Диалог власти и оппозиции. Лишь процесс имеет значение

Власти могут начать весьма ограниченный диалог с оппонентами, тщательно регулируя процесс…

Александр Лукашенко вновь заявил о том, что власть должна вести диалог с политическими оппонентами. Однако конкретных предложений о форме диалога пока не прозвучало. Эксперты полагают, что это предложение способно лишний раз расколоть оппозицию. Вместе с тем, градус общественной дискуссии может повыситься.



Выступая с ежегодным посланием народу и парламенту 29 апреля, белорусский президент заговорил о диалоге с противниками власти. Он призвал чиновников не отказываться от дискуссий «с самыми крайними оппозиционерами так называемыми, даже членами «пятой колонны», как мы их называем».

«Куда от них деться? Они есть в нашем обществе. Они граждане нашей страны. Если вы не будете вести с ними дискуссию, все опять выйдет наверх. Не уходите от этих дискуссий, контактируйте с этими людьми. В конце концов, дружите с ними, никто же этого не запрещает. Но помните, что вы — выше, чем государственный служащий, вы — больше, чем военный. Надо с ними разговаривать», — заявил Лукашенко.

Он также приветствовал высказывания некоторых представителей оппозиции о недопустимости дестабилизации ситуации в стране в год президентских выборов на фоне событий в Украине.

«Это самое великое заявление каких-то оппозиционеров за все мои годы президентства. Значит, поняли, что такое стабильность, что такое мир и что такое земля, страна наша. Нам конфронтация не нужна. Поэтому надо разговаривать со всеми», — подчеркнул Лукашенко.

Дежавю

Белорусский руководитель уже не в первый раз говорит о необходимости диалога власти с оппозицией.

В августе 2011 года на совещании педагогического актива Беларуси он совершенно внезапно предложил «всем здравомыслящим и любящим свою страну людям, к какому бы политическому лагерю они ни принадлежали, садиться за стол».

«Круглый... Квадратный стол... Посмотреть друг другу в глаза и реально оценить, кто чего стоит и что может сделать для эффективного улучшения ситуации в стране, а не топать и кричать на площадях», — сказал в тот раз Лукашенко.

Однако тогда диалога не получилось. Есть ли предпосылки, что сейчас это удастся?

Стоит отметить, что среди лидеров оппозиции есть приверженцы диалога. Не раз высказывался в таком ключе, например, председатель движения «За Свободу» Александр Милинкевич. За что нещадно критиковался как другими оппозиционерами, так и некоторыми СМИ.

Недавно же о готовности к диалогу с властью перед лицом угрозы со стороны России заявил экс-кандидат в президенты Владимир Некляев. Перед этим он покинул пост председателя кампании «Говори правду», упрекнув других деятелей оппозиции в абсолютной неготовности поступиться амбициями ради общего дела.

Оппозиционеры рискуют лишний раз поссориться

Политологи отмечают, что в нынешней ситуации политическая оппозиция находится в таком состоянии, что от ее согласия или несогласия участвовать в диалоге, по сути, ничего не зависит.

Директор Центра европейской трансформации (Минск) Андрей Егоров напоминает, что в прошлом слова Лукашенко о необходимости диалога с оппозицией практического продолжения не имели.

«И в этот раз вряд ли будет какое-то продолжение, — отметил аналитик в комментарии для БелаПАН. — Смысл этой его ремарки в послании связан с контекстом улучшения отношений с ЕС, где этот вопрос так или иначе поднимают».

Сами же оппозиционеры, подчеркивает Егоров, сейчас находятся в таком состоянии, что даже если они пойдут на диалог с властью, то ничего хорошего из этого не получится.

«Они настолько разрознены и не могут выдерживать консолидированную позицию, что в этом процессе диалога власть их очень легко переиграет, — уверен эксперт. — Думаю, что, скорее всего, в текущей ситуации они прореагируют, как и на все значимые события в стране, то есть расколом».

Все рычаги в руках властей

В то же время для власти диалог с критиками режима и возможный допуск нескольких оппозиционеров в парламент на выборах 2016 года выглядит вполне логичным шагом, если официальный Минск собирается идти по пути хотя бы минимальных реформ и либерализации в стране.

