Александр Перепечко. СТРАТЕГИИ. Куда идем мы с Пятачком?

Александр ПЕРЕПЕЧКО

Александр ПЕРЕПЕЧКО

Окончил аспирантуру Белорусского государственного университета и докторантуру Вашингтонского университета (Сиэтл, США). Кандидат географических наук по специальности «Экономическая и социальная география». Доктор философии по специальности «Экономическая, социальная и политическая география». Участник международных научно-аналитических программ в Беларуси, России, США и Франции. Эксперт по ГИС, статистическим моделям и Восточной Европе. Консультант по геополитике, геостратегии и элитам в проекте www.geostrategy.info.

Со времени публикации в прошлом году серии статей «Экономика репрессий» для Naviny.by в белорусской папке автора накопилось много материала о геополитике и геостратегии Беларуси. Его фрагментарность и противоречивость являются наименьшими проблемами при обработке и презентации.

 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

 

Дело даже не в сложности независимой экспертизы о далекой от Америки, но близкой для эмигранта страны. Новые технологии и возросший уровень образования обрушивают на читающую и пишущую публику беспрецедентные объемы информации. Этот информационный рай имеет и негативную сторону. Окормленный активными мероприятиями России и аналогичными действиями других держав, анализ геополитики и геостратегии Беларуси изобилует нарциссизмом и интеллектуальным эгалитаризмом.

Погуглив популярные сайты на предмет геополитики и геостратегии, пользователи интернета начинают верить, что теперь информированы почти наравне с генералами и дипломатами. И это не удивительно. В виртуальном пространстве все участники требуют, чтобы их воспринимали одинаково серьезно! А тех, кто с таким подходом не согласен, незамедлительно обвиняют в элитизме.

Такой подход может легко задать (и задает!) ложное направление дебатам о геополитике и геостратегии. Проблема настолько серьезная, что видный американский теоретик международных отношений Том Николз написал книгу «Смерть экспертизы».

Опираясь на подходы и логику, разработанные школой Эдварда Люттвака в стратегических исследованиях, попробуем понять, как изменились или могут в ближайшее время измениться геополитика и геостратегия Беларуси.

 

Белорусская гастроль заокеанского гостя

В 2016 г. в одной из работ автора была предложена следующая стратегия для Беларуси:

«Чтобы выйти из стратегического тупика, Беларуси нужен тяжелый противовес, который не является «близким другом» ни континентальной Европы, ни России. Такими тяжелыми противовесами могут стать США, Великобритания или Китай. Если бы, например, британские (или китайские или американские) инвесторы имели солидные интересы в Беларуси, риск российской интервенции уменьшился бы. Чтобы обеспечить присутствие такого тяжеловеса, хороши все подходы: дипломатия, пропаганда, мероприятия непрозрачного и деликатного характера, экономические инициативы для сближения с новыми друзьями и экономический контроль для отдаления от старых... Логика стратегии не меняется в геоэкономическом контексте, который выражается коммерческими методами вместо военных: капитал вместо огневой мощи, инновации в гражданской сфере вместо военно-технического прогресса, проникновение на рынок вместо введения войск».

Не прошло и четырех лет, как термин «геоэкономика» появился в политическом дискурсе диктатора Беларуси Александра Лукашенко. Это совпало с приездом в Минск государственного секретаря США Майкла Помпео в первых числах февраля 2020 г. Это не случайное совпадение.

Сегодня геополитическая ситуация в Центральной и Восточной Европе в определенной мере напоминает 1980-е гг. Вспомним, что тогда речь шла о размещении американских ракет средней дальности. В наши дни геостратегическое значение расширившихся восточных рубежей НАТО для США опять резко возросло.

Вспомним два ключевых момента в выступлении Помпео после беседы с правителем Беларуси. 1) Соединенные Штаты не предлагают Беларуси выбирать между Россией и США. 2) США готовы обеспечить Беларусь нефтью на 100%. В момент, когда российский углеводородный шантаж синеокой достиг кульминационной точки, американский «тяжеловес» протянул руку помощи зажатой между Россией и ЕС Беларуси.

В этом шаге администрации Трампа есть логика. Когда отношения США и с Россией, и с ЕС резко обострились, республиканцы, воспринимающие Realpolitik очень серьезно, обратились к известной формуле Люттвака: «Стратегия сильнее политики, а политика сильнее торговли».

Действительно, жесткое экономическое принуждение (например, запрет на импорт, подрыв торговли, использование энергетического сектора для достижения политических целей) является рутинной практикой России в отношении соседей, особенно Беларуси. Цены на углеводороды для соседних государств отражают скорее систему поощрений и наказаний, чем рыночных факторов. Так, еще в 2007 г. западные аналитики определители, что в пятидесяти пяти случаях Россия пыталась использовать энергетический шантаж для достижения политических целей.

