«Именем Республики Беларусь…» Как судили главного редактора «Нашай Нівы»

Журналиста Егора Мартиновича суд признал виновным в участии в несанкционированной акции.

Главный редактор интернет-издания «Наша Ніва» Егор Мартинович оштрафован на 405 рублей (15 базовых величин) по обвинению в участии в несанкционированной акции (ч. 1 ст. 23.34 КоАП) в ночь на 11 августа в Минске. Такое решение 28 сентября приняла судья суда Заводского района Минска Елена Некрасова.

Согласно протоколу об административном правонарушении 11 августа с 02:45 до 03:05 Мартинович принял участие в несанкционированном уличном шествии по проспекту Пушкина в районе домов № 26—30. При этом отмечается, что в шествии он участвовал «с целью публичного выражения своего протеста о порядке проведения выборов, выкрикивал лозунги «Требую перемен», «Жыве Беларусь», требовал смены власти».

Мартинович заявил, что «категорически не согласен» с указанным в протоколе, поскольку «не участвовал в массовом мероприятии и вообще не находился в то время в том месте». Он подробно рассказал о своем задержании.

По словам журналиста, после часа ночи 11 августа он подобрал своего коллегу Дмитрия Панковца в районе улицы Некрасова и отвез его на Кальварийскую. Оттуда он поехал забрать еще одну коллегу Анастасию Ровдо и свою супругу, журналистку TUT.by Адарью Гуштын, которые укрывались в кафе на улице Притыцкого между станциями метро «Пушкинская» и «Спортивная».

Егор Мартинович с супругой Адарьей Гуштын

«По выписке от мобильного оператора я вижу, что последний раз я позвонил Анастасии в 01:43, — сказал Мартинович. — Это был момент, когда я высадил коллегу Дмитрия Панковца. Когда я подъезжал к «Пушкинской» со стороны центра, я увидел, что на площади Притыцкого (имеется в виду перекресток Притыцкого и Пушкина. — БелаПАН) находится много силовиков неизвестного мне силового ведомства с оружием в руках. Один из них издалека посветил мне в лицо, когда я был в машине, жестом показал сворачивать направо в дворовой проезд около Макдональдса. Я прислушался к его совету, свернул во двор».

«Где-то через сто метров был организован импровизированный блокпост. Меня остановил один из силовиков, спросил, что я делаю в этом месте, потребовал показать багажник, последние снимки на телефоне. Я это сделал и сообщил ему, что я журналист и нахожусь на работе. Он сказал мне продолжать движение по дворовому проезду в сторону пересечения проспекта Пушкина и улицы Матусевича. Следующие несколько минут я ехал через двор. Когда оказался около перекрестка с Матусевича, я увидел, что машину передо мной остановил человек с автоматом. Он приказал водителю машины выйти и увел его в сторону автозака. После автоматчик подошел ко мне, навел на меня автомат и приказал выйти из машины. Я вышел, показал ему удостоверение. Силовик сказал, что, раз я журналист, он тем более должен меня задержать. Он стал тянуть меня за руку и повел в автозак. Я попросил разрешения закрыть машину и достать из нее ключи, мне было отказано», — рассказал главред «Нашай Нівы».

Он подчеркнул, что в то время, когда он находился в районе станции метро «Пушкинская», никакой уличной активности там уже не наблюдалось, там были только силовики.

В 01:57 Мартинович отправил коллегам и родным SOS-уведомление, в это время его уже усадили в автозак.

По словам журналиста, сначала его отвезли на перекресток Пушкина и Притыцкого, «где положили лицом в траву минут на двадцать», после загрузили в автозак и повезли в отделение милиции. Телефоны у него и других задержанных в автозаке не забрали, поэтому Мартинович отслеживал свое перемещение по навигатору и сообщал коллегам.

