Чем тяжелее с финансами, тем легче обвинения за Площадь?

Налицо явная нестыковка: Площадь была одна, призывы звучали в унисон, фигуранты засветились в аналогичных обстоятельствах, а статьи им шьют разные…

Статьями обвинений в адрес участников событий 19 декабря белорусские органы жонглируют с легкостью циркачей. Раз-раз — и вот еще одной группе фигурантов резонансного дела поменяли статью: 293-ю (до 15 лет) — на 342-ю (до трех лет). Это называется — почувствуйте разницу. Независимые аналитики ищут объяснение этим метаморфозам не столько в юриспруденции, сколько в политической и экономической плоскостях.

Чем тяжелее с финансами, тем легче обвинения за Площадь?

Аттракцион неслыханного гуманизма

В прессе уже закрепился термин «дело о массовых беспорядках». На соответствующем априорном обвинении (да еще и похлеще — мол, заговор, переворот готовили!) базировалась оглобельная пропаганда в государственных СМИ, сделавших белорусских декабристов преступниками до суда.

Теперь журналистам надо чесать репу и называть дело о событиях Площади как-то иначе. Но это пустяк, главное же — вся пропагандистская картина массовых беспорядков поползла, смазалась. Страшилка сдулась, как детский шарик.

«По ходу первых судебных процессов стала видна искусственность обвинений по статье 293», — отметил в интервью для Naviny.by юрист и правозащитник Юрий Чаусов.

По его словам, эта статья Уголовного кодекса как раз-таки хорошо прописана. Деяния должны сопровождаться целым букетом признаков: насилием над личностью, погромами, поджогами, уничтожением имущества, вооруженным сопротивлением представителям власти.

Пожалуй, для любого человека с не слишком воспаленным воображением очевидно, что этого набора жутких опций на Площади не было. А легендарный ледоруб, бутылки с подозрительной жидкостью (неизвестно кем туда принесенные или подброшенные), пять потоптанных кустов можжевельника казацкого — как-то хило в качестве доказательной базы.

«В присутствии на судах наблюдателей от ОБСЕ обвинения стали выглядеть особенно шатко, местами даже анекдотично», — считает Чаусов. Переквалифицируя их, белорусские власти стремятся придать процессам видимость большей законности в глазах зарубежья, полагает наш собеседник.

30 марта более мягкое обвинение — по 342-й статье — было предъявлено экс-кандидатам в президенты Владимиру Некляеву и Виталию Рымашевскому, а также Александру Федуте, Сергею Возняку, Андрею Дмитриеву, Анастасии Положанко. 4 апреля этой же более снисходительной статьи «удостоились» Дмитрий Бондаренко, Сергей Марцелев, Павел Северинец, Ирина Халип.

Итак, в общей сложности уже десятке фигурантов переквалифицировали обвинение, заменив эти самые массовые беспорядки на «организацию и подготовку действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них». Обыватель чешет репу: хрен поймешь, то был почти переворот, а то, похоже, только типа «хулиганки»!

Ну а «счастливчики» принимают поздравления. Во дожили: три года вероятной тюрьмы приравниваются к шальному выигрышу в лотерею!

Власти начинают игру с Западом

Так что — белорусские власти перечитали УК, поняли юридическую оплошность и посыпали голову пеплом? Да уж вряд ли, тут ищите в подоплеке экономику с политикой, дружно говорят независимые эксперты.

Это может быть сигнал и Западу (давайте торговаться), и белорусскому обществу (ну не такие уж мы и кровожадные, видите!). Такое мнение высказал в интервью для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

Что же подвигло власти на аттракцион неслыханного гуманизма?

«Главный фактор — это тяжелая финансово-экономическая ситуация», — уверен Валерий Карбалевич. Эксперт подчеркивает: предчувствие девальвации всполошило инвесторов, возникла угроза вывода капиталов. Золотовалютные резервы Беларуси истощаются, ожидаемых кредитов от Москвы хватит только на несколько месяцев. Потом, по идее, снова надо просить денег у МВФ. А это возможно только если удастся замириться с Западом.

Со своей стороны, Юрий Чаусов отмечает, что «19 декабря белорусские власти переиграли сами себя». Хотели преподать урок внутренним оппонентам, «отморозкам», а в итоге оказались наедине с Москвой, которая не преминула использовать это, чтобы мягко взять за горло, предъявить свои условия в духе экономической экспансии. Теперешнее жонглирование статьями обвинений, по мнению Чаусова, ориентировано на то, «чтобы удобнее и быстрее вступить если не в полноценный диалог, то в некий торг с Западом».

Аналитик-международник Роман Яковлевский также видит за новым смягчением обвинений «игру по минимизации последствий событий 19 декабря», прежде всего в международном плане.

«Белорусские власти рассчитывают, что эта нехитрая игра удастся и они снова окажутся в атмосфере диалога», — отметил Яковлевский в интервью для Naviny.by. Но надежды бывают и иллюзиями, добавляет эксперт: «Запад вряд ли клюнет на полумеры».

Впрочем, он оговаривается, что «результат непредсказуем». Действительно, в 2008 году именно такой номер и прокатил: в обмен на освобождение Александра Козулина и еще нескольких политзаключенных Европа согласилась перейти от изоляции к диалогу.

Обреченные на дежавю?

Сегодня Запад, как известно, еще более жестко ставит первым условием полное и безоговорочное освобождение политзаключенных. Но на такую потерю лица в своем понимании высокое белорусское начальство пойти не может, по крайней мере — быстро. Пусть электорат оценит твердую руку, «отморозки» же пусть помучаются на нарах. А там посмотрим.

Белорусский официальный лидер в интервью «Вашингтон пост», отвечая на вопрос о возможном помиловании белорусских декабристов, уже намекал: сейчас не время, вот пусть пройдут суды…

Но теперь налицо явная нестыковка: Площадь была одна, призывы звучали в унисон, фигуранты засветились в аналогичных обстоятельствах, а статьи им шьют разные. Так были, черт возьми, массовые беспорядки или нет? И как быть с теми, кому уже впаяли сроки, и с теми, чьи дела ушли в суд до волны смягчения?

Юрий Чаусов прогнозирует, что в зависимости от политической целесообразности власти могут задействовать широкий арсенал приемов, дабы переиграть приговоры в контексте некой закулисной шахматной партии с Европой. Тут вам и возможность апелляции, и пересмотр дела по вновь открывшимся обстоятельствам, и условно-досрочное освобождение, и амнистия, и, наконец, помилование — да за этим не заржавеет, если обстоятельства прижмут!

А политолог Валерий Карбалевич напоминает, что Козулина выпустили из тюрьмы, так и не дав на руки никакой бумаги: свободен, гуляй! Формальное основание так и осталось загадкой, но факт то, что в отношениях с Западом сразу процесс пошел.

Сейчас Запад будет гораздо трезвее. Но, скорее всего, в торг вступит-таки, считают эксперты. Людей-то вызволять надо.

Но никакой Запад не вызволит страну, не заменит диктатуру демократией, хоть из кожи вон вылезь на переговорах. Тут уж все зависит от самих белорусов. И если они не найдут в себе сил изменить систему, то будут обречены на периодические дежавю с посадкой-выпуском политзаключенных.


  • Если и дальше так пойдет, скоро начнет сажать своих, за чрезмерные усилия по разгоне мирной
  • Если и дальше пойдет так, то скоро начнет сажать своих за чрезмерные усилия при разгоне мирной демонстрации. А что? Он у нас такой, непредсказуемый. http://witawt.ucoz.ru/