Власти ввели запретительный тариф для уличных акций, но учли ли побочный эффект?

Разгон даже малочисленного митинга или демонстрации автоматически включает это событие в повестку дня СМИ.

С введением обязательных платежей за проведение уличных акций белорусским властям в 2019 году, похоже, удалось заставить оппозицию закрыть эпоху уличной «календарной обрядности».

До сих пор у белорусской оппозиции были ежегодные даты, когда она проводила массовые уличные мероприятия: 25 марта — День Воли, 26 апреля — «Чернобыльский шлях». Для своего круга не требовалось ничего объяснять — все знали дату и смысл, а организаторам требовалось только определиться с конкретным местом и временем, а также провести переговоры с городскими властями.

Постановление «Об утверждении Положения о порядке оплаты услуг по охране общественного порядка, оказываемых органами внутренних дел, расходов, связанных с медицинским обслуживанием, уборкой территории после проведения на ней массового мероприятия» было утверждено правительством 24 января 2019 года. Согласно документу урегулирование разногласий между организатором массового мероприятия и органами внутренних дел «осуществляется в соответствии с условиями заключенных договоров путем проведения переговоров или в судебном порядке».

В распределении массовости акций исследователи констатировали сезонность: самая активная «горячая весна», менее активная «холодная осень», остальной календарь наполнялся от случая к случаю.

По подсчетам института «Палітычная сфера», в 2013-2015 годах от 23% до 40% оппозиционных уличных акций в год приходилось именно на «календарные» мероприятия. Это довольно много.

Другие оппозиционные акции могли быть связаны с электоральной кампанией, реакцией на действия властей и бизнеса. Кроме весны 2017 года, когда в Минске и регионах вышла протестовать против «антитунеядского» декрета № 3 неполитизированная публика, в последние годы оппозиции не удавалось использовать волну социальных протестов в своих целях, да, собственно, и волны как таковой уже не было.

В 2018 году произошла деполитизация Дня Воли: за предоставление площадки возле оперного театра в Минске оппозиционные политики согласились не выступать с политическими речами.

 

Оппозиционеры должны милиции деньги

В 2019 году оппозиционеры смогли вернуть политический формат Дню Воли в Минске, но оказались должны государству — власти выставили счет за оплату работы милиции на охране санкционированного массового мероприятия.

За отказ платить были оштрафованы председатель движения «За Свободу» Юрий Губаревич, и.о. главы Объединенной гражданской партии Николай Козлов, сопредседатель оргкомитета по созданию партии «Белорусская христианская демократия» Ольга Ковалькова и лидер Белорусской социал-демократической партии (Грамада) Игорь Борисов.

Организаторы Дня Воли отказались платить затребованные 250 базовых величин (6375 рублей), аргументировав это тем, что охрана митинга была некачественной. А именно: люди в штатском схватили на акции активиста Дмитрия Дашкевича, охрана же не смогла или не захотела объяснять, кто и почему это сделал. Более того, на короткий срок был задержан сопредседатель БХД Виталий Рымашевский, который пытался разобраться с похищением Дашкевича.

«Чернобыльский шлях» 26 апреля власти разрешили и потребовали оплатить 5737,05 рубля (около 2435 евро) за охрану. За день до акции заявители отозвали заявку.

«Дело не в том, что у организаторов нет денег, мы принципиально отказываемся платить за услуги милиции — они оплачиваются из наших налогов», — заявила на пресс-конференции 25 апреля Ковалькова. Отказ организаторов от уже разрешенного шествия случился впервые.

В итоге если санкционированный властями День Воли 24 марта в столичном Киевском сквере собрал до 2000 участников по оценкам журналистов (до 1500 по оценке ГУВД Мингорисполкома), то несанкционированный «Чернобыльский шлях» 26 апреля — до 50.