Так, в 02:53 он отправил Ровдо СМС о том, что его привезли к ЦИП на Окрестина, который, как впоследствии выяснилось, был переполнен. В 03:07 он отправил Ровдо последнее сообщение, что его привезли к Партизанскому РУВД. Однако в результате его доставили в Заводское РУВД, во дворике которого он лежа на асфальте провел около 9 часов.

После составления протокола в РУВД Мартиновича отвезли в изолятор временного содержания в Жодино, где он провел следующие сутки.

«Во второй половине дня 12 августа милиционер через окно в камере спросил, действительно ли я журналист, сказал, что все стоят на ушах, потому что меня не могут отыскать, что у них инструкция из министерства найти меня и отпустить, — рассказал Мартинович. — Минут через двадцать меня выпустили без каких-либо бумаг. Меня встретили два человека, один из них представился Артуром, сотрудником центрального аппарата МВД, который по приказу министра [Юрия] Караева приехал в Жодино, чтобы забрать меня в Минск. Меня попросили лечь на задние сиденья, чтобы меня никто не увидел, когда мы будем выезжать с территории изолятора, — там были волонтеры, омоновцы».

«Я попросил высадить меня на станции метро Уручье, чтобы я мог вернуться на метро домой, но он (человек, назвавшийся Артуром. — БелаПАН) сказал мне, что у него инструкция от начальства отвезти меня в центральный аппарат МВД. Он сказал, что я освобожден именем Республики Беларусь по личному приказу министра Караева. Меня отвезли к зданию милиции, где меня ждали коллеги. Мне предложили пройти в здание, я сказал, что не пойду. Тогда ко мне спустилась пресс-секретарь МВД Ольга Чемоданова.

На тот момент я объяснял коллегам, где я находился, что делал, они записывали разговор на диктофон. Когда подошла Чемоданова, оказалось, что запись продолжается, поэтому у меня есть аудиозапись с ней. Она говорила, что понимает, что я работал как журналист, что я попал под раздачу случайно, что министр дал строгое указание не трогать журналистов. Я спросил, что с протоколом. Она мне сказала, что если я буду молчать и не стану сообщать в СМИ об обстоятельствах задержания и удержания, она постарается решить вопрос, чтобы эти документы не пошли никуда дальше. Я ответил, что это невозможно», — рассказал главред «Нашай Нівы».

Слова Мартиновича подтвердили выступившие свидетелями Панковец и Ровдо. Также свидетелем в суде выступил молодой человек, который обнаружил машину Мартиновича брошенной во дворе на проспекте Пушкина, где его задержали.

Свидетель обвинения, которого опрашивали по «Скайпу», представился участковым инспектором милиции Заводского РУВД Минска Константином Савеней.

Он заявил, что в ночь на 11 августа находился в составе мобильной группы совместно с сотрудниками ГУВД Мингорисполкома. По словам свидетеля, им поступила информация о «несанкционированном митинге» на проспекте Пушкина. После наводящего вопроса судьи он поправился и сказал, что там было «шествие без разрешения Мингорисполкома». Люди, по словам свидетеля, «кричали Жыве Беларусь!, хлопали в ладоши все массово».

Он заявил, что «сотрудники милиции в форменном обмундировании неоднократно предупреждали граждан, что данный митинг не санкционирован». Сам он был в штатском, непосредственно в задержании «самых активных, которые не разошлись», не участвовал.

На вопрос судьи, узнает ли он Мартиновича, Савеня ответил: «Прошло слишком много времени. Лицо знакомое, но так не знаю». Судья сняла вопросы Мартиновича к свидетелю, где тот находится, почему не смог явиться на заседание. Савеня не смог ответить на вопросы журналиста относительно обстоятельств его задержания, его действий, в чем он был одет, предупреждали ли лично его о несанкционированном характере акции.

Судья Некрасова также отклонила ходатайство защиты Мартиновича истребовать у мобильного оператора детальную выписку, где было бы указано местоположение абонента в относящийся к делу период времени.

Постановление, согласно которому Мартинович признан виновным в правонарушении, судья зачитала после 15-минутного перерыва.

 

 

Фото Андрея Шавлюго