Минский подъезд. Немцам объяснили, почему белорусы не чувствуют себя нацией

В Берлине издано эссе о том, почему белорусы сегодня знают, что они белорусы, но еще не знают, что это значит.

Эксперт Немецкого фонда Маршалла (США) Марина Рахлей — бывшая журналистка БелаПАН, которая живет в Берлине. Она написала книгу Ein Treppenhaus in Minsk. Это эссе о том, почему белорусы никак не почувствуют себя нацией. И это уже вторая книга Марины, написанная в Германии с любовью к Беларуси.

Фото Анны Дрындовой

 

— О чем книга, Марина?

— Это эссе, которое в переводе называется «Один минский подъезд». Я хотела показать, почему белорусы сегодня знают, что они белорусы, но еще не знают, что это значит: мы не разбираемся ни в национальной истории, ни в культуре, не знаем, чем мы можем гордиться.

Я попыталась описать нашу историю и коротко обрисовать последние лет пятьдесят (позднесоветское время, перестройка, получение независимости и четверть века с первым и пока единственным президентом).

А подъезд в доме на улице Толбухина? Для меня всегда истории о соседях были контрнарративом советской пропаганде. С нами жили и белорусы, и поляки, и евреи, и русские. Там рожали детей, кончали жизнь самоубийством, выпадали случайно из окна...

Моя идея в том, чтобы на примере показать, насколько маловероятно, чтобы после многовековой истории без названия страны, усредненным понятием национальности, мои соседи с обретением независимости проснулись белорусами.

— Почему такая тема и для кого?

— Это эссе для людей, которые интересуются Восточной Европой и Беларусью. В Западной Европе сегодня «национальный», «националистический» имеют негативную коннотацию из-за распространения ультраправых движений. Ситуация в Беларуси иная, здесь национальное — это отделение себя от Советского Союза, от России, самоидентификация.

Представление о себе как о нации очень важно для Беларуси, это фактически наша попытка найти себя не только в прошлом, но определить свое место в будущем, вектор дальнейшего развития страны.

— И ты рассказываешь истории людей, с которыми выросла?

— Да, мы сегодня привыкли к тому, что мы — белорусы, но так и не осознали, что это значит. Я смотрю на свою семью, родственников, друзей, одноклассников, соседей. Это был интересный путь от «советского человека» до гражданина отдельной страны.

В определенный момент я с удивлением обнаружила, что принадлежу к уникальному поколению: мое детство не было испорчено марксизмом-ленинизмом, я выросла на романтических идеалах «один за всех и все за одного», мы собирали макулатуру, помогали ветеранам, оберегали младших; в подростковом возрасте мы фактически получили в подарок свою собственную страну, был бело-красно-белый флаг и национальные учебники, мы сдавали историю Беларуси в качестве обязательного экзамена после 9-го класса на белорусском языке.

Я пишу в книжке, что коммунисты научили любить родину, а ею для нас стала Беларусь. Потом период национального подъема закончился, президент Лукашенко пошел за общим настроением в обществе и фактически оставил советские структуры, наполнив их местами современным содержанием.

Но для моего поколения Великое Княжество Литовское и национальные герои вроде Кастуся Калиновского, а я ходила в школу на улице его имени, имеют совершенно другое значение, чем для людей, которые учились до и после меня. Именно поэтому для меня было важно, что перезахоронение Калиновского в ноябре 2019 года стало таким массовым, так широко в Беларуси освещалось.

И свое эссе я заканчиваю мыслью о том, что теперь у меня ощущение, что в мой подъезд на бульваре Толбухина переехал и Кастусь Калиновский, теперь он тоже мой сосед.

— Ты уже автор не первой книги о Беларуси.

— Это совсем другая история. Путеводитель по Беларуси на немецком вышел в 2015-м, мы его написали с филологом и славистом Андре Бёмом.

Эссе о минском подъезде выпустило небольшое берлинское издательство edition.fotoTAPETA. Его руководитель Андреас Ростек говорит, что есть издательства, которые издают книги, чтобы на них заработать, и те, кто издают то, что им интересно прочитать. Мое эссе относится ко второй категории.

Несколько лет назад Ростек приезжал в арт-деревню Каптаруны на международный литературный форум «Междуморье литератур». Его пригласили как издателя книги выходца из Сморгони еврейского писателя Мойши Кульбака. Мы познакомились, много говорили, и Ростек предложил рассказать о моем подъезде.

Получилась очень личная история как объективный взгляд на Беларусь, где примеры и истории из моей семьи — капля, которая рассказывает об океане.

— В Германии знают Беларусь.

— Как ни печально признавать, если не брать экспертное сообщество, о Беларуси в Германии по-прежнему говорят в связи со Второй мировой войной. Но у нас с тех пор очень много изменилось, мы хотим быть современной страной, развиваем ИТ-сектор, продвигаем туризм, а окружающий мир нас помнит как место, где проходила война.

Хотелось бы, чтобы отношение к нам было не как к жертве, а как к стране, где есть что показать и о чем рассказать. К сожалению, государственный нарратив упирается в то, что наше главное достижение — победа в той войне, а до этого и после этого не было ничего.

— И ты пытаешься показать, что это не так?

— Да, я говорю: посмотрите, мы интересные и ни на кого не похожие, у нас своя история и, может быть, свой путь. Однако мы пока не нашли себя и не умеем о себе адекватно рассказать. То есть, проблема не только в том, что о нас мало знают в Западной Европе, но и мы сами мало о себе знаем.

И здесь нужна уже наша, внутренняя работа над собой. Национальная идея или национальная история, увы, не возникают сами по себе, они конструируются либо на уровне государства, либо культурной элитой. И сегодня дискуссия в белорусском обществе идет, запрос на национальную идею есть, но это пока только начало.

А еще хочется историй о нас — больших и маленьких.