Когда возможности экономического принуждения исчерпаны, Владимир Путин начинает использовать контроль, опирающийся на жесткую (т.е., физическую, кинетическую) силу. Геополитическая роль этой силы при установлении границ и изменении политических режимов была и остается огромной.

Попытки Грузии, Украины, а еще раньше при Борисе Ельцине — Молдовы, вырваться из сферы интересов России привели к российской оккупации Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии, восточных районов Донецкой и Луганской областей, к оккупации и аннексии Крыма.

Небольшая, небогатая ресурсами, с нереформированной экономикой советского типа Беларусь оказалась перед угрозой стать очередным ломтиком салями на Восточно-Европейском блюде Путина. И это в лучшем случае. В случае если после поглощения восточных частей Беларуси приступ пространственной булимии у «старшего брата» на время прекратится.

До Путина тактика салями (salami tactics) применялась в Восточной Европе коммунистами. Для захвата всей власти военными средствами агрессия делилась на такое число этапов, когда каждый из них в отдельности не мог служить достаточным оправданием для силового отпора.

В худшем случае в отношении Беларуси может быть применена тактика «свершившегося факта» (fait accompli tactic). Просыпаются белорусы в понедельник утром и узнают, что ночью Беларусь была оккупирована.

Иными словами, предложение «тяжеловеса» Помпео описывается второй частью формулы Люттвака, а именно: «...политика сильнее торговли».

Оно вроде бы выигрышно и для последнего диктатора Европы. Впечатление, однако, такое, что после отъезда именитого американского гостя, вступления мира в период пандемии коронавируса и в преддверии очередных фальсифицированных выборов президента, правитель со своей вертикалью продолжил механически маршировать строевым шагом то в западном, то в восточном направлении.

 

Дагестанский суперхит «Не туда не сюда» и огороженный забором мост

Такие действия власти напоминают современный дагестанский суперхит «Не туда не сюда». Правитель и его вертикаль маршируют и пританцовывают всё быстрее и быстрее...

Аналитики в Беларуси нередко называют это «многовекторностью». Такое определение представляется несколько проблематичным. Дело в том, что многовекторность — привилегия мировых и иногда региональных держав. Очевидно, что Беларусь не входит ни в одну из двух групп.

А вот понятие «огораживание изгородью» (hedging) неплохо схватывает сегодняшнее положение Беларуси на международной арене. Определение употребляется в отношении Беларуси некоторыми стратегами НАТО.

Маршировать на параде во время пандемии коронавируса на «огороженном изгородью белорусском мосту», да еще под одуряющую пропаганду, крайне опасно. Вспомним физику из средней школы. Возрастание вынужденных колебаний системы ведет к ее частотно-избирательному отклику — резонансу. Резонанс описывается величиной, называемой добротностью. Т.е., мы имеем дело с добротностью белорусского государства.

В серии статей «Белорусский цугцванг» для сайта geostrategy.info и для Naviny.by мы выяснили в деталях, что строительство этого государства было фактически приостановлено в результате государственного переворота.

Что бы ни заявлял сегодня правитель со своими генералами и дипломатами, белорусское государство является ненадежной конструкцией. Резонанс белорусского моста произойдет тогда, когда частота маршировки-пританцовывания на этом мосту приблизится к резонансным частотам, которые заданы внутренними свойствами белорусского государства. Т.е., если маршировать всё быстрее и быстрее, то в какой-то момент мост обязательно обрушится.

Тогда почему правитель и его окружение это делают?

 

А деньги? Какие деньги?

Потому, что это вечное «Не туда не сюда» является тактикой для пожизненного пребывания у власти, обогащения, переведения материальных активов за рубеж (в том числе в офшоры) и, в конечном счете, для передачи богатства наследникам.

Диктатору, его челяди и чиновникам трудно вообразить власть без личного обогащения. Строить современное государство, которым надо профессионально управлять и защищать за зарплату, т.е. «за так», для них не имеет смысла. Как не имеет смысла и сам «народец», если с него нечего больше взять. Многие из них просто сбегут на «запасные аэродромы», подготовленные в России, ОАЭ, Венесуэле, на солнечных южных островах или где-то еще.

Когда самые лакомые куски национального достояния расхищены и проданы, а Москва в очередной раз уменьшает субсидии и грозит отказать в привилегированном доступе к российским углеводородам, правитель Беларуси и его клика в очередной раз впадают в истерику. Это не случайно.

После тщательной экспертизы, аналитики из американского Центра стратегических и международных исследований в очередной раз сделали вывод, что государственные и связанные с государством компании энергетического сектора в России коренным образом отличаются от обычных бизнесов, таких, например, как транснациональные компании или корпорации на Западе. Российские энергетические компании скорее следует рассматривать как инструменты влияния Москвы, как средства дискредитации, давления и разрушения обществ и государств в Европе и Северной Америке. Тесная вертикальная интеграция власти между государством и частным сектором в России не имеет параллелей на Западе. Политики в США и особенно в Европе, к сожалению, медленно осознают эту асимметрию.

