Другие материалы рубрики «Политика»

  1. На пороге новой холодной войны. Беларусь обозначает нейтралитет
    Проводившаяся в течение двух последних десятилетий политика настолько прочно привязала нашу страну к России, что вырваться из «братских» объятий чрезвычайно сложно.
  2. Ренессанс лозунга. Безопасность снова становится фишкой Лукашенко
    И вот на фоне обезумевшего мира выходит к работягам (в темном костюме и темной же рубашке-поло, но фигурально весь в белом) строгий и мудрый белорусский вождь…


Политика

Лукашенко не Горбачев, но призрак перестройки бродит и по Беларуси


Александр Лукашенко, надо думать, искренне благодарен Михаилу Горбачеву за свое восхождение. Но так же искренне белорусский президент хулил первого и последнего президента СССР за слабоволие, которое привело-де к развалу великой страны. Лукашенко намотал на ус, что надо драться за власть до последнего и вообще избегать экспериментов с государственной системой.

Так что белорусский лидер, поздравивший 2 марта с 85-летием архитектора советской перестройки, сам ни капельки не похож на перестройщика. Лукашенко раз за разом публично побивает правительство за проекты реформ.



Между тем реалии, в которые попала Беларусь, очень напоминают реалии позднего СССР. Система выбрала свой ресурс. Надо что-то делать, иначе — коллапс.


Альенде с автоматом власть все же не удержал

Будучи еще молодым президентом, Лукашенко самоутверждался, опираясь на громкое имя последнего генсека ЦК КПСС.

«Когда я еще только депутатом стал, еще при Горбачеве, я и пленумы ЦК готовил, несмотря на свою молодость, меня Горбачев приглашал часто в Москву», — рассказывал Лукашенко красноярским журналистам в августе 1995 года. Он добавил, что «рецензировал «500 дней» Явлинского» (программу экономических реформ, разработанную экономистом Григорием Явлинским) и «очень часто принимал участие в заседаниях правительства в Советском Союзе».

Роль тогдашнего директора совхоза «Городец» во всесоюзном масштабе здесь явно преувеличена. Впрочем, Горбачев в интервью «Еврорадио» несколько лет назад великодушно отметил, что помнит Лукашенко по совещаниям: «Были такие совещания беспокойных хозяйственников во время перестройки у президента».

Факт то, что Лукашенко, скорее всего, так и остался бы беспокойным хозяйственником, не будь перестройки как явления, открывшего путь в большую политику новым незаурядным персонам. Да что там говорить — сама политика как публичная борьба за власть с реальным подсчетом голосов избирателей стала возможной в позднем Советском Союзе именно благодаря реформам Горбачева.

Лукашенко победил на выборах в Верховный Совет БССР, стал в нем одним из самых заметных ораторов-обличителей, а затем на волне этой популярности выиграл первые президентские выборы уже в независимой Беларуси.

Парадокс был в том, что политик, поднявшийся де-факто на развале СССР, не раз с гордостью подчеркивал, что был-де единственным депутатом, голосовавшим в декабре 1991 года против Беловежских соглашений (документы этого не подтверждают). И вообще, говоря о крушении Советского Союза, упрекал Горбачева за «безответственное поведение», за то, что «он просто струсил и бросил страну».

Позже примерно так же Лукашенко оценил поведение Виктора Януковича, тайком покинувшего Украину после кровавых событий на Майдане в феврале 2014 года. Подтекстом сквозило: уж я-то не дрогну.

Да и открытым текстом бессменный белорусский президент заявил некогда, что свою власть готов защищать, «если надо — с оружием в руках, если надо — один». При этом привел в пример чилийского президента-социалиста Сальвадора Альенде.

Отметим, что пример хромает. Во-первых, власть Альенде так и не удержал. Во-вторых, именно его популистская политика привела к развалу экономики и массовым волнениям. В-третьих, международная экспертиза уже после эпохи Пиночета установила, что при штурме дворца путчистами Альенде покончил с собой.


Возьмут ли в клещи кредиторы?

Горбачев же начал реформы потому, что государственная советская экономика стала стремительно проседать из-за общей неэффективности и падения нефтяных цен. Сегодня примерно то же происходит с преимущественно государственной белорусской экономикой.

