«Это бред, который сочинило следствие». Судят экс-директора «Могилевсоюзпечати»

Как заявил Александр Чечора, выступая с последним словом, причина всего уголовного дела — кредит, который он пытался получить для развития своего предприятия.

Гособвинение запросило для обвиняемого в коррупционных преступлениях бывшего директора ОАО «Могилевсоюзпечать» Александра Чечоры 12 лет лишения свободы. В последнем слове в суде Ленинского района Могилева Чечора рассказал свою версию возбуждения против него уголовного дела, а также заявил об оказывавшемся на него давлении во время нахождения в могилевской тюрьме № 4.

Чечора Александр Васильевич. Родился 18 июля 1956 года в деревне Шеломы Славгородского района Могилевской области. Окончил Гомельский государственный университет. Кандидат экономических наук. Служил в рядах Вооруженных сил. Участвовал в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. Долгие годы работал руководителем различных предприятий и организаций в Могилевской области. В 2000-2004 годах депутат Палаты представителей, заместитель председателя постоянной комиссии по правам человека, национальным отношениям и средствам массовой информации. Избирался по Кричевскому избирательному округу № 69. Около десяти последних лет был директором ОАО «Могилевсоюзпечать».

 

По данным следствия, бывший директор «Могилевсоюзпечати» неоднократно незаконно изымал из кассы общества деньги, поступавшие в качестве выручки от реализации товарно-материальных ценностей, получив таким образом с февраля 2014 года по март 2015-го более 285 млн рублей.

Кроме того, как утверждают в Следственном комитете, за решение вопросов, входящих в его компетенцию, обвиняемый получил от директора частного предприятия взятку в виде ружья марки «Беретта».

Также Чечоре вменяется злоупотребление служебными полномочиями — согласно материалам дела, он требовал от руководителей страховых компаний принять на работу его невестку.

 

Чечора винит в своих бедах Министерство информации

Как заявил Александр Чечора, выступая в суде 21 декабря с последним словом, причина всего уголовного дела — кредит, который он пытался получить для развития своего предприятия.

«На собрании акционеров в связи с началом строительства административно-торгового центра (судя по всему, имеется в виду логистический центр дистрибуции печати, — ред.) мне поручили заниматься непосредственно строительством этого центра. Естественно, мы распределили роли. Я занялся поиском денежных средств и подрядчика, а главный инженер занялся технической частью этого вопроса, т.е. проектно-сметной документацией, прохождением экспертизы и строительством. На выходе проектно-сметная документация получила объем строительно-монтажных работ 150 млрд рублей, т.е. около 15 млн долларов по тому курсу. Естественно, собственники, которые имеют 72% акций, обсудили этот вопрос, и они мне порекомендовали — ищи возможности и варианты, чтобы как-то удешевить этот проект, который необходим для акционерного общества», — говорил подсудимый.

По данным Госкомитета по имуществу на 1 января 2016 года, государство владеет чуть более 28% акций «Могилевсоюзпечати» — это единственное предприятие системы «Союзпечати», которое не принадлежит целиком государству. Всего в состав акционеров предприятия входят 5 юридических и 58 физических лиц.

По словам Чечоры, появление такого центра в СЭЗ «Могилев» подразумевало создание 100 новых рабочих мест, введение полной механизации и автоматизации ручного труда, увеличение товарооборота в 1,5 раза, заработной платы в 1,2 раза, дополнительные налоги и другие платежи в бюджет увеличилось бы на десятки миллиардов (до деноминации) рублей.

Как отмечал на суде Чечора, он обращался во все банки Беларуси, однако они запрашивали не устраивающие ОАО проценты за кредит. В конце концов ему удалось найти предприятие в Минске, заявившее о готовности построить центр не за 150 млрд рублей, а за 70 млрд рублей. Под такую сумму «Могилевсоюзпечать» готово было взять кредит в банке.

«Я поручил главному инженеру, чтобы он скорректировал с выездом в Минск все разделы и документацию под 70 млрд рублей, согласно договоренностей с подрядной организацией», — рассказывал Чечора. Вскоре в банк был направлен сметный расчет.

«Видя интенсивное развитие системы «Союзпечати», видя 72% частной собственности и видя мое энергичное продвижение этого проекта, у Министерства информации и других возник вопрос, а не владеет ли основным пакетом акций или половиной акций сам Чечора. И был выдан соответствующий документ — или ты возвращай назад, или мы заблокируем это строительство. Я сказал, что вы как власть можете в том порядке, который существует, эти акции изъять», — рассказал бывший директор.

Александр Чечора и первый замминистра информации Лилия Ананич открывают офис ОАО «Могилевсоюзпечать» в Бобруйске, 30 июля 2012 г.

«Где-то в конце октября — начале ноября 2014 года пришли 12 сотрудников Комитета безопасности, изъяли все системные блоки, которые были на предприятии, и начался поиск доказательств выманивания кредита», — заявил Чечора, отметив, что в итоге у силовиков ничего не получилось с этими доказательствами, но уголовное дело было возбуждено.

«Договор, который был заключен между облисполкомом, мною и Министерством экономики и зарегистрирован в Совете министров, начал свою жизнь. Вложено туда около 2 млн долларов наших собственных средств, но по инициативе силовых структур его реализация была остановлена», — говорил Чечора, отмечая, что после этого инвесторы, которые готовы были вложить в проект 70 млрд рублей, «разбежались».

«Поэтому стал вопрос как-то оправдать свои действия за то, что полностью уничтожили инвестиционный проект и сегодня недостроенное здание стоит памятником. И на меня стали собирать всё, что можно, под любыми предлогами. И правильно мне следователь подполковник Юрченко сказал, Александр Васильевич, вы не смотрите на эти показания, потому что люди все запуганные», — рассказал Чечора.

Впоследствии, по утверждению подсудимого, на него началось усиленное давление — «КГБ со своей стороны, министр информации — со своей стороны».

«Еженедельно, в две недели раз приезжал вояж во главе с представителями государства... Министр давала указания — Чечоры команды не выполнять, он остался здесь буквально на два месяца и всё — мы контракт расторгнем с ним», — продолжил свой рассказ Чечора.

По его словам, собственники акций «Могилевсоюзпечати» ему говорили: «Мы тебя наняли на работу, ты эффективно работающий менеджер, не слушай министра, она административно может только тебя душить». «Но потом сами собственники стали сдавать позиции, потому что подключился весь силовой рычаг, который имеется в нашем государстве», — утверждает бывший директор.

 

От командировочных к наркотикам

Впоследствии в отношении Чечоры было возбуждено дело о хищении путем злоупотребления служебными полномочиями, которое касалось якобы присвоенных командировочных. Чечора отвергает обвинение. Однако в итоге возбуждения дела по этой статье директор был уволен.

По его словам, за расторжение контракта ему полагалось 285 млн рублей. «Это как раз та цифра, о которой идет речь, будто я украл эти деньги», — указывает Чечора.

«Вы спросите, почему оперуполномоченный Зайцев меня посещал пять или шесть раз. Какая была необходимость, и какие мы с ним вопросы обсуждали. Появляется Зайцев и говорит, меру пресечения хочешь, чтобы тебе поменяли? Хочу. Тогда, говорит, нас интересует информация по руководству Могилевского горисполкома. Если ты даешь нам те показания, которые подпишешь, естественно, мы рассмотрим вопрос об изменении меры пресечения», — рассказал Чечора, отметив, что он отказался давать ложные показания и в результате «пошел по камерам».

«В течение двух месяцев я прошел восемь камер. Меня посадили к «черным риелторам», которые закапывали людей, продавали квартиры. С убийцами меня посадили для того, что задавить морально, нравственно задушить. Но я это всё пережил», — сказал бывший директор, сообщив, что на оперуполномоченного Зайцева была написана жалоба в Следственный комитет.

«Раз такое дело пошло, не признаешь статью 210 (хищение путем злоупотребления служебным положением, — ред.) — дополнительно тебе уголовные дела припишем. Есть наработка на 328-ю — распространение наркотиков через киоск», — пересказал Чечора якобы слова оперуполномоченного.