 

Эпоха уличной «календарной обрядности» завершается

Итак, налицо «жесточайшая либерализация» (выражение главы МВД Игоря Шуневича) законодательства о массовых мероприятиях. С одной стороны, власти ввели уведомительный принцип для уличных акций в специально отведенных (как правило, неудобных) местах, с другой стороны — установили тариф на охрану. Причем требуется оплачивать работу не только милиции, но и медиков, коммунальщиков.

В этой ситуации инициаторы, скорее всего, предпочтут проводить мероприятия либо без разрешения, либо в помещении — как круглый стол или конференцию. В обоих случаях вынужденный формат снизит количество участников.

Кейс Дня Воли показал, что платить штрафы для организаторов акции хоть ненамного, но дешевле, чем оплачивать услуги милиции.

Однако нужно иметь в виду, что лица, допустившие нарушение порядка организации или проведения массового мероприятия, в течение одного года после наложения административного взыскания за такое нарушение не могут выступать организаторами массового мероприятия.

Более того, оплата штрафов не снимает с организаторов обязательств по оплате счета за услуги милиции. Но это значит, что в следующий раз нет смысла и заявку подавать, можно отделаться штрафами и сутками ареста.

Политики, оштрафованные за отказ оплачивать празднование Дня Воли, уже не смогут в ближайшее время выступать официальными организаторами массового мероприятия. Для них откроется окно возможностей только после официального старта парламентских выборов, когда станет возможно делать пикеты для сбора подписей, а также акции в рамках предвыборной агитации — они проходят по правилам Избирательного кодекса, а не закона о массовых мероприятиях.

Сопредседатель оргкомитета по созданию партии «Белорусская христианская демократия» Ольга Ковалькова инициировала сбор подписей под коллективным обращением в Совет министров с требованием отменить постановление № 49 об оплате услуг милиции на митингах.

В обращении также предлагается внести дополнения в закон о массовых мероприятиях, в частности дать определения коммерческого и некоммерческого массового мероприятия и отменить оплату услуг для некоммерческих.

Ковалькова намерена подать обращение, когда соберется не менее 1000 подписей.

Если власти сохранят неизменными свои запретительные тарифы на проведение массовых мероприятий, то можно будет констатировать завершение эпохи уличной «календарной обрядности».

В ситуации, когда нет денег, нет массовой поддержки населением, нет популярных лозунгов и идей, как оживить привязанные к календарю мероприятия, ввести их в повестку дня массовой аудитории, — формат таких акций становится нежизнеспособным.

Уличные акции должны решать политические задачи — оказывать давление на правящий режим, расширять базу поддержки политических структур, загружать их активистов конкретной и понятной работой, консолидировать единомышленников, демонстрировать наличие политической альтернативы и т.д. Однако недавний «Чернобыльский шлях» оказался слишком малочисленным, чтобы решать такие задачи.

 

Иногда пар срывает крышку

«Календарные» акции, как правило, проходили санкционированно, а значит, власти имели возможность к ним готовиться, проводить переговоры с организаторами, указывать место и время проведения. В свою очередь, несанкционированные акции иногда проходят спонтанно, их организаторы обычно выбирают людные места.

Нужно иметь в виду, что разгон даже малочисленного митинга или демонстрации автоматически включает это событие в повестку дня СМИ, в то время как рутинное проведение часто оставляет эту тему «ниже радаров» медиа.

Соответственно, «жесточайшая либерализация» массовых мероприятий с запретительным тарифом провоцирует радикализацию уличной активности, может вывести на первые роли харизматичных уличных заводил вроде Николая Статкевича, оставив руководителей ряда политических структур за порогом внимания общества.

Побочным эффектом такого тренда, если он проявится, станет ухудшение имиджа белорусского правящего режима в глазах западных партнеров, которые после 2014 года придерживаются принципа «не раскачивайте лодку в Минске, а то путинские танки будут в Бресте».

Медиаэффект от разгона демонстраций в Беларуси может усилить давление западных избирателей на своих политиков, чтобы те поставили на место белорусское руководство. А это, в свою очередь, может поставить подножку прагматичному диалогу Минска с Брюсселем и Вашингтоном.