И уже не только оппозиционеры, но и министры, и даже помощник президента Кирилл Рудый вещают крамолу насчет структурных реформ. На словах Лукашенко категорически против ломки системы. Однако того же Рудого не выгоняет и с правительством раз за разом полемизирует в стиле дежавю, хотя мог бы просто сказать как отрезать.

Поэтому остается ощущение некой игры, спектакля. Вот вроде бы народный президент защищает электорат от нахальных накруток в счетах за коммуналку, даже велит надеть наручники на тех, кто устанавливает тарифы «от балды», но при этом одобряет документы, предусматривающие скорый вывод населения на стопроцентную оплату ЖКУ. То есть без шума и пыли идет, можно сказать, на поводу у МВФ, с которым хочет договориться о кредите в 3 млрд долларов.

С другой стороны, аналогичные эмвээфовским требования относительно полной оплаты коммуналки и общественного транспорта, прекращения льготного субсидирования госпредприятий-зомби и прочих реформ выдвигает Евразийский фонд стабилизации и развития, по линии которого Москва, как заверил российский посол Александр Суриков, наконец решила выделить Беларуси кредит в 2 млрд долларов.


Ресурс системы исчерпан

Таким образом, кредиторы с двух сторон вроде как готовы взять белорусского президента-консерватора в клещи. Снова вывернется?

Во всяком случае, попытается. И шансы есть, потому что решения выделить как евразийский, так и эмвээфовский займы могут быть в значительной степени продиктованы геополитическими соображениями.

Но даже два кредита не спасут «белорусскую модель развития». В частности потому, что в глубоком и затяжном кризисе оказалась Россия, долгие годы поддерживавшая систему Лукашенко своими субсидиями. Теперь этот краник резко прикручивается.

Тем временем работающая в основном еще по советским схемам экономика теряет конкурентоспособность, и даже нормализация отношений с Евросоюзом не сулит прорыва на западные рынки: за небольшим исключением, наш товар, часто устаревший морально и чересчур дорогой, там никому не нужен.

Да, белорусы терпеливы и, видимо, способны беднеть без выхода на Площадь еще долго. Но все же вести путем Северной Кореи страну в центре Европы вряд ли хочет даже такой властолюбивый человек, как нынешний президент.

Что же остается? Какие варианты преобразований в Беларуси возможны при Лукашенко?

Юрий Дракохруст«Перестройка а-ля Горбачев — очень вряд ли. Скорее а-ля Франко или Дэн Сяопин: сохранение жесткого политического контроля плюс преобразования в экономике», — заявил в комментарии для Naviny.by политический аналитик Юрий Дракохруст.

«Другое дело, — добавил он, — что человек предполагает, а бог располагает. Если где-то что-то отпустить, то как и куда оно пойдет, не знает никто, в том числе и сам преобразователь».

Вот этого-то и боится бессменный белорусский президент, который за два десятилетия кирпичик к кирпичику сложил здание своей единоличной власти. Но при этом раз за разом он возвращается к незаконченному спору с дискомфортными реформаторами, потому что при исчерпанности ресурса старой системы все равно упирается лбом в вопрос внутренних преобразований, как уперся в него когда-то искренний коммунист Горбачев.



Оценить материал:
Средний балл - 4.67 (всего оценок: 30)

