Евро-2020. Футбол и немцы

Некрупное поражение — это все, на что могла претендовать белорусская футбольная сборная в матче против четырехкратных чемпионов мира.

Так бывает: суверенному белорусскому футболу стукнуло 27 лет (по человеческим меркам в этом возрасте уже появляются первые признаки старения), а со сборной Германии национальная команда впервые встретилась только сейчас.

Да, была уже в далеком 2008-м в Кайзерслаутерне товарищеская игра, и закончилась она почетной ничьей 2:2, и тренировал соперника все тот же Йоахим Лёв (а наших — его соотечественник Бернд Штанге).

Однако в отборе топ-турнира вчерашний матч в Борисове был первым. И еще будет второй, в середине ноября в одном из немецких городов. К тому славному моменту Германия уже обеспечит себе выход из группы, а Беларусь традиционно не выполнит поставленную задачу (на этот раз — финишировать вслед за фаворитами, немцами и голландцами, хотя последние в свете успехов северных ирландцев пока под вопросом) и будет мужественно бороться за предпоследнее место в группе С (с Эстонией).

Накануне игры исполнилось 24 года со дня исторической победы белорусской сборной под руководством Сергея Боровского над голландцами (если кто забыл — 1:0, в отборочном турнире ЧЕ-1996), но никакие параллели не напрашивались изначально. Межсезонье в европейском футболе, травма Лёва, потребовавшая его госпитализации (удар гантелей сказался на кровообращении) — эти проблемы были слишком мелкими, чтобы надеяться на нивелирование разницы в классе. А на что способна die Mannschaft, показала ее мартовская битва с Голландией (победа на выезде 3:2). За три дня до этого команда Игоря Криушенко влетела «оранжевым» 0:4.

«Готовясь к матчу, мы понимали, что контролировать мяч подолгу будет сложно… С позиции силы играть с Германией практически невозможно… Естественно, результат закономерен, Германия по праву сильнее…» — оправдывался Криушенко на пресс-конференции после игры, завершившейся некрупным, но «сухим» поражением 0:2.

В первом тайме, при 0:1, у хозяев даже были реальные шансы сравнять счет, но легендарный Мануэль Нойер — это больше, чем половина немецкой команды. Пропасть в классе соперников подчеркнул именно он, когда вышел на перехват и в углу штрафной финтами усадил на поле полузащитника солигорского «Шахтера» Юрия Ковалева. Впрочем, Игорь Криушенко встал на защиту своего: до этого футболист, мол, пробежал 70 метров, а у Нойера номер с перевоплощением в полевого игрока не прошел в поединке с Южной Кореей на прошлогоднем ЧМ в России (немцы тогда неожиданно проиграли — кстати, тоже 0:2 — и не попали в плей-офф).

Когда события на поле не выходят за рамки ожиданий и пределы мечтаний, больше внимания в репортажах обращаешь на «вокруг да около».

К примеру, фанаты немецкой сборной. Их было заметно больше, чем мест, отведенных для гостевой квоты. Постарались свои. Только возле места парковки нашей машины разгружались микроавтобус и легковушка с номерами столичной области, привезшие русскоговорящих поклонников Лёва в полной экипировке.

Кстати, в интервью football.by Нойер выразил недоумение, «как можно болеть против своей страны». На самом деле болели не против своих, а за чужих — разница все же есть. Автора этих заметок внутренний голос вообще рвал на атомы: по месту рождения надо бы болеть за местных, по происхождению — за приезжих.

Немецких коллег приехало десятка четыре. Это много для небольшого борисовского пресс-центра. Но, в отличие от тех же испанцев, их присутствие вообще не ощущалось. Работали тихо, печенье и чай-кофе поглощали без фанатизма.

Правда, телекомпания RTL, транслировавшая встречу на Германию, казалось, оккупировала все. Даже дамская уборная в медиазоне была переоборудована под гримерку. А рядом указатель: «RTL WC».

Самым запомнившимся персонажем оказался нанятый Белорусской федерацией футбола переводчик. Дядьку глубоко за шестьдесят присоветовал Александр Рухля — переводчик Бернда Штанге в Минске. Особенность Рухли (сам он приболел, потому и предложил альтернативу) была в том, что он на встречах со СМИ передавал не только смысл сказано Берндом, но и стиль, а порой и добавлял эмоций от себя. Таким же оказался и его знакомый.

Дядька появился за день до матча на пресс-конференции Криушенко и поразил тем, что беспардонно обрывал того на полуслове — видимо, ему казалось, что сказано достаточно. После перевода тренер редко продолжал начатую мысль.

Когда общение закончилось и корреспондент Naviny.by выкатил претензию, переводчик честно признался, что впервые работает в такой обстановке и замечание учтет. И учел! Он ничего не помечал и переводил по памяти, передавая содержание практически полностью, с интонацией человека, только что выигравшего миллион евро. И добавляя неизменно на немецком: «Журналист задал вопрос о том, что…» или «…таков был вопрос, заданный журналистом».

Но дядька не знал, с чем связался. И поплыл — тогда, когда временный тренер сборной Германии Маркус Зорг после игры начал объяснять нюансы тактических построений и перестроений на игру в три и четыре защитника.

«В три цепи, в четыре цепи… Kette переводится как цепь… Я этих терминов не знаю… Мне легче с русского на немецкий, чем с немецкого на русский. Кто-нибудь из журналистов, знающих немецкий, переведите», — воззвал о помощи друг друга Штанге. Кое-что перевели, но по большей части опустили: свои и так поняли, а чужим малоинтересно.

Последняя постматчевая сценка произошла у точки кормления журналистов, куда, как показалось, федерация бросила годовой запас чая, кофе, сахара и печенья (156 аккредитованных!). Когда почти все уже разошлись, раздался клич местного коллеги: «Нужен немецкий!» Оказалось, по воду пришел иссохший от жажды зарубежный репортер. Выяснилось, однако, что всю воду выпили.

Корреспондент Naviny.by достал из рюкзака припрятанную непочатую бутылку и протянул страждущему. Тот сначала не поверил своим глазам: «Это мне?»«Да, бери, бери». В ноябре сочтемся.