Страх ненаклоняемых. Лукашенко твердит, что надо дрожать за экономику

Наша экономика непредсказуема, потому что зависит от России, а самочувствие России — от цены на нефть и силы западных санкций…

Приоритетом номер один назвал экономику Александр Лукашенко в беседе с министром иностранных дел Владимиром Макеем 4 сентября. Причем снова в этом контексте возникла тема страха властей предержащих: «И если чего-то бояться, то надо бояться и дрожать за экономику, чтобы она развивалась как следует».

О фобиях, связанных с экономикой, белорусский президент говорит уже третий раз за считаные дни.

Сначала в интервью, показанном 26 августа на телеканале «Беларусь 1», официальный лидер заявил: «…Мне уже ничего не страшно. Я человек, прошедший через многие страхи. Но есть один страх, если его можно страхом назвать, — это экономика».

Затем 31 августа, принимая кадровые решения, Лукашенко произнес: «Самое страшное, за что мы должны бояться, — это экономика. Других нет проблем в нашем обществе. Все остальное мы держим жестко на контроле».

И вот — тот же рефрен в напутствии главе дипломатии.

 

Я планов наших люблю громадье

Вообще-то тема страха для Лукашенко нехарактерна. Напротив, он обычно бравирует своим бесстрашием, подчеркивает в излюбленной жаргонной стилистике, что его никто не может наклонить — ни с запада, ни с востока.

Но вот перед своенравием и непредсказуемостью экономики жесткий, упрямый белорусский руководитель пасует и не стесняется в этом признаться. Что тоже пришло не сразу.

Экономика раз за разом примерно наказывала белорусскую властную верхушку (а заодно, к сожалению, и весь народ) за волюнтаризм, особенно за печатание пустых денег. Экономика показала, что способна наклонять даже ненаклоняемых.

Много лет белорусское руководство козыряло тем, что не отдало народное хозяйство на поругание рыночной стихии и развивает экономику по планам, как это было в Советском Союзе. На советский же манер ввели пятилетки, контрольные цифры стали утверждать на всебелорусских собраниях — аналогах съездов КПСС.

Еще и сейчас Лукашенко, бывает, по инерции упрекает подчиненных, что те не выполняют параметры, установленные Всебелорусским собранием. Но чем дальше, тем отчетливее видно, что постановления этих форумов не более действенны, чем заклинания шаманов.

Оказалось, что при белорусской модели, когда все расписано в директивах, а жесточайший спрос возведен в абсолют, экономика более непредсказуема, вероломна, чем у проклятых буржуинов с их частнособственнической стихией.

 

Беленькие воротнички пашут как папа Карло

Сегодня Макей доложил президенту, что за первое полугодие экспорт вырос на 19,4%. Но за кадром официальных сообщений осталась другая цифра: импорт за это же время вырос на 20,5%, что, сами понимаете, не улучшило наше внешнеторговое сальдо.

Обращает на себя внимание и то, что задачи по экспорту Лукашенко ставит перед руководителем внешнеполитического ведомства. «Если касаться нашей внешней политики, у нас тут более-менее стабильная ситуация», — так пояснил президент экономический уклон беседы.

Он уже давно нагрузил дипломатов миссией продвигать белорусский товар по всем азимутам. Несколько лет назад Лукашенко высказался об этом откровенно и даже с долей насмешки: «Послов зажали, чтобы продавали продукцию, а продавать ведь не хочется. Хочется ведь, знаете: беленькие манжетики, беленькие воротнички, сидеть во Франции и представлять какие-то политические интересы, заниматься болтовней и картины на стенах развешивать, показывая этим свою работу».

Это была реакция на интервью посла во Франции Павла Латушко, который осмелился заикнуться, что трудно продавать не самую качественную продукцию: «Мы встречаемся с ситуацией, когда наша техника на презентациях просто ломается. И, конечно же, какое может быть доверие к той продукции, которая на первой же презентации может поломаться?»

Теперь, конечно, дипломаты молчат в тряпочку, но ведь по сути так оно и есть: не они определяют качество и себестоимость продукции белорусских предприятий. Конечно, от расторопности конкретного дипломата тоже зависит, удастся ли пристроить некий товар. Но впарить можно раз-другой. А так — выше пояса не прыгнешь, если товар в принципе не ахти как конкурентоспособен.