«Для соблюдения геополитического баланса в нынешней непростой ситуации, частичного отвязывания от России нужны хоть какие-то либеральные реформы, которые укрепили бы экономическую независимость и строили более надежные отношения с Западом», — подчеркнул Егоров.

Но здесь, по его словам, примешивается «традиционная логика белорусского режима, когда что-то, отличное от тотального контроля системы, воспринимается как нечто враждебное».

«Переход на другие рельсы, создание даже лояльной оппозиции в парламенте, частичная либерализация избирательного процесса и так далее — это осложняет саму политическую игру в стране, чего власти не очень-то хотят», — рассуждает аналитик.

Впрочем, в нынешней ситуации власти настолько держат ситуацию под контролем, что внутри страны могут говорить с кем угодно и о чем угодно, в том числе и по неудобным вопросам вроде соблюдения прав человека, освобождения политзаключенных, реформирования избирательного законодательства.

«Они могут это делать с позиции силы, — полагает Егоров. — Позвать общества ветеранов, историков, лесоводов, оленеводов, политические партии, оппозицию лояльную, оппозицию нелояльную, всех смешать — и тогда можно разговаривать о чем угодно при таком веере мнений, который в этом хаосе сложится. Тогда можно говорить хоть про изменение Конституции и возвращение к варианту 1994 года просто потому, что власти все равно проведут свою линию».

В своем нынешнем состоянии, считает политолог, оппозиция просто не способна ничего добиться.

«Сейчас совершенно неважно, согласятся или нет лидеры оппозиционных политических партий на диалог с властью, потому что от них ничего не зависит, даже легитимизация этого диалога со стороны Запада, — подчеркнул Егоров. — Просто этот диалог может быть открыт для достаточно широких кругов гражданского общества, лояльной и нелояльной оппозиции. Кто-то обязательно выступит против, кто-то согласится. Но у нас же плюрализм мнений, а диалог идет».

Оппозиция находится в патовой ситуации, и режим ее легко переиграет, делает вывод Егоров.

ОКС может возродиться

Слова Лукашенко о диалоге были лишь декларативными заявлениями, не наполненными фактическим содержанием, подчеркивает, в свою очередь, политолог Юрий Чаусов.

«Никакой схемы и механизма не было предложено, говорить серьезно о каком-то сценарии пока невозможно», — сказал эксперт БелаПАН.

Однако если прогнозировать, что система может предложить, то речь, скорее всего, может вновь идти про общественные советы.

Они существовали в период прошлой либерализации 2008-2010 годов. Самым главным был Общественно-консультативный совет (ОКС) при Администрации президента под руководством тогдашнего ее главы, ныне министра иностранных дел Владимира Макея.

Чаусов отмечает, что есть общественные советы при белорусских министерствах и ведомствах, но не хватает такого совета политического уровня. Он может быть создан вновь.

«Те заявления, которые прозвучали в послании, могут говорить о сигнале уменьшить градус репрессий, перейти к более тонким механизмам регулирования политической жизни, — считает аналитик. — Это нужно, в частности, для того, чтобы в преддверии президентских выборов обеспечить более теплое отношение или даже признание выборов».


Градус общественной дискуссии, вероятно, повысится

Рассуждая о том, стоит ли оппозиции соглашаться на предложения власти, Чаусов отмечает, что для политических оппонентов режима подобный формат (участие в работе общественного совета или допуск в парламент) будет шансом.

«Сторонников революционного пути почти не осталось, они в меньшинстве, — подчеркивает собеседник БелаПАН. — Те, кто сейчас критикует позицию диалога, сами ничего не предлагают. В этом их слабость».

«Если раньше это была четкая альтернатива — диалог мы отметаем, но предлагаем такой и такой путь, то в последнее время какой-либо содержательной замены диалогу не предлагается. Так что тут можно говорить о том, что альтернативой диалогу является не революционный путь, а скорее ничегонеделание, выжидательная позиция или позиция малых дел, которая не может быть альтернативой», — поясняет аналитик.

Чаусов подчеркивает, что в процессе принятия решений оппозиция все равно не будет участвовать.