Ваш комментарий

Регистрация

Последние Комментарии

  • В отношении памяти о ВКЛ, литвинов-беларусов ничего не поменялось. Как при царе горохе преследовали название и символику, так и до сих пор
  • НЕТ, далеко копнули. Не скажу, что это плохо, но ситуация в корне переменилась не в те давние века, где что-то "самотёком" видоизменялось; всё очень и очень резко изменилось после 1917-го. А в какую сторону... "Земля - крестьянам, заводы - рабочим, море - матросам!"... Залп "Авроры"... А финальную стадию этой фигни... Вот она. Выйди за порог и радуйся. Но чувство не радости, а чувство обречённости. Это рефрен бульварной песенки о чём-то очень нехорошем в понимании порядочности.
  • пан Ежи Михал Володыевский и пан Анджей Кмитиц из романа «Потоп» абсолютно реальные люди, правда первый был по национальности украинец, а второй литвин. Ну а в романах они оба поляки. Причем прототип последнего, оршанский шляхтич герба «Радич» Самуль Кмитич, прославившийся выдающейся личной храбростью и воинским благородством, выделявшейся даже на фоне той воинственной эпохи. Время с 1648 по 1667 год не зря называют потопом. Этот «потоп» унес половину жизней местных жителей. Речь Посполитая воевала с Москвой, украинские казаки — с поляками, шведы пытались, воспользовавшись положением, отхватить земли себе... И бои происходили в основном на территории нынешней Беларуси и в частности Мстиславского воеводства. Летописцы говорят о некоем «одичании нравов», о безжалостной резне, которую устраивали войска в каждом захваченном городе. А беда края была еще и в том, что сама шляхта не могла договориться между собой. Постоянно создавались воинственные группировки, проливавшие кровь друг друга, бунтовали против короля, магнаты устраивали заговоры и присваивали деньги, предназначенные войскам... одна из причин почему исчезла Речь Посполитая – гордыня, заносчивость и воинственность ее шляхты. "Польша сильна рокошами" (раздорами) - говаривали тогда в Речи Посполитой. Когда в 1668 году король Ян Казимир отрекся от престола, он произнес в сейме пророческие слова: "Придет время и Московия захватит Литву, Бранденбургия овладеет Пруссией и Познанью, Австрии достанется вся Краковия, если вы, панство посполитое, не перестанете посвящать время межусобной брани. Каждое из этих трех государств пожелает непременно видеть Польшу разделенную между ними , и вряд ли сыщется охотник, чтобы владеть ею полностью...". Вторая половина века 17-го, начало упадка Речи Посполитой, а в 18-м «уникальное государственное устройство» приказало долго жить – сначала в 1772 году следует первый раздел, в 1793-м второй и в 1795 году подписана третья конвенция, по которой к России отошли земли восточнее реки Буг и реки Неман, к Пруссии отошла большая часть Мазовецкого воеводства с Варшавой, часть Трокского, Подляшского и Равского воеводств; к Австрии — воеводства Краковское, Сандомирское, Люблинское , часть Мазовецкого, Подляшского, Холмского и Брест-Литовского воеводств. В итоге трёх разделов Речи Посполитой к России отошли литовские, западнорусские (современные белорусские и украинские земли). Ровно через сто лет после смерти короля Яна Казимира, его пророчество сбылось предки никуда не ушли, а остались там где и жили, на своих землях, став подданными Российской империи . Через несколько десятилетий , в середине 19-го века, они уже православные и люди совершенно мирных профессий. Вот такая польская история. http://www.white-russian.ru/history/Polish .
  • Ага! Зимми признал свою концепцию приспособленца. Но это - вполне взрослый Зимми, тёртый временем. Но патриарху принято передавать свой ум и результаты работы ума - новым поколениям. Тут занятней... И что бы Зимми попытался проповедовать юным умам, уходя от мирских дел - в Нирвану старости? Человеческое-то есть в каждом человеке, по идее. Или - только "по идее"? Калиновский или Костюшко с Зимми на походном лежаке даже "валетом" не лежали. Да и Господь с ними... Лишь бы сыто было брюхо. Печалька... 21-го века... )
  • Поначалу - именно и была федерация: Корона и Княжество, Польша и Литва. Потом это постепенно сглаживалось, но не до конца. Сепаратизм был, да ещё какой!!! Сенкевича не читали? Там есть такая сюжетная линия. Истовый патриот Польши Кмитич оказался на службе у Радзивилла, который стал предателем (Польши), пытаясь создать своё собственное королевство (в основном на базе земель бывшего ВКЛ). А в РБ теперь Радзивиллов активно двигают на роль патриотов (РБ)! поначалу именно
  • Сейчас в мире ни одной полностью независимой страны нет. В эпоху глобализации это невозможно. Неважно от кого синеокая зависима, от России, Польши или республики Папуа-Новая Гвинея, но сама по себе она точно и двух недель не простоит.