Президент вчерашнего дня. Лукашенко проваливается с пиаром

Между тем его неожиданную соперницу Светлану Тихановскую повсюду встречают, как мировую поп-звезду…

Выехав сегодня на уборку в Несвижский район, Александр Лукашенко пытался продемонстрировать безразличие к избирательной кампании. «Выборы выборами, а кушать все хотят. Поэтому главное должно быть сосредоточено здесь. Выборы — это уже вторично», — заявил действующий президент местному начальству.

Но вертикаль прекрасно понимает, что с нее шкуру спустят, если результаты голосования по региону окажутся «не те». Спросят похлеще, чем за недобор зерна.

Фото: president.gov.by

 

Официальный лидер хочет убедить, что выборы для него лишь формальность

Между прочим, и сам Лукашенко не раз с драматизмом в голосе подчеркивал исключительную важность этой президентской кампании для судеб Беларуси. Например, 19 июня заявил: «На кону даже не стабильная Беларусь, чистенькая и уютная, а независимость страны. Просто хотят сломать страну».

А тут вдруг — «кушать все хотят» и потому, мол, выборы — дело второе. Так что же, получается, жратва важнее независимости?

На самом деле мы просто имеем дело с чередованием пропагандистских манипуляций. Когда надо облагородить борьбу за удержание кресла, рисуются заговоры забугорных кукловодов, мифические кровавые боевики и т.п. Когда же нужно втемяшить в головы электората, что этот президент несменяем и очередная «элегантная» победа у него уже в кармане, делаются заявления типа: хлеб всему голова, а остальное — мелкая суета. Чтобы придавить общество фатализмом.

По сути, Лукашенко хочет показать, что выборы для него — пустячная формальность, что все предрешено. Но тем самым, пожалуй, только раззадоривает тех сторонников перемен (вопрос о степени их наивности вынесем за скобки), которых политизировала нынешняя кампания.

 

Рефрены про муку́ и лапти — мимо кассы

Там же, в Несвижском районе, из уст официального лидера прозвучало: «И не дай бог повторить 90-е годы. Я уже рассказывал. Когда в Минске было на три дня муки, чтобы хлеб испечь».

Действительно, про дефицит (или якобы дефицит?) муки в столице в лихие 90-е Лукашенко недавно уже напоминал. Еще один его излюбленный рефрен последнего времени — про то, что якобы тогда ходили в лаптях и без штанов.

Понятно, что это гипербола. Но такого рода месседжи представляются в принципе провальными. Лукашенко пытается убедить, что если бы не его мудрое правление, то белорусы бы элементарно голодали. Однако из постсоветской разрухи худо-бедно выбрались все бывшие республики СССР. При этом белорусы видят, что страны Балтии ушли в развитии дальше, Польша вообще рванула (при том что когда-то завидовала белорусским прилавкам), а мы топчемся на месте. Люди хотят слышать, как Беларусь будет догонять передовые, богатые страны, а не внимать страшилкам про голод, талонную систему распределения товаров и лапти.

Многолетний застой и отсутствие программы перемен — самые слабые места Лукашенко. И это дает в руки его противников мощные козыри. На днях Валерий Цепкало, ранее выбитый из кампании и вынужденный уехать с детьми в Россию, говорил на «Эхе Москвы», что мы «последние десять лет просто валимся в яму. И это произошло после кризиса 2008–2009 года, где ВВП у нас не вырос ни на один процент. Более того, он упал. И это происходит на фоне, когда ВВП США вырос на 60%, европейский ВВП на 50%. 270% — рост ВВП в Китае. Зарплата в Китае от 300 до 800 долларов, на 500 долларов росла. И в это время в Беларуси падение. С 60 млрд ВВП до 58. Зарплата с 500 долларов до 450».

 

Прозрел и думающий желудком электорат

И здесь архитектору режима и официальной пропаганде крыть нечем. Действительно, две пятилетки, прошлая и нынешняя, провалены. Убийственная цифра: среднегодовой рост ВВП в Беларуси в 2014–2019 годах составил всего 0,3%.

Это означает, что в то время, когда мир динамично развивался, наша страна капитально застряла в застойном болоте. Пресловутая «белорусская модель» перестала работать. Что не удивительно: она держалась на относительно крепкой советской экономической базе и щедрых российских субсидиях. Но база прошлого столетия износилась, устарела, а России надоело быть щедрой душой просто так, без уступок Минска по части суверенитета.

В общем, той модели кранты, а предложить взамен Лукашенко ничего не может. Твердит про корма и уборку, про новую пятилетку, обещает ввести в строй какие-то индустриальные объекты, требует крепить исполнительную дисциплину — то есть продолжает мыслить в просоветской экономической парадигме. И вдобавок ругает реформы, пытается окарикатурить их сторонников: мол, не верьте тем, кто обещает разбрасывать деньги с вертолетов.

Но многих ли впечатляют сегодня репортажи государственного ТВ про аграрные инспекции Лукашенко? Не надо быть большим мыслителем, чтобы прийти к выводу, что они не особо влияют на урожайность. Она у нас сильно колеблется по годам и наверняка прежде всего зависит от погоды, например обилия дождей в нужные сроки, а не от обилия ценных указаний официального лидера.

