«Дело семнадцати». Вилюга получал до 8 тысяч долларов в день

Сергей Рыбко, который работал на Вилюгу, рассказал, сколько зарабатывали наркодилеры, кто их «крышевал» и как они убирали конкурентов в Минске.

В Минске продолжается наркотиков. 3 августа в суде огласили показания Сергея Рыбко, который, по его же словам, изготавливал и сбывал запрещенные вещества вместе с обвиняемыми. Он мог бы оказаться рядом с ними на скамье подсудимых, но его задержали в России, там и будут судить. 

Генеральная прокуратура России отказалась экстрадировать Сергея Рыбко на родину, поскольку ему предъявлено обвинение в совершении преступления на территории РФ.

Сейчас он находится в следственном изоляторе в Подмосковье. По обстоятельствам «дела семнадцати» его допрашивали российские следователи.

Адвокаты на сегодняшнем процессе заявили о многочисленных нарушениях в связи с допросом Рыбко. В частности, на допросе присутствовали сотрудники ГУБОПиК МВД из Беларуси, но это никак не отражено в протоколе. Однако суд счел показания существенными, и они были оглашены в ходе процесса.

Рыбко рассказал, сколько зарабатывали наркодилеры, кто их «крышевал» и как они убирали конкурентов в Минске.

 

Распространители писали расписки, что берут в долг у Вилюги 10 тысяч долларов

Итак, Сергей Рыбко (известный также по кличке Лыжник) во время допроса заявил, что познакомился с Константином Вилюгой — главным фигурантом по «делу семнадцати» — в 2003 году в ночном клубе «Реактор». Вилюгу друзья и знакомые называли Котом. 

«В разговоре стало известно, что у него есть знакомый Марат Акопян, после свадьбы он взял фамилию жены — Багель (также проходит обвиняемым по данному делу. — ред.). Его я также неоднократно видел в клубе. Знал, что они оба употребляют и продают наркотики — экстази и амфетамин. Я сам у них приобретал», — отмечено в показаниях.

В 2010 году Сергей Рыбко был осужден за хранение наркотиков без цели сбыта (ч. 1 ст. 328 УК). Вилюга встретил его сразу же после освобождения.

«Он сообщил, что сначала заедем к общему знакомому Саше Громыко (был обвиняемым по «делу семнадцати», однако за сотрудничество со следствием перешел в статус свидетелей. — ред.). Потом показал в багажнике пять-шесть пакетов весом 500 грамм. Пояснил, что это легкая курительная смесь, которую продает Громыко. Сказал, что их дела идут в гору. Потом мы решили отметить мое освобождение. Закупили продукты, заказали проститутку. За всё платил Вилюга».

По словам Рыбко, Константин Вилюга давал ему на пробу наркотические вещества — сначала легкие, потом всё тяжелее и тяжелее. В последствие Рыбко стал работать на него, привлек к распространению знакомого Кирилла Горбунова. Половину выручки они отдавали Вилюге, вторую половину делили между собой. Вначале продавали спайсы просто на улице, за каждым была закреплена определенная точка. Клиентов находили, в том числе, через сайт LegalMinsk. Согласно обвинению, данный магазин принадлежал Константину Вилюге.

Рыбко пояснил на допросе и как в гараже изготавливались смеси, и как на съемных квартирах потом расфасовывали полученное вещество. Вилюга, по его словам, принимал в этом непосредственное участие. Он же покупал в московском магазине «Мануфактура» основу для приготовления курительных смесей. И за деньги проводил экспертизу.

По началу Кот давал на реализацию только разрешенные вещества. Если анализ показывал, что вещество уже внесли в список запрещенных, Вилюга, по словам Сергея Рыбко, его выбрасывал. Но обычно старался продать такие наркотики оптом до того, как они попадут в стоп-лист. Об изменениях в списке запрещенных веществ его оперативно информировали.