«Решения о реальных реформах будут приниматься не в рамках такого диалога, а в других сферах, — отмечает аналитик. — Даже если говорить о допуске оппозиции в парламент, все прекрасно понимают, что парламент — это не тот орган, который в Беларуси принимает решения. Восстановить работу [Общественно-консультативного] совета или запустить несколько оппозиционеров в парламент — в любом случае, полномочия у них будут нулевые. Но градус общественной дискуссии повысится».

По мнению собеседника БелаПАН, в ближайшее время будет возрастать роль тех групп во власти, которые выступают за диалог с Западом и смягчение нравов в рамках внутренней политики.

Но главный вопрос заключается в том, каким образом воспринимает власть диалог с оппонентами в принципе — как угрозу для себя или как возможность повышения устойчивости системы.

Исходя из этого и будут приниматься дальнейшие решения о диалоге с политическими оппонентами.


  • met
    Нормально оппозиция будет восприниматься обществом только как общественное движение с прозрачными потоками финансирования. В противном случае оппозиция будет восприниматься как грантососы, стремящиеся дестабилизировать ситуацию и совершить Майдан - антиконституционный захват власти в интересах заказчика.
  • met
    Нормально оппозиция будет восприниматься обществом только как общественное движение с прозрачными потоками финансирования. В противном случае оппозиция будет восприниматься как грантососы, стремящиеся дестабилизировать ситуацию и совершить Майдан - антиконституционный захват власти в интересах заказчика.
  • [quote="met"]Нормально оппозиция будет восприниматься обществом только как общественное движение с прозрачными потоками финансирования. В противном случае оппозиция будет восприниматься как грантососы, стремящиеся дестабилизировать ситуацию и совершить Майдан - антиконституционный захват власти в интересах заказчика.[/quote] Нормально оппозиция будет восприниматься только тогда, когда выборы будут проводить партии, а не вертикаль власть временно взявшие, но искусственно продлевающие свое существование посредством не допуска оппозиции к счету бюллетеней, да и, вообще, к достоверности проведения выборов. А пока господа Ер и Ло процветают силой вооруженных кгб-милицейских резиновых палок, - потоки финансирования вертикали на общественное движение будут идти только прозрачно-вертикально.
  • [quote="нет"]потоки финансирования вертикали на общественное движение будут идти только прозрачно-вертикально[/quote] Я думаю, что и все потоки финансирования оппозиции, как минимум, для наших властей совершенно прозрачны. Иначе и быть не может при том количестве сексотов, которыми нашпигованы оппозиционные структуры. "Непрозрачность" существует только для телезрителей БТ, но им, в конце концов, подобное знание и не нужно. Их дело - своевременно возмущаться кознями мерзких оппов ровно в тех местах, на которые им укажут по телевизору. А вообще надо признать, что стратегия власти относительно финансирования оппозиционных структур оказалась довольно удачной. Перекрыть все серьезные каналы изнутри ("и не дай бох я узнаю, што кто-то финансирует оппозицию" (С)), оставив в то же время маленькие лазейки для грантов - я бы сказал, это по-своему изящная стратегия, позволяющая одним выстрелом убить двух зайцев. С одной стороны, оппозиции хватает средств только на поддержание штанов, но и сгинуть совсем ей не дают, что позволяет белорусскому режиму все-таки не числиться среди тоталитарных. (А быть Северной Кореей в Европе - это даже для Лукашенко может быть больно). С другой - официальная пропаганда всегда имеет стандартный набор аргументов под рукой, которые можно грузить в мозг обывателю годами. Мол, все они грантососы, продались за западные деньги (а кое-кто ведь и действительно махнул рукой на результаты борьбы и просто существует на гранты). Кстати, это показывает еще, на мой взгляд, что для политической обработки населения каких-то сверхусилий от авторитаризма не требуется. Нужно просто крутить одну и ту же пластинку годами, продалбливая дырку в мозгу, и если не отступать от этой линии, то все непременно получится.