В свое время буквально приторочив свое будущее к Москве, Лукашенко и его клика создали для себя две неразрешимые проблемы, которые сегодня встали во весь рост.

Во-первых, эти люди создали для себя условия, при которых могут обогащаться без особых рисков. Но сохранение накопленных богатств и передача их по наследству внутри Беларуси далеко небезопасны. Институт частной собственности не имеет глубоких корней в стране. Финансовая инфраструктура не развита. Придут очередные «освободители» и всё конфискуют. И это еще если повезет...

Во-вторых, правитель и его челядь не могут спокойно уйти из власти, уехать из страны, спокойно пользоваться своими зарубежными активами и наслаждаться жизнью. Политических противников и журналистов убивали? Права человека нарушали? Мирных демонстрантов избивали и арестовывали? Диссидентов в тюрьмах гноили и пытали? В криминальном бизнесе участвовали? Список претензий длинный.

Правитель и его окружение не хотят потерять свою долю в российских коррупционных проектах и схемах по продаже углеводородов и продуктов их переработки на Запад.

В отличие от диктаторских режимов в Азербайджане, Казахстане, России, Туркменистане и Узбекистане, обладающих собственными ресурсами углеводородов, режим Лукашенко имеет лишь привилегированный доступ к российским нефти и газу. Фактически он является региональным управляющим углеводородным государством-рантье и вручную управляет экономикой репрессий.

С точки зрения школы Люттвака в стратегических исследованиях, Республика Беларусь является государством-клиентом (client-state) Российской Федерации.

 

Перехват клиента правителя?

Углеводородная Российская Федерация является многонациональной империей и самым большим государством в мире. При Владимире Путине это государство прилагает все усилия для увеличения своей мощи за счет превращения всех своих меньших соседей в государства-клиенты.

Подобно тому, как римский император Траян в начале II века н.э. попытался поставить царьком в Ктесифоне (восточная Парфия) проримского аристократа Партамаспата, российский правитель Путин в самом конце XX — начале ХХІ вв. пробует проделать то же самое с постсоветскими соседями России.

В основе создания государств-клиентов лежит кризис преемственности власти (succession crisis). Ну, а поскольку в наше время с пророссийскими аристократами в соседних с Российской Федерацией государствах не густо, то работать приходится с директором совхоза и иными персонажами постсоветского розлива.

Когда дело касается государств-клиентов, рассуждать о легитимности их правителей или о честных выборах просто не имеет смысла.

Какова природа отношений между клиентом и императором или царем?

Рис. 1. Перехват основного потока — импорта нефти и газа из России — означает перехват государства-клиента (Источник: выполнено автором).

Эти отношения базируются на субсидировании клиента империей. Сначала вождь граничащего с империей народа удостаивается щедрого вознаграждения. За мудрость, храбрость и иные лестные качества, которые империя посчитает нужным ему приписать. Чуть позднее вождь начинает получать регулярные краткосрочные субсидии (деньги, ценные природные ресурсы и т.п.). Они становятся арендной платой за определенные обязательства или услуги, обычно военного характера.

В империи прекрасно знают, что не могут приостановить эти платежи, не подвергая безопасность державы в пограничной зоне. Клиент, в свою очередь, хорошо осознает, что империя предпочитает субсидировать его небольшой народ, хотя способна его попросту сокрушить.

Если клиент вдруг потребует увеличения субсидий и других льгот и преференций, то ответом империи становится реальная угроза аннексии. Например, империя может перебросить к границе с обнаглевшим клиентом-государством регулярные армейские подразделения и развернуть их.

Таким образом, как в любой системе власти, в основе отношений между государством-клиентом и империей лежит некое равновесие между угрозами и побудительными мотивами.

В момент, когда это равновесие между белорусским государством-клиентом и имперской Российской Федерацией (между клиентом Лукашенко и «царем» Путиным) нарушилось, Соединенные Штаты в лице Помпео предложили «вбросить» свой вес в Беларусь. Предложив удовлетворить потребности Беларуси в нефти на 100%, американцы фактически предложили перехватить критически важный поток нефти и газа из России (рис. 1).

В элитологии и теории стратегии такого рода операция имеет вполне определенное название.

Это попытка перехвата и отсечения диктатора, его семьи и верхушки правящей элиты от остальной элиты. В случае с государством-клиентом, который является персоналистским политическим режимом, где все зависит от вождя, это один из немногих методов, позволяющих изменить место такого государства в системе международных отношений.

 

 

Продолжение

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».