Татьяна Новикова. ПОЛЕМИКА. Чего ждать от энергопуска БелАЭС?

Татьяна НОВИКОВА

Татьяна НОВИКОВА

Публицист, журналист, редактор, математик и экономист по базовому образованию. С 1993 года пишет на экономические и экологические темы, освещает вопросы культуры и политики в различных изданиях Беларуси, Украины, России, США. С 2009 года координирует Белорусскую Антиядерную Кампанию, критикующую строительство БелАЭС под Островцом. С 2010 года автор публикаций на экологическую и общественно-политическую тематику, блогер. В 2014-2015 годы наблюдала за событиями в Украине. Ведет веб-проекты по экологическим вопросам.

Наверное, уже на этой неделе пуск БелАЭС вышел на новую фазу, которая называется энергетическим пуском. Если там, конечно, всё в порядке и ничего не случилось.

На этапе энергетического пуска реактор выходит на определенную мощность, то есть постепенно разгоняется и подключается к тем агрегатам станции, которые отвечают за генерацию электроэнергии и выдачу ее в сеть.

На эту фазу буквально на днях, 23 октября, выдано разрешение местным регулятором. Так, в своем сообщении Госатомназдор извещает: «Принято положительное решение о внесении изменений в лицензию