Быть может, и так. Но только не в Ганцевичах.

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».

 

 

 


  • Ну и до кучи: каким образом принадлежность маленькой и бедной страны к большому интеграционному объединению способно остановить утечку мозгов и рабочих рук? Наоборот, именно открытость границ в рамках союза эту утечку как раз и создает. Так происходит в Прибалтике,и ровно то же самое происходит и у нас - люди выезжают на заработки в Россию. И если сейчас этот процесс слегка притормозился, то это совсем не потому, что мы как то особо удачно "прибились к берегам". А потому что и там, "где брезжит свет будущего", уровень зарплат и жизни в целом тоже серьезно упал. Именно это и должен был бы написать г-н Драко, если бы он пользовался логикой. Но увы...
  • Ну и до кучи: каким образом принадлежность маленькой и бедной страны к большому интеграционному объединению способно остановить утечку мозгов и рабочих рук? Наоборот, именно открытость границ в рамках союза эту утечку как раз и создает. Так происходит в Прибалтике,и ровно то же самое происходит и у нас - люди выезжают на заработки в Россию. И если сейчас этот процесс слегка притормозился, то это совсем не потому, что мы как то особо удачно "прибились к берегам". А потому что и там, "где брезжит свет будущего", уровень зарплат и жизни в целом тоже серьезно упал. Именно это и должен был бы написать г-н Драко, если бы он пользовался логикой. Но увы...