Лукашенко полетел к Эрдогану выравнивать паритет

Президенты Беларуси и Турции на дружеской ноге, но в торговле большой перекос не в нашу пользу.

Александр Лукашенко 16 апреля посетит Турцию с официальным визитом. В Анкаре президент Беларуси проведет переговоры с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Встреча пройдет в узком формате и расширенном составе с участием членов делегаций.

Как сообщает пресс-служба белорусского лидера, стороны обсудят политические вопросы, развитие торгово-экономического взаимодействия, его наполнение новыми взаимовыгодными проектами. По итогам переговоров ожидается подписание пакета международных документов.

Накануне визита в интервью турецкому агентству «Анадолу» Лукашенко подчеркивал, что главной темой переговоров с Эрдоганом будут инвестиции и торговля.

 

Друг и брат

В этом же интервью Лукашенко рассказал о, по его словам, тесных отношениях с Эрдоганом.

«Я называю Эрдогана своим другом. Турецкий лидер обращается ко мне со словом брат, — рассказал президент Беларуси. — Мы, можно сказать, как близкие, родные люди. Мы понимаем друг друга, мы поддерживаем друг друга на всех международных площадках. Мы строим очень хорошие отношения между мощной и богатой Турцией и очень важной страной — Беларусью. У нас нет никаких закрытых тем для сотрудничества. Я молю Бога и Аллаха, чтобы ничто не помешало нам выстраивать эти хорошие отношения».

Не удивительно, что когда летом 2018-го Эрдоган переизбрался на пост президента Турции, одним из первых, кто его поздравил, был Александр Лукашенко.

Несколько смущает лишь странное обстоятельство: чем теснее дружба с зарубежным лидером, тем хуже торговый баланс Беларуси с соответствующим государством.

Белорусско-турецким отношениям уже более четверти века, и более двух десятилетий прошло со дня первого контакта на высшем уровне. Однако история знакомства нынешних лидеров существенно короче.

В 1996 году, когда состоялся первый официальный визит Лукашенко в Турцию, он вряд ли встречался с Эрдоганом, занимавшим в то время пост мэра Стамбула.

На стамбульском саммите ОБСЕ, прошедшем в 1999 году, такая встреча точно не могла состояться, поскольку Эрдогану в тот период было запрещено заниматься политической деятельностью.

Так что первая встреча произошла лишь в 2010 году, когда белорусский лидер второй раз официально посещал Турцию, а Эрдоган был премьер-министром.

В ранге же президентов они встретились впервые в апреле 2016 года в Стамбуле на полях саммита Организации исламского сотрудничества. А в ноябре состоялся первый в истории двусторонних отношений визит в Беларусь главы турецкого государства.

То есть, казалось бы, у первых лиц было не так много возможностей, чтобы познакомиться получше. Но зато, как можно предположить, в личном сближении Лукашенко и Эрдогана сыграли роль несколько общих внешне- и внутриполитических факторов.

1. Оба режима являются авторитарными. Правда, если в Турции наблюдается значительное ужесточение внутренней политики, то в Беларуси — пусть косметическое, но смягчение. Впрочем, во втором случае сохранение нынешней тенденции отнюдь не гарантировано.

2. Оба президента не являются поклонниками Запада. Беларусь сейчас слегка сближается с ним, Турция, напротив, от него отдаляется. Хотя при этом остается членом НАТО и, формально, кандидатом на вступление в ЕС, тогда как белорусские власти могут увидеть такое разве что в страшном сне.

Как представляется, сегодня оба лидера в глазах Европы и Америки выглядят примерно одинаково, различия же во взаимодействии с ними определяются разными весовыми категориями Минска и Анкары.

3. Стремление к максимальной концентрации властных полномочий в своих руках, реализуемое с помощью референдумов.

4. Не слишком строгое, мягко говоря, следование международным стандартам при проведении электоральных кампаний. Причем последний отчет наблюдателей ОБСЕ показывает, что Турция в этом плане постепенно догоняет Беларусь (хотя в Турции пока довольно прозрачно считают голоса, условия политической конкуренции становятся все более неравными).

 

Экономика отстает от политики

Пожалуй, единственное радикальное различие двух стран, если, разумеется, оставить в стороне размеры и религиозный аспект, заключается в принципах устройства их экономик: в Турции гораздо больше рыночной свободы. Однако торговать это различие не особо мешает, что подтверждает статистика последних лет.

Так, если на рубеже веков взаимный товарооборот составлял менее 50 млн долларов и Турция в списке наших торговых партнеров занимала места где-то в четвертом десятке, то в прошлом году товарооборот почти достиг миллиарда долларов и ее позиция была уже девятой. За последние десять лет рост торговли превысил 300%.

Основные позиции белорусского экспорта в Турцию: калийные удобрения, акрилонитрил, синтетические волокна и нити, стальные полуфабрикаты и проволока, льняные ткани, сливочное масло, сухое молоко.

Импорт включает в себя сельхозпродукцию (сезонную или не культивируемую в Беларуси), трикотажные полотна и ткани, синтетические нити, одежду и обувь, запчасти и принадлежности для автотракторной техники.

Несколько лет назад активно действовали на белорусском рынке и турецкие инвесторы, с участием которых было построено и реконструировано несколько «многозвездных» отелей. Кроме того, в 2008 году турецкая телекоммуникационная компания Turkcell приобрела 80% ЗАО «БеСТ» — оператора сотовой связи life:).

Более того, несколько лет назад турецкие бизнесмены высказали идею создать совместный индустриальный парк, в который они намеревались вложить около миллиарда долларов. Однако она, похоже, тихо угасла.

По итогам 2018 года объем турецких инвестиций составил всего 43,1 млн долларов, что по сравнению с 0,5 млрд пятью годами ранее выглядит не слишком солидно. Причина заключается в том, что ранее деньги вкладывались преимущественно в развлекательный и рекреационный сектор, а в условиях стагнирующей экономики смысл этого теряется.

Наконец, одновременно с ростом товарооборота быстро росло и отрицательное сальдо: 2012 год — минус 242 млн долларов; 2014-й — минус 300 млн; 2015-й — минус 350 млн; 2017-й — минус 673 млн. Лишь по итогам 2018-го падение приостановилось — минус 617 млн.

Не случайно в недавнем интервью турецкому информагентству Лукашенко отметил, что «паритет в торгово-экономических отношениях (…) надо выравнивать».

Если вспомнить, что в трио стран, в торговле с которыми у Беларуси наибольшее отрицательное сальдо, входят также Россия и Китай, то просматривается довольно странная закономерность: чем ближе наш крупный партнер политически, тем хуже с ним внешнеторговый баланс…

Причем, как показывает практика, в силу многих обстоятельств подобное положение может сохраняться очень долго. В случае с Турцией тоже нет серьезных оснований ожидать каких-то кардинальных изменений.