Что толкает Лукашенко переделать Конституцию?

Ведь и нынешняя служит ему исправно. Конспирологи нашептывают о руке Москвы, эксперты размышляют о транзите власти…

В ближайшее время в Беларуси или будет новая Конституция, или будут вноситься правки в действующую. Об этом Александр Лукашенко заявил 31 мая на встрече с руководителями конституционных судов зарубежных государств. Чем вызван этот рефрен?

Фото pac.by

В последние месяцы официальный лидер раз за разом артикулирует намерение поменять Основной закон. Зачем? Ведь и при нынешнем глава государства имеет все, что хочет, без проблем переизбирается на новые сроки.

Критично мыслящие белорусы особенно недоверчиво воспринимают рассуждения Лукашенко, что надо бы перераспределить полномочия между ветвями власти. Неужели тот, кто даже сам себя полушутя называет диктатором, собственной рукой урежет свои царские права?

В добровольный уход властолюбивого лидера, кажется, вросшего в свое кресло, тоже слабо верится.

Между тем в аппаратной среде идет уже волна разговоров о новациях, при том что обычно белорусские чиновники предпочитают на такие темы молчать в тряпочку.

Активизировалась председатель Центризбиркома Лидия Ермошина. Она предлагает вычеркнуть из Конституции институт отзыва депутата (мешающий ввести выборы по партийным спискам), убрать анахроничное  право выдвигать кандидатов трудовыми коллективами, упразднить сельсоветы и даже ввести выборы мэров. Прямо-таки свежий ветер перемен.

 

В чем прагматичные мотивы?

Да, красивые словеса, но видавшая виды политизированная белорусская публика меньше всего склонна впадать в иллюзии. Комментаторы ищут прагматичные мотивы, подталкивающие к конституционным новациям не прогрессиста-реформатора, а консервативного правителя, который у руля почти четверть века.

С одной стороны, подчистить Основной закон вроде бы и не грех. Давно нет хозяйственных судов, а упоминание о них мозолит глаза.

Выборы сельсоветских депутатов вполне можно было бы отменить: хлопот много, престижа у таких мандатов ноль, наскрести кондиционных по меркам вертикали кандидатов — проблема.

Выборы же по партийным спискам в принципе нетрудно взять под контроль, как в России или Казахстане. Но у Лукашенко давний скепсис к идее партии власти, она ему представляется пятым колесом в телеге.

Декоративным изменением Конституции пустить пыль в глаза Западу? Но тот сейчас ослабил условия по части демократизации. Европе важнее, например, мораторий на смертную казнь.

Да и в принципе Лукашенко не склонен делать реверансы перед Европой с ее гнилым либерализмом, от которого только неприятности. Сегодня официальный лидер в очередной раз уверял, что демократии и свободы в Беларуси нисколько не меньше, чем на Западе, который к тому же, мол, уже обжегся на некоторых вещах и еще оценит белорусский опыт сохранения стабильности.

 

Перед кем расшаркиваться?

Правда, внутренняя оппозиция давно и упорно требует демократизации, настоящих выборов, но она слишком слаба, чтобы жесткий авторитарный лидер уступал и даже вообще брал ее в расчет. К тому же прозрачные выборы — с конкуренцией, допуском оппонентов режима в избиркомы, показом каждого бюллетеня при подсчете голосов — можно устроить и по нынешней Конституции.

Но наверху явно не горят желанием проделывать такие эксперименты. Судя по установкам, которые дает Лукашенко вертикали («чтобы в умах людей даже не было альтернативы»), выборы парламента в ноябре и президента в 2020 году пройдут «в лучших традициях».

Отлаженная машина работает без сбоев. Тогда в чем интерес бессменного президента менять Основной закон?

Конспирологи подбрасывают версию, что это выкручивает руки Москва, заставляя объединиться или как минимум уступить кресло.

Да, в принципе Кремль прижал сильно, это секрет полишинеля. Но Лукашенко не похож на человека, готового так легко сдаться.

 

Первый президент хочет гарантировать себе безопасность?

По одной из версий, нынешний президент хотел бы через изменение Конституции гарантировать себе безопасность после ухода из власти, отметил в комментарии для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

Но аналитик не видит здесь логики, поскольку Лукашенко выглядит человеком, который «не верит в конституционные ограничения, а больше ориентируется на личность». Борис Ельцин тоже сделал ставку на выбор надежного преемника, напомнил Карбалевич.

Он также сомневается, что через перелицовку Конституции первый президент Беларуси хочет остаться у власти в ином амплуа. Ведь тот скептично отзывался о рокировке Владимира Путина и Дмитрия Медведева в 2008–2012 годах, попытке бывшего президента Армении Сержа Саргсяна перетащить полномочия вместе с собой в кресло премьера (что спровоцировало бархатную революцию). Также белорусский руководитель говорил, что не склонен прибегать к варианту Нурсултана Назарбаева, напоминает эксперт.

Очевидного ответа, в чем мотивы Лукашенко, пока нет, интрига остается, считает Карбалевич.

 

Какие изменения были бы действительно важными?

Директор института «Политическая сфера» доктор политологических наук Андрей Казакевич в комментарии для Naviny.by отметил, что нынешние полномочия для Лукашенко «очень удобны» и вряд ли у него есть желание их серьезно перераспределять. К тому же при желании можно, и не меняя Конституцию, «увеличить автономию и самостоятельность местных органов власти, правительства».

Собеседник допускает, что действующий президент озаботился проблемой транзита власти. Но при гипотетическом уходе с поста гарантии «лежат в политической, а не юридической плоскости», подчеркнул Казакевич.

Не косметически, а принципиально изменить Конституцию в плане баланса властей могли бы две вещи, считает он. Следовало бы переписать статью 137, согласно которой указы и декреты президента выше законов, а также дать парламенту больше прав в процедуре назначения правительства и контроле за его работой.

Однако в вероятность таких шагов политолог не слишком верит. Лукашенко «очень слабо умеет вести организационную игру, работу с правительством, парламентом», ему «удобнее, когда все решения принимаются в одном центре и не надо никаких формальностей соблюдать», говорит Казакевич.

Действительно, вон как мучается в Украине с первых шагов Владимир Зеленский. Верховную раду голыми руками не возьмешь, да и в принципе президент там может предлагать (только предлагать!) парламенту кандидатов на несколько ключевых постов.

Смотрит Лукашенко на бедолагу-шоумена и, вероятно, думает, что такой хоккей нам не нужен.

 

Непосильный вызов?

Если же серьезно, то стареющий лидер в мучительной ситуации. Время летит неумолимо, транзит власти неизбежен.

По идее, на первом плане должны быть гарантии для страны, которая чрезмерно зависит от восточной соседки, в последнее время усиленно склоняющей к «углубленной интеграции». Нужны реформы (включая конституционную), которые укрепили бы экономическую базу независимости, национальное самосознание, создали бы условия для формирования сильного политического класса.

Но для человека, который назвал себя единственным в стране политиком и отстроил под такой порядок всю систему, это, похоже, непосильный вызов. Потому так туманны, невнятны заявления о новой Конституции.