 

Нефтяное проклятье

Но вообще-то белорусский экспорт во многом базируется на продаже нефтепродуктов. Это товар ликвидный, однако и здесь все скользко, зыбко, поскольку условия получения углеводородов определяет Россия.

И как раз сейчас она Минск в этом плане поджимает. Отсюда и мандраж белорусского начальства, чтобы наша экономика не сдулась, как проколотая шина.

Болевые точки здесь таковы: налоговый маневр в нефтяной отрасли России (он подрежет маржу наших НПЗ), намерение Москвы резко сократить поставки нефтепродуктов (что ударяет по их реэкспорту), прекращение выплат по схеме перетаможки нефти (это грозит потерей сотен миллионов долларов в год для белорусского бюджета), неясность с ценой газа после 2019 года и пр.

Формально на российских углеводородах свет клином не сошелся, но на деле… Вот сегодня посол Казахстана Ермухамет Ертысбаев заявил на пресс-конференции в Минске, что его страна готова поставлять нефть белорусам «хоть завтра, но как попасть в эту трубу и довести до вашего НПЗ?»

Закавыка в том, что между Казахстаном и Беларусью лежит Россия, для которой своя рубашка ближе к телу. И это один из примеров, когда ЕАЭС не работает.

 

Апокалипсиса не будет, но и взлета тоже

Уже ежу понятно, что золотые времена нефтяного офшора Минску не вернуть. Наихудший же сценарий таков: Москва прекращает экспорт нефтепродуктов в Беларусь, ликвидирует схему перетаможки нефти, отказывает в межгосударственном кредите на миллиард долларов в 2019 году, заламывает цену за газ с 2020 года. Короче, ставит союзника на колени.

Впрочем, этот апокалипсис для белорусского режима маловероятен. Вопреки популярным ныне страшилкам, Москва не собирается отодвигать Лукашенко от власти. Во-первых, не особо-то и отодвинешь. Затратно, рискованно. Во-вторых, надо ли будить лихо? Конечно, если ломануть со всей дури, Беларусь подмять можно. Но что получится на выходе?

Да, августовская встреча Лукашенко с Путиным в Сочи была скоротечной и, судя по всему, не очень удачной для гостя. Но на 21 сентября намечена еще одна встреча двух лидеров в России с участием важных правительственных чинов. И хотя можно смело предположить, что желания белорусской стороны не будут удовлетворены в полной мере, кое-что Путин, скорее всего, снисходительно даст.

Да, Кремль решил обходиться с союзником построже, но совсем отказываться от его стимулирования, обрушивать белорусскую экономику (а значит и стабильность в соседней стране), скорее всего, не станет. Потому что иначе может возникнуть новая головная боль для самой России.

Сегодня Кремль подтвердил, что Путин собирается в Могилев на форум регионов в октябре. И это косвенный признак того, что встреча 21 сентября не окажется пустой для белорусской стороны. Иначе, если конфликт усугубится, если горшки вдребезги, то какие тогда к чертям совместные форумы?

 

Это фиаско, братан

Итак, фобии белорусского начальства проистекают из того, что экономика критически зависит от России. Но и это не все. Дело в том, что Россия сама страшно зависит от внешних факторов — прежде всего от цены на нефть и силы западных санкций.

Так что для Минска здесь кроется двойная непредсказуемость, на фоне которой постановления всебелорусских собраний о росте ВВП на столько-то процентов выглядят сущим шаманством.

Наконец, по прикидкам экспертов Евразийского банка развития (аналитики других авторитетных структур делают подобные прогнозы), потенциал белорусской модели — 2% годового прироста ВВП.

Это естественный потолок нереформированной отечественной экономики. И за какие бы цифры ни голосовали собранные во Дворец Республики передовые доярки, кузнецы и вертикальщики, выше этого потолка не прыгнешь. Мы будем все больше отставать даже от Польши.

Да, реформы могли бы изменить ситуацию. Но от них белорусское руководство удерживает тоже… страх. Такой вот порочный круг фобий. Это фиаско, братан.

 

Видео пресс-службы президента Беларуси