Белорусы боятся нищей старости, но накоплений к ней не делают

В Беларуси четверть населения предвзято относится к людям пожилого возраста.

Доля населения Беларуси старше трудоспособного возраста уже превысила четверть населения страны, но при этом пожилые часто оказываются под прицелом предвзятого отношения в силу возраста. Почему так происходит и что с этим делать?

Фото pixabay.com

 

Кто считает, что старикам тут не место?

К 2035 году, по прогнозам демографов, доля пожилых в Беларуси будет составлять 27,7%. Количественно пожилые занимают все более значимое место в обществе, но при этом отношение к ним в обществе оставляет желать лучшего, потому что в Беларуси очень распространен эйджизм.

К такому выводу пришли эксперты Центра системных бизнес-технологий «Сатио», проведших исследование об отношении населения к людям пожилого возраста и восприятии феномена старости.

Более тысячи респондентам предлагалось оценить 30 высказываний о пожилых людях. Например, «многие пожилые люди скупы и берегут свои деньги и имущество», «многие пожилые люди не заинтересованы в том, чтобы заводить новых друзей, предпочитая вместо этого круг друзей, который у них был в течение многих лет», «многие пожилые люди просто живут прошлым» и так далее.

Почти четверть опрошенных оказались эйджистами — продемонстрировали крайне высокий уровень избегания, дискриминации, сегрегации в отношении пожилых. Респондентов со средним уровнем эйджизма оказалось около 38% — почти столько же, сколько и людей с низким уровнем предвзятости к пожилым.

«Среди эйджистов 58% имеют высшее образование. Многие из них имеют более высокий доход и меньше детей в сравнении с теми, у кого стереотипы в отношении пожилых менее развиты», — отметил менеджер проектов «Сатио» Филипп Биканов во время круглого стола «Новая парадигма устойчивого демографического развития: ключевые элементы».

Подобные исследования проходили и в других странах. В частности, задавался вопрос о том, проявляют ли к пожилым достаточно уважения. Белорусы, как и жители многих других стран, считают, что к пожилым не проявляют достаточно уважения. Косвенно, сказал Филипп Биканов, недостаток уважения подтверждается тем, что большая часть стереотипов о пожилых людях — негативные.

Участники исследования описывали пожилых как бедных, болеющих, нищих, злых, беззащитных. Практически все отмечали, что у пожилых людей есть трудности с трудоустройством и с тем, что они не чувствуют себя в безопасности.

При этом люди с низким уровнем эйджизма выше оценивают способность пожилых к труду и чаще других говорят, что пожилые работают лучше молодых.

Различия по уровню эйджизма начинают проявляться при оценке социальной значимости пожилых: эйджисты гораздо реже соглашаются с высказываниями о важной роли пожилых в обществе. А в числе наиболее часто называемых прав, присущих специфично пожилым, называют финансовую поддержку (это же право чаще всего и нарушается), льготы и бесплатную медицину.

41% опрошенных отметили, что пожилые люди должны обладать правом на пенсию, субсидии, доход, страхование, 29% — на льготы, скидки, специальные акции, а 23% — на здравоохранение.

Большинство опрошенных считают, что в Беларуси чаще всего нарушается право пожилых на достойную пенсию, а меньше всего — политические права (свобода выбора, свободы слова).

Большинство людей заявили, что не сталкивались с насилием по отношению к пожилым людям, а те, кто сталкивался, отмечали, что насильственные действия, как правило, исходят от членов семьи.

 

Что хорошего на пенсии?

В отличие от респондентов из других стран, белорусы реже относят финансовую защищенность и возможность путешествовать к положительным сторонам старости.

По мнению белорусов, преимущества пожилого возраста в том, что с годами приобретается опыт, мудрость и уверенность, появляется больше спокойствия и времени для огорода и для близких, пожилые имеют много хороших воспоминаний.

Стереотипные представления людей о занятиях в старости совпадают с тем, как они видят свою собственную старость, отметил Филипп Биканов:

«Меньше всего в старости люди хотят продолжить работать и заниматься общественной деятельностью, а также в гораздо меньшей степени хотят тратить время на занятия, связанные с дачей, огородом, пусть они и считаются их подходящими для пожилых. А желаемый пенсионный возраст ниже, чем реальный. И чем старше респондент или выше его уровень эйджизма, тем более высоким он называет оптимальный возраст выхода на пенсию».

Любопытно, что большинство белорусов считает, что для подготовки к старости важнее всего откладывать деньги, но делают это очень немногие. «Люди либо не знают о возможности накапливать средства, либо у них попросту нет денег, чтобы это делать», — отметил Биканов.

Отличие белорусского подхода к будущей старости от существующего в других странах не только в том, что мы не накапливаем средств к старости, но и не работаем над сохранением здоровья.

«Белорусы в отличие от граждан других стран реже выполняют те требования, которые они считают необходимыми, чтобы подготовиться к старости. Во всем мире, в отличие от Беларуси, занятиям спортом придается большое значение для подготовки к старости», — отметил Биканов.

В результате у многих старость получается бедная и больная.

Однако, отметил заместитель министра труда и социальной защиты Валерий Ковальков, в Беларуси пенсионеры не относятся к самым бедным слоям общества, так как размер минимальной трудовой пенсии по возрасту больше порога национального уровня бедности.

Самыми бедными являются семьи с детьми, поэтому на них во многом и сориентирована система господдержки, подчеркнул замминистра.

Комментируя тот факт, что у белорусов не выработалась привычка копить деньги на старость, Ковальков обратил внимание, что возможности для этого в стране имеются:

«В Беларуси есть страхование жизни. Сегодня можно застраховаться, нет проблем. Просто менталитет белоруса таков — он хочет получить от государства и желательно бесплатно».