Беларусь — Россия. У Кремля может сработать имперский инстинкт

Причины не лезть в Беларусь с ружьем достаточно весомы. Однако интересы России и ее лидеров давно разошлись.

Белорусские и российские эксперты приводят множество убедительных доводов против того, что Россия вмешается в события в нашей стране силовым путем. Проблема лишь в том, что нет уверенности в способности кремлевского руководства адекватно оценивать возникающую ситуацию.

Постоянное упоминание Александром Лукашенко некоего «внешнего вмешательства» в происходящие в нашей стране события, его телефонные переговоры с Владимиром Путиным усиливают и без того немалые опасения, что такое вмешательство действительно состоится — со стороны как раз Москвы.

Фото Алексея Никольского / vedomosti.ru

 

Лукашенко развернулся на 180 градусов

Нынешняя президентская кампания поначалу велась белорусскими властями в значительной степени под флагом защиты суверенитета. Эта тема затрагивалась практически в каждом выступлении главного претендента. Причем в условиях заметно усилившегося в последние годы экономического давления России главным объектом критических высказываний становилась именно она.

Однако небывалый всплеск активности граждан страны после выборов кардинально поменял эту тенденцию: риторика вернулась в привычное антизападное русло.

Пожалуй, наиболее откровенно это проявилось в выступлении Лукашенко 16 августа на митинге на столичной площади Независимости. Там вновь говорилось, что «танки и самолеты на взлете в 15 минутах от наших границ!», «натовские войска лязгают гусеницами у наших ворот. Идет наращивание военной мощи на западных границах нашей страны: Литва, Латвия, Польша…», «они видят западные границы нашей Беларуси здесь, под Минском, как в 1939-м, а не под Брестом».

В тот же день в очередном телефонном разговоре с российским коллегой было «продолжено обсуждение сложившейся после президентских выборов ситуации в Беларуси, в том числе с учетом оказываемого на республику давления извне».

В итоге была подтверждена договоренность, что в случае обострения ситуации в части внешних угроз стороны будут реагировать совместно в соответствии с положениями союзного договора. Также сообщалось, что из Москвы было обещано предоставить «при первом же запросе» всестороннюю помощь для обеспечения безопасности.


Читайте также:


Вспоминая о российской аннексии Крыма и агрессии на юго-востоке Украины, было бы совершенно неоправданно исключать повторение чего-то подобного в Беларуси. Имперские аппетиты Москвы еще отнюдь не удовлетворены. Как известно, сам Путин называет распад Советского Союза «крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века», при этом упорно относя белорусов, украинцев и русских к «одному народу».

Поэтому раньше Лукашенко категорически противился размещению на территории нашей страны российских воинских контингентов на постоянной основе. Теперь это может стать реальностью.

 

Нельзя, но если очень хочется…

Разумеется, реализовать свои мечтания в современных условиях России все же достаточно непросто. Несколько белорусских и российских аналитиков — Артем Шрайбман, Марк Солонин, Дмитрий Гудков — привели целый ряд причин, в силу которых российского военного вторжения в Беларусь сейчас ожидать вроде бы не стоит.

Причины самые разные — политические, военные, экономические, идеологические. Например, нежелание белорусов как входить в состав России, так и становиться жертвой интервенции; неизбежные колоссальные жертвы и затраты гипотетических оккупантов; отсутствие в Беларуси сильных антироссийских и, соответственно, прозападных настроений; отсутствие реальной угрозы с Запада.

Высказывается также мнение, что у России просто нет войск, способных воевать на чужой территории против регулярной армии, тогда как уровень подготовки белорусских вооруженных сил оценивается довольно высоко. Утверждается, что Дональд Трамп не согласится признать вооруженное вторжение внутренним делом Союзного государства.

Разумеется, упоминают и о непременном ужесточении западных санкций, и о том, что в таком случае Россия полностью потеряет симпатии белорусского народа.

Один из достаточно близких к Кремлю людей — член Совета Федерации Франц Клинцевич вполне определенно сообщил, что «разговор шел не о вводе войск, и вопрос таким образом не рассматривался — это невозможно».

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков также заявил, что такой «потребности сейчас нет».

«Российская военная техника находится на всей территории Российской Федерации. Поэтому здесь нечего комментировать. А что касается Договора о коллективной безопасности и договора о Союзном государстве, там действительно ряд обязательств сторон предусмотрен по взаимопомощи. Но вы знаете, что сейчас нет такой потребности и, собственно, и белорусское руководство само признало, что такой потребности сейчас нет», — сказал Песков, отвечая 19 августа на вопросы журналистов.

Правда, с некоторыми тезисами тех, кто не допускает российского вторжения, можно, наверное, поспорить. Скажем, на нежелание белорусов как входить в состав России, так и становиться жертвой интервенции при неуемном стремлении к аннексии могут просто не обратить внимания. Кроме того, остается открытым вопрос, будет ли белорусская армия сопротивляться по-настоящему.

Тем не менее, в целом причины не лезть в Беларусь с ружьем можно считать достаточно обоснованными — это просто не в интересах России. Однако интересы страны и ее лидеров давно разошлись. И нет уверенности, что высшее российское руководство, ведомое чувством своей «исторической исключительности», удержится от авантюрных действий в «белорусском вопросе».

Поэтому, к сожалению, исключать ничего нельзя.