За приближением монстра НАТО Беларусь наблюдает уже спокойно

Белорусские власти заинтересованы расширять сотрудничество с НАТО, но предпочитают эти связи не пиарить.

В отношениях с НАТО Минск отошел от прежней радикальной позиции. Пока неясно, окончательно ли.

Embed from Getty Images

При подведении итогов года в белорусской внешней политике отношения с НАТО, как правило, комментируются вскользь. Главным образом потому, что событий на этом направлении происходит немного, а сообщений о них поступает еще меньше.

Причина сдержанного отношения белорусских властей к взаимодействию с самой серьезной политико-военной организацией в мире заключается, скорее всего, в сохранении глубокого недоверия к ней, корни которого были заложены еще в далекие советские времена.

Да и в постсоветскую эпоху, особенно на первых порах, негативное восприятие официальным Минском Североатлантического альянса усиливалось рядом обстоятельств, вызывавших здесь сильное недовольство.

Достаточно вспомнить, например, первое после холодной войны расширение НАТО, вызвавшее знаменитое заявление Александра Лукашенко, что «мы не можем спокойно наблюдать за приближением этого страшного монстра к границам нашей синеокой Беларуси».

Строго говоря, не вполне ясно, насколько то раздражение было искренним. Поскольку буквально через пару месяцев тогдашний заместитель главы белорусского внешнеполитического ведомства Иван Антонович, которого едва ли можно было отнести к числу занимавших даже более или менее нейтральную позицию, вынужден был признать, что «в трудные переходные годы (…) страны НАТО вели себя очень сдержанно, я бы сказал даже — сочувственно. Такой могучей организации, как НАТО, испортить жизнь любому из государств СНГ, пожелай она того, не стоило бы никакого труда. НАТО же была максимально порядочной».

Как бы там ни было, подобное понимание, судя по всему, стало проникать в сознание высшего руководства Беларуси. Этому способствовало также то, что в силу своей специфики альянс, в отличие от таких структур, как Евросоюз, Совет Европы и ОБСЕ, значительно более спокойно реагировал на серьезные отклонения от демократии в нашей стране.

Правда, в отдельных случаях вербальное осуждение с его стороны тоже имело место, однако к каким-либо конкретным последствиям это практически не вело.

Кроме того, можно предположить, что в Минске, который начал мало-помалу искать возможности нормализовать сотрудничество с Евросоюзом, осознали также, что большинство государств ЕС, включая все ведущие, входят и в Североатлантический альянс. Соответственно, вряд ли можно было надеяться достичь поставленной цели, продолжая конфронтацию с теми же контрагентами, пусть и по другой линии.

В итоге, несмотря на случавшиеся временами осложнения, в том числе весьма острые, взаимодействие с НАТО продолжало осуществляться, хотя и с невысокой интенсивностью, а белорусские официальные лица постепенно прекратили использовать жесткую риторику.

Впрочем, тот факт, что прежний радикализм в определенной степени уступил место прагматизму, отнюдь не означает, что взгляды на альянс поменялись кардинально.

Об этом свидетельствует, в частности, крайняя скудость информации о НАТО в государственных медиа. Складывается впечатление, что в верхах не уверены в долгосрочности сложившегося положения дел и потому не хотят, чтобы у населения возникло чересчур позитивное представление о потенциальном противнике.

Во всяком случае, до Армении (которая, между прочим, тоже входит в ОДКБ) нам далеко. Тамошний МИД в рамках программы индивидуального партнерства уже в 11-й (!) раз провел «Неделю НАТО», в рамках которой обсуждались отношения Еревана с альянсом.

В Беларуси же очень трудно получить сведения, которые, казалось бы, никоим образом не могут быть отнесены к могущим нанести какой-то вред. Например, о конкретном взаимодействии по программе «Партнерство ради мира». Известно лишь, что Беларусь участвует примерно в 50-60 из порядка двух тысяч существующих в НАТО проектов сотрудничества. Для сравнения: нейтральные Швеция и Финляндия — более чем в 500.

В этом плане весьма полезным могло бы оказаться создание в Минске информационного офиса НАТО, аналогичного тем, что существуют в ряде других бывших советских республик. Такое предложение в свое время звучало, но белорусская сторона, как и следовало ожидать, энтузиазма по этому поводу не выразила.

Что же повлияло на перемены в нынешнем году? Ответ простой: маневры «Запад-2017», вызвавшие значительную тревогу в сопредельных государствах.

Недавно группа белорусских аналитиков и журналистов посетила штаб-квартиру альянса, где его представители дали позитивную оценку обеспеченному Беларусью уровню транспарентности этих учений. При том, что, напротив, в адрес России в том же аспекте были высказаны очень большие претензии.

В целом было отмечено, что наша страна выражает серьезную заинтересованность в расширении сотрудничества с НАТО в сфере безопасности.

Кстати, почти одновременно с упомянутой группой Брюссель посетил начальник департамента международного военного сотрудничества Министерства обороны Беларуси генерал Олег Воинов, который принял участие в заседании Комитета НАТО по партнерствам и совместной безопасности в формате «Беларусь + НАТО».

Несмотря на сохраняющиеся разногласия, в свете продолжения контактов осторожный оптимизм по поводу перспектив выглядит допустимым. Правда, слишком многое здесь зависит от Москвы.

 

Фото на главной странице pixabay.com