Эта избирательная кампания показывает: даже думающий желудком электорат пришел к выводу, что без смены власти не будет и нормальной чарки со шкваркой.

 

Тихановская сконцентрировала надежды на перемены

Тем временем обнародована программа кандидата в президенты Светланы Тихановской — жены арестованного блогера Сергея Тихановского, которая в этой избирательной кампании феноменальным образом стала мощной пиаровской альтернативой Лукашенко.

При этом рядовой избиратель вряд ли отдаст ей предпочтение из-за обещаний в экономической и социальной сфере и даже вряд ли станет штудировать эти разделы программы. Подобные реформы с некоторыми вариациями обещают и другие альтернативные кандидаты.

Но Тихановская их затмевает. При этом она подчеркивает, что не имеет президентских амбиций и хочет победить Лукашенко, чтобы освободить политзаключенных и в течение полугода провести новые, честные выборы. И на этой парадоксальной фигуре (вчерашняя аполитичная домохозяйка против сурового несгибаемого вождя) волей обстоятельств сконцентрировались надежды тех, кто поверил, что нынешняя электоральная кампания может привести к смене режима.

Тихановская покоряет аудиторию именно своей человеческой историей: мол, мне привычнее жарить котлеты, но пошла бороться за мужа, детей пришлось спрятать за границей, сын вот прислал эсэмэску, боится за меня и т.п. Она сильно играет на чувстве попранной справедливости, недовольстве обездоленного люда, как в 1994 году, когда были первые президентские выборы, играл на этом кандидат Лукашенко.

Тогда он обещал свалить забуревшую власть, сегодня же созданная им система воспринимается многими как такая же забуревшая власть. Между тем Лукашенко рефреном клянется ее сохранить, чем только укрепляет среди недовольных убеждение, что с этим руководителем ничего хорошего не дождешься.

 

Унылый официоз на встречах с вождем и овации вчерашней домохозяйке

Поразителен контраст между приездом Лукашенко и Тихановской в Гомель. Действующий президент 21 июля торжественно открыл там центральную городскую поликлинику. Это было стандартное официозное мероприятие, когда вождь вещал собранной публике очередные банальности. К тому же это было по сути открытие долгостроя.

Тихановскую же, хотя она дарить электорату поликлиники и мосты не может, вечером 26 июля встречали в Гомеле (а раньше и в других городах) восторженно, как мировую поп-звезду. Десять тысяч собравшихся — впечатляющая цифра. Но еще сильнее впечатляет атмосфера единства кандидата и аудитории, неподдельного эмоционального подъема. Лукашенко остается лишь ностальгировать по временам, когда так искренне и тепло встречали его.

Видимо, чувствуя, что любовь электората ушла, официальный лидер предпочитает встречаться с номенклатурой и военными. За последнее время он объехал все три бригады сил специальных операций — в Бресте, Витебске и Марьиной Горке. Но пугать недовольный народ армией было большой ошибкой. Это явно не понравилось электорату и вряд ли понравилось самим военным.

 

Когда система себя изжила, идеологи бессильны

Очевидно, что и сам президент, правящий 26 лет, законсервировался, и его пиарщики, идеологический аппарат работают по технологиям вчерашнего дня. Между тем и общество, и информационное поле Беларуси качественно изменились.

Падает влияние государственной прессы (если бы не принуждение к подписке, тиражи, вероятно, были бы вообще ничтожными). Теряет позиции и государственное телевидение. Широко практикуемый в отношении оппонентов Лукашенко черный пиар может давать обратный эффект. Возможно, Виктора Бабарико потому и не рискнули зарегистрировать кандидатом в президенты, что почувствовали: его арест и массированное очернение через госСМИ только придали этому человеку популярности и сочувствия как жертве системы.

В ходе этой кампании резко возрос интерес общества к негосударственным интернет-медиа. Вызовом для властей стала активность их оппонентов в социальных сетях, на других платформах, особенно в телеграм-каналах. На этих площадках режим вчистую проигрывает. Попытки продвигать через социальные сети казенные нарративы выглядят неуклюжими, вызывают жесткую критику и негодование (порой с перехлестами, из-за чего от провластных персон уже послышались жалобы на травлю).

Высокое начальство злится. Лукашенко обещает навести порядок со свободой слова, велел разобраться с неугодными сайтами, вышвыривать из Беларуси иностранные СМИ, которые призывают-де к майдану. Особенно достается тем, кто ведет стримы с акций, их обвиняют в координации протестов, хотя на самом деле журналисты просто делают свою работу.

Похоже, 9 августа с интернетом в стране может быть совсем плохо. Но в принципе пойти на китайский вариант цензуры Сети белорусские власти вряд ли готовы. Если исключить грубые методы, то их возможности в плане идеологической борьбы вообще жалки.

Так же бессильны были коммунистические идеологи на закате СССР. Защищать изжившую себя систему было делом крайне неблагодарным и неэффективным. Сегодня система Лукашенко точно так же себя изжила. Поэтому властям остается играть в шахматы доской по голове.