  • [quote="Avva007"]Кстати, это показывает еще, на мой взгляд, что для политической обработки населения каких-то сверхусилий от авторитаризма не требуется. Нужно просто крутить одну и ту же пластинку годами, продалбливая дырку в мозгу, и если не отступать от этой линии, то все непременно получится.[/quote] Показательно, что служивые в Беларуси пошли от служивых самодержной Московии да крснобаев, таких слуг народа, времен КПСС в БССР. К примеру, о думных служивых. Ключевский В. История сословий в России: Полный курс лекций Происхождение думных чинов. • состав государевой Думы — государственного совета. В удельное время все члены этого совета носили одинаковое звание бояр. С начала XVI века рядом с этим званием появляется звание окольничего со значением второго думного чина. • Он распоряжался всем во дворце во время приема послов, ездил перед князем в поездках последнего, приготовляя все нужное в пути. С начала XVI века особая должность окольничего исчезает при московском дворе. Вместе с тем государева Дума составляется из членов двух разрядов: одни зовутся просто боярами, другие «боярами окольничими», и последние ставятся ниже первых. • Считая фамилии бояр за время с 1505 года по 1593 год включительно, находим, что через государеву Думу в это время прошло около двухсот бояр, из них 130 принадлежали к знатнейшим титулованным фамилиям и только 70 к нетитулованному боярству • за те же 89 лет. За это время в звании окольничих перебывало в Думе до 140 человек, из них 30 с небольшим человек, т.е. менее 23%, принадлежали к 1 знатному титулованному боярству, к потомкам удельного княжья. Все остальные окольничие вышли из нетитулованных боярских фамилий • С половины XVI века в списках членов Думы появляется третий чин — думных дворян • образовался в составе боярства особый слой, оставшийся за думным штатом. По происхождению, «по отечеству», он принадлежал к боярству, но начал отделяться от него по службе, не попадая в Думу, в звание бояр и окольничих. • Они принадлежали, говоря старым московским языком [58] , к «таким статьям родов, которые в боярах не бывают». • В княжение Василия, отца Грозного, в торжественных случаях упоминаются по актам вслед за боярами и окольничими дети боярские, что в Думе живут, т.е. бывают, имеют в ней место или приглашаются на ее заседания. С половины XVI века эти дети боярские, в Думе живущие, получают звание думных дворян. Так произошло разделение личного состава Думы на три чина. В списках людей, которые облекались этими чинами, мы встречаем три особых слоя в составе московского боярства. • Таким образом, чиновный состав Думы в XVI веке отражал в себе генеалогический склад московского боярства того времени. • Важнейшие должности по военному и гражданскому управлению поручались боярам, второстепенные — окольничим; на думных дворян возлагались преимущественно второстепенные должности по гражданской администрации, финансовой и полицейской.
  • [quote="нет"]Считая фамилии бояр за время с 1505 года по 1593 год включительно, находим, что через государеву Думу в это время прошло около двухсот бояр, из них 130 принадлежали к знатнейшим титулованным фамилиям и только 70 к нетитулованному боярству[/quote] • Февраль 1610 года — часть тушинских оппозиционеров под Смоленском начали переговоры с польским королём Сигизмундом о приглашении на русское царство королевича Владислава с ограничением его прав в пользу Боярской думы и Земского собора. • Бояре во главе с Мстиславским образовали временное правительство, получившее название «Семибоярщины» • 17/27 августа 1610 года бояре подписали договор с гетманом Жолкевским, согласно которому королем России становился Владислав IV[2] — сын Сигизмунда. • Одним из первых решений «Семибоярщины» было постановление – не избирать царём представителей русских родов. • «Семибоярщина» функционировала вплоть до освобождения Москвы Народным ополчением под руководством Минина и Пожарского. И обманутые наемники-ополченцы с Минином и Пожарским похоронили стремление отречься от русских царей, типа Иванов Ужасных.
  • 19 мая 1712 Петр I перенес столицу России из Москвы в Санкт-Петербург Бурная жизнь реформатора подарила Петру I к 50 годам букет болезней. Более других хворей донимала его уремия. Болезнь обострилась, и большую часть последних трех месяцев жизни Петр проводил в постели. В середине января 1725 года приступы уремии участились, а затем стали просто ужасными. По свидетельству современников, несколько дней Петр кричал так громко, что было слышно далеко вокруг. Затем боль стала столь сильной, что царь только глухо стонал, кусая подушку. Скончался Петр 28 января 1725 года в страшных мучениях. 19 мая 1125 г. Умер Владимир Мономах великий князь киевский (1113-1125),