100-процентный Саддам

Да, нашу страну нельзя ставить на одну доску с азиатской деспотией. Но очевидно и другое: говорить о подлинно демократическом механизме...

Вот говорят: диктатор, диктатор! А ведь пошел-таки на демократическую процедуру. Мог бы просто написать декрет о пожизненном правлении — и никто бы не пикнул. Мог бы, наконец, вывести 120 процентов поддержки назло проклятым янки. Но ограничился скромными 100%. Вы поняли, конечно, это все про Саддама Хусейна. Вчера в Ираке прошел референдум о продлении его полномочий. У нас в Беларуси, конечно, все по-другому. Но словечко «референдум» тоже нет-нет да и прозвучит.

Особый резонанс в нашем отечестве вызвало произнесение этого слова 17 сентября на большой пресс-конференции в Минске. Напомню: тогда президент Александр Лукашенко впервые признался, что не исключает своего нахождения на высшем государственном посту и после того, как в 2006 году окончится временной лимит его власти, предусмотренный конституцией. Тут еще можно заметить, что лимит этот был увеличен на два года элегантной коррекцией белорусского Основного закона в 1996 году. Ну да не будем мелочиться.

Итак, 17 сентября, перейдя — видимо, в связи с особой торжественностью заявления — на второй государственный язык, лидер страны заявил: «Я не пойду ні на якiя хiтрыкi, як у Беларусi кажуць. Ни на какие ухищрения я не пойду и на какие-то там, знаете, обоснования в связи с союзом Беларуси и России и так далее. Ни на какие! Если я решу, что я могу участвовать по многим причинам в выборах через четыре года, я пойду ясным и честным путем: референдум, изменения в Конституции и выборы».

С Ираком, конечно, все ясно. Там, например, статистику отглянцевали до того, что получилось, будто бы во вчерашнем мероприятии участвовали все 11 445 638 граждан, имеющих право голоса. Представьте себе: даже все паралитики и лежавшие на смертном одре умудрились вбросить бюллетени! Между тем доподлинно известно, например, что мятежный иракский Курдистан плебисцит напрочь проигнорировал.

Да, нашу страну — и это безо всякой иронии — нельзя ставить на одну доску с азиатской деспотией. Но очевидно и другое: говорить о подлинно демократическом механизме волеизъявления граждан в условиях сегодняшней Беларуси может либо витающий в эмпиреях идеалист (вы знаете таких?), либо прожженный циник. Яркий пример: на референдуме 1996 года большинство белорусов якобы высказалось против прозрачности и подконтрольности бюджетов всех уровней. В голове не укладывается. Наверное, и в администрации президента на такой феномен не рассчитывали. Вопрос вообще включили для разбавки. Главное было — протащить нужный вариант конституции. Тот самый, что позволил начать заново отсчет президентского срока, а главное — дал главе державы практически безграничные полномочия и возможность элементарно упразднить строптивый Верховный совет.

Но административный ресурс сработал, как всегда, негибко и на всякий случай выжал цифры побольше по всем пунктам. Так что теперь всякие нападки оппозиции по поводу некоего тайного «президентского фонда» лидер нации может отметать с порога: нация дала ему карт-бланш.

С тех пор вертикаль накопила большой опыт организации всенародных кампаний. В избиркомах всех уровней — проверенные кадры. Оппозицию вымели начисто со всех этажей власти (чему, ради справедливости заметим, она и сама немало способствовала). Да и законодательство отшлифовали в нужном духе. Одно досрочное голосование чего стоит — просто подарок для искусников электоральной цифири. Добавьте сюда тяжелую артиллерию официозных СМИ — и сценарий народного волеизъявления готов. А то, что социологи потом зафиксируют расхождение процентов в двадцать между официальными итогами голосования и данными опроса тех же избирателей (как было в сентябре прошлого года) — так ведь и на этих умников укорот найдется. Вот комиссию придумали, которая их лицензировать будет. Или не будет — это смотря по поведению.

Кстати, насчет социологии. Исследования показывают, что массовое сознание белорусов находится ныне в незавидном состоянии. Налицо тяжелый постсоветский синдром. Который выражается, например, в явном раздвоении мыслей. Одни и те же люди готовы голосовать и за вхождение в Россию, и за вступление в Евросоюз.

Это к тому, что референдум, кроме всего прочего, нормально срабатывает лишь в зрелом, стабильном и политически развитом обществе. Белорусскому обществу, увы, до этих критериев далековато. Впрочем, подобная картина на всем постсоветском пространстве. А кое-где и похуже. Что позволяет отдельным лидерам бывших республик СССР легко продлять свои полномочия сколько душе угодно. При формально демократическом волеизъявлении. Это тот случай,. когда, как говаривал дедушка Ленин, по форме правильно, а по сути издевательство.

Официальному Минску труднее. Все-таки не Азия, а центр Европы. И всякие европейские организации глядят в оба, и чуть что — гвалт несусветный: права человека зажимают и так далее… Но — не мытьем, так катаньем. Вон как культурно выдавили мониторинговую группу ОБСЕ. Совсем как у Ленина: по форме верно… Короче, пусть мониторят теперь в другом месте.

Ну а Саддам хоть и хороший парень, с этими 100% перегнул. Элегантнее надо, элегантнее!