Тот же Рыбко, кстати, заявил, что Громыко и Горбунова неоднократно задерживали сотрудники милиции. Но поскольку при них обнаруживали легальные на тот момент вещества, то через несколько часов отпускали.

Также Лыжник рассказал на допросе, что он написал расписку, якобы взял в долг у Константина Вилюги 10 тысяч долларов. Такой же документ подписали еще несколько наркодилеров — на случай, если их при задержании спросят, откуда у безработных ребят так много денег.

 

«Сотрудники КГБ стали задерживать наших конкурентов»

По словам Рыбко, ситуация на «рынке» менялась, появились новые игроки и конкуренты. Цена на смесь с 18 долларов за грамм выросла сначала до 20 долларов, потом до 25. Распространители стали получать не 50% от выручки, как ранее, а 5 долларов с 20, позже 3 доллара с 25.

«Вилюга пояснил, что ему надо было много кому платить, чтобы мы могли спокойно работать, — отмечено в протоколе допроса Сергея Рыбко. — Сотрудники КГБ стали задерживать наших конкурентов».

На скамье подсудимых, напомним, два бывших сотрудников Комитета госбезопасности — Игорь Корицкий и Дмитрий Веретенский.

В ходе допроса Лыжник вспомнил, как в «бизнесе» появилась Алина Терегеря. В обвинении, напомним, отмечено, что она создала в Минске организованную преступную группу по распространению наркотиков и руководила ею.

По словам Рыбко, Терегеря была знакомой Кирилла Горбунова, покупала у него сначала спайс для себя, потом присоединилась к продажам. Торговала она, в частности, у гипермаркета «Корона». Начинала с 50-100 грамм в день, потом продажи увеличились до 400 грамм.

Рыбко говорит, что продажи в тот период шли активно. Он ежедневно привозил Вилюге до 8 тысяч долларов. Поскольку Горбунов, как отмечает Лыжник, сам пристрастился к наркотикам и перестал выходить на работу, его место в тандеме заняла Алина.

«Когда я уже был в Москве, узнал, что она привлекла также своего парня (речь идет о Евгении Тимоховцеве, он также проходит обвиняемым по «делу семнадцати». — ред.). Алину два раза задерживали, но к уголовной ответственности не привлекали, так как смеси были легальные. Я познакомил ее с Вилюгой. Так что она хорошо знала, что он главный. Мы все вместе отдыхали в ночных клубах», — отмечено в показаниях Сергея Рыбко.

Судя по переписке, которую уже зачитали на процессе, наркоторговля в Беларуси развивалась по рыночным принципам.

«Предлагаю рекламу и продвижение вашего магазина, создание и проведение конкурсов. Моя задача — убедить покупателя, что ваш товар — лучший», — такие сообщения получал пользователь под ником Hellcat. Ранее было озвучено, что переписку с этого аккаунта вела Алина Терегеря.

Сергей Рыбко рассказал, что сотрудники правоохранительных органов помогали устранять не только конкурентов, но и вымогателей, которые угрожали распространителям.

Александр Бородин по кличке Каштан был главной проблемой для Вилюги и его бизнеса. Именно он заставлял Терегерю и других дилеров ежемесячно платить ему за «охрану». Причем ставки росли — сначала 300 долларов за месяц, потом 600, дальше стоимость «услуги» привязали к продажам — 50 тысяч рублей (здесь и дальше речь идет о неденоминированных рублях. — ред.) за каждый проданный грамм наркотиков. Каштану платили несколько месяцев. Потом он, по словам Рыбко, решил усилить свое присутствие на «рынке», и сам брал на продажу спайсы, которые распространяли также его люди.

Вилюгу, конечно, такая ситуация не устраивала. И, как следует из показаний Рыбко, он сказал, что Каштана пора убирать. Каким образом? При помощи сотрудников правоохранительных органов.

В показаниях Сергея Рыбко отмечено, что он ездил с Вилюгой в 5-е управление ГУБОПиК (по Минску). Там Кот познакомил его с Константином Денисевичем (еще один обвиняемый по «делу семнадцати». — ред.) и, важный момент, его начальником.

«Его все называли Николаевичем», — описал Рыбко того самого начальника.

В ГУБОП ему сказали написать заявление на Каштана. По его словам, он даже ходил с записывающим устройством на встречу с вымогателем, когда отдавал ему деньги за «охрану» — до 5 млн рублей в день, кстати.

Дальше отношения Вилюги и Рыбко испортились. Последний уехал в Москву. Но начальник приказал ему вернуться в Минск — нужно было довести до конца дело с Каштаном, дать показания против него. Сначала Кот обещал товарищу купить за это путевку в теплые страны. Потом пригрозил, что несговорчивого Лыжника «закроют» за распространение наркотиков, которые ему подкинут правоохранители. Последняя угроза, похоже, оказалась убедительной, потому что Рыбко все-таки приехал в Беларусь.

По его словам, ему неоднократно писал Константин Денисевич. Говорил, что написал рапорт об увольнении и собирается работать с Вилюгой.

Про начальника «Николаевича» в 5-м управлении ГУБОП Рыбко на допросе больше не вспоминал. Отметим, что ранее руководитель 3-го управления (по противодействию экстремизму) Михаил Бедункевич в интервью Naviny.by заявил, что в ГУБОП никто, кроме Денисевича не знал о противоправной деятельности Вилюги и никакого содействия ему не оказывал.

 

Вилюга хотел продать магазин в Минске и развернуть бизнес в России

В мае 2013-го Кот и его компаньоны расширили свой «бизнес» — начали распространение в российских городах. По словам Рыбко, Вилюга и вовсе заявлял, что хочет продать свой магазин в Минске и перебраться в Москву. Это, видимо, было связано с тем, что в Беларуси начали ужесточать борьбу с торговцами наркотиков. Вовсю шла подготовка «антинаркотического декрета».

В протоколе допроса Рыбко отмечено, что к непосредственному распространению и изготовлению наркотиков в России имели отношение он сам, Марат Багель, Андрей Працевич и Федор Буховец. Последний вел бухгалтерию, распределял прибыль. Судя по расходам Буховца, «бизнес» был успешным.

«Он подарил своей девушке кольцо с бриллиантом за 100 тысяч (российских рублей, что на тот момент составляло около 3 тысяч долларов. — ред.), себе купил Porsche Cayenne», — рассказал на допросе Сергей Рыбко.

В протоколе отмечено, что Лыжник видел, как Багель и Вилюга изготавливают так называемую «скорость» — особо опасный наркотик. Рыбко рассказал, что видел мешок весом 50 кг с психотропами.

Вилюга, по его словам, получал 30% от выручки по продажам в России. Но он хотел увеличить свой доход, поэтому пытался наладить контакты с китайцами, чтобы напрямую получать реагент. Несколько раз перечислял в Китай деньги, но товар не приходил, поэтому Кот продолжил работать с российскими поставщиками.

В протоколе допроса Рыбко отмечено, что новым проектом Вилюги был не только выход на российский рынок, но также продажа спайсов в регионах Беларуси. И здесь ему помогал Дмитрий Гаврик, еще один фигурант по «делу семнадцати».

Обвиняемые, имена которых упоминаются в показаниях Рыбко, заявили в суде, что его слова не соответствуют действительности.

Андрей Працевич, к примеру, напомнил, что он отбывал наказание в колонии в то время как, по словам Лыжника, работал на Вилюгу.

Сам Вилюга не верит, что Рыбко мог дать такие показания, и настаивает, что стиль изложения отличается от реального.

Когда судья зачитывал показания, подсудимые не скрывали улыбок. Некоторые из них следили по тексту и делали пометки, некоторые читали прессу и разгадывали кроссворды.

Большинство обвиняемых по-прежнему отказываются дать развернутые показания. Они рассчитывают, что их повторно допросят после оглашения письменных материалов дела.