Владимир Подгол. МЕЖДУ СТРОК. День Воли для тех, чья хата с краю

Владимир ПОДГОЛ

Владимир ПОДГОЛ

Доцент философии. Последняя запись в трудовой книжке: с февраля 1997 года — руководитель информационно-аналитического центра Президиума Верховного Совета 13-го созыва. Автор «Падручніка па апазыцыйнай барацьбе», книг «Основы политической психологии», «Куля для президента», «Властелин кули», «Чертовы жернова». Автор первой концепции закона США «Акт о демократии в Беларуси». Руководитель ОО «Информационные и социальные инновации». Создатель Музея «Место остановленного времени» (жерновов).

Власть предержащие Минска запретили акцию на День Воли, потеряв юридически правильно оформленную заявку организаторов. А на нет и суда нет.

С подобной хитросью мастеров «держать и не пущать» мы с Алесем Толстыко столкнулись во время выборов в парламент. Поначалу мы — кандидаты в депутаты — законопослушным образом вкидывали наши заявки-уведомления на совместный пикет в пасть ящику, который стоит сразу при входе в Мингорисполком. Нашу заявку при нас никто не регистрировал. А в день пикета у каждого из нас раздавался звонок чиновника, который угрожал нам карами небесными за выход на пикет, ибо, по его мнению, заявки мы подавали несвоевременно, а значит, наш пикет не разрешен.

Нам было проще, так как кандидаты в депутаты парламента пользовались заявительным принципом, а не разрешительным. И мы игнорировали угрозы. Однажды на наш пикет «Пожелай президенту» примчался судья Есьман, который входил в окружную комиссию, и с пеной у рта потребовал от нас «разойтись!» Всё это и сегодня можно найти в интернете.

Когда они нас достали, мы пришли на крыльцо горисполкома с бельевой веревкой на плечах и развешанными на ней уведомлениями о проведении пикетов. На каждый оставшийся день, на каждый час этого дня, на каждый дом, где живут наши избиратели. В уведомлениях Толстыко содержались 48 зарубежных участков в 48 странах, так как эти участки были прикреплены к его округу. И чтобы, например, встретиться с избирателями Вильнюса или Вашингтона, Толстыко должен был, согласно закона, писать об этом Шорцу.

Двадцать минут на глазах сотрудников горисполкома, его охраны, журналистов и ужасно напуганных милиционеров в штатском мы по одной заявочке относили в исполком и бросали в безмолвный ящик.

Свидетелей набралось немало, но вскоре я получил от Карпенко (тогда еще зампреда Мингорисполкома) ответ, что мои заявки поданы не по форме!

После выхода из избирательной кампании мы думали было уже писать мемуары, а не тут-то было! Нас начали судить за этот несанкционированный «заявочный пикет» в суде Советского района и присудили таки к штрафам.

Эти факты остались на переферии партийных лидеров, включая БНФ и рух «За свободу», членами которых мы тогда были. Эти факты не взволновали правозащитников и наблюдателей ОБСЕ. Короче, они действовали по принципу «моя хата с краю», хоть кое-что и знаю.

А ведь уже тогда на нашем прецеденте можно было потребовать изменить анонимный порядок регистрации заявок на общественные мероприятия с обязательной их регистрацией и выдачей справки о регистрации.

И вот теперь заявители Дня Воли могут оказаться в ситуации, когда окажутся перед выбором: или праздновать национальный праздник в своей «крайней хате» — офисе, или пойти под штрафные санкции, но повести за собой нищих оппозиционеров.

Есть и такой ход для организаторов Дня Воли: принести в исполком заявку гигантских размеров, провести на крыльце пресс-конференцию, дать журналистам сфотографировать заявку, добиться приема у Шореца для передачи заявки, пойти под суд за несанкционированный пикет.

А прежде всего —  потребовать изменить практику анонимной подачи заявок на проведение массовых мероприятий. Образго говоря, «дать копытом» по мусорнице для заявок. Может быть тогда бюрократам в Мингорисполкоме рога не придется обламывать, сами отвалятся.

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».

 

 




Оставьте комментарий (0)
  • Рика, у Андрея Битова есть эссе "Человек в пейзаже". В данном случае с вами не согласен, поскольку слова Подгола именно о пейзаже, в который он вписан. И отнюдь не по своей воле. Пытайтесь чувствовать оттенки. Так что ваш диагноз - не Подголу, а пейзажу, рамки которого он активно не переступает, но который, однако, не им создан.
  • Рика, у Андрея Битова есть эссе "Человек в пейзаже". В данном случае с вами не согласен, поскольку слова Подгола именно о пейзаже, в который он вписан. И отнюдь не по своей воле. Пытайтесь чувствовать оттенки. Так что ваш диагноз - не Подголу, а пейзажу, рамки которого он активно не переступает, но который, однако, не им создан.