По словам бывшего директора, его тогдашний адвокат Криволапов, проработавший более двадцати лет в прокуратуре Минской области, сказал, что «эти ребята способны на всё».

Чтобы избежать обвинения по 328-й статье, Чечора, по его утверждению, признал хищение и подал прошение президенту о помиловании. Оно не было удовлетворено.

 

Оружейные детали

Что касается эпизода с якобы полученной взяткой от директора частного торгово-производственного предприятия «Карабин-Энд», известного в прошлом боксера Вадима Мезги, то, по словам Чечоры, это «бред, который сочинило следствие».

По утверждению директора, он, являясь охотником, купил в магазине у Мезги ружье «Беретта» за 27 млн рублей, на что имеется товарный чек. Однако, ссылаясь на слова Мезги, следствие утверждает, что это была вытребованная с хозяина магазина взятка за перенос киоска «Союзпечати» на улице Ленинской для строительства Мезгой спортбара «Олимпик».

То самое ружье. Фото Следственного комитета

«Как же закрылся отчет в бухгалтерии, если ружья не стало, а деньги я не внес? Как закрылся квартальный отчет бухгалтерский, полугодовой и годовой? Оказывается, не надо было никому проводить проверку по этому вопросу, не надо было назначать ревизию по этой конторе. <…> Оказывается, вся бухгалтерия из-за вируса сгорела», — рассказал Чечора.

«Ни закон о правах потребителей, ни товарный чек в отношении меня не действует, а в отношении меня только действует человек, которого вынудили, заставили на третий день в тюрьме дать показания. Посидевший на продоле голый, без трусов, он дал эти показания. Я там был, я знаю. Там, посидевши, мать родную заложишь», — рассказал арестант.

По его словам, в день покупки он лишь разговаривал с Мезгой по мобильному телефону.

«Адвокат представил ходатайство, чтобы предоставили информацию о телефонных разговорах в день покупки ружья между Мезгой и мной. Инструкция (к ружью, — ред.) была на итальянском языке, а его разобрать никто не может. Я звонил ему несколько раз, он все время говорил — перезвони позже. Все мои телефонные звонки подтверждают то, что его не было здесь. Мне не нужен был этот уголовник (3 марта 2016 года Мезга был приговорен к 4 годам ограничения свободы за дачу взятки в крупном размере, — авт.), если бы он был рядом со мной. Но есть система биллинга, которая еще раз подтвердила бы мою невиновность», — рассказал Чечора.

Ранее суд отказался истребовать данные биллинга телефонных соединений Чечоры и Мезги. «Эту систему биллинг получили, она имеется. И не была она истребована здесь, не будет истребована в областном суде, но будет истребована в Верховном суде. Мы дойдем до истины. Мы будем судиться», — заявил подсудимый.

Что касается изъятых у Чечоры боевых патронов, то, по его словам, они неотличимы от спортивных, которые он всегда покупал, владея на законных основаниях спортивным пистолетом. Поэтому их наличие у него было всего лишь недоразумением, а не сознательным нарушением закона, утверждает Чечора.

Относительно эпизодов с трудоустройством бывшей невестки Елены Чечоры, подсудимый отмечал, что она работала на законных и общих основаниях страховым агентом в страховых компаниях «Промтрансинвест» и «Белгосстрах», где страховало свои риски ОАО «Могилевсоюзпечать». Как полагается страховому агенту, она заключала договоры с клиентами и получала за это законное вознаграждение. Поэтому ни о каких взятках речи быть не может, утверждает обвиняемый.

Бывший директор полностью отрицает свою вину, хотя и допускает, что совершал ошибки, ставшие для него роковыми. «Я не совершил преступлений, за которые мне может быть назначено наказание, связанное с лишением свободы», — заявил он.

Вынесение приговора Александру Чечоре намечено в Ленинском суде Могилева на 20 января 2017 года.

 

 




Оставьте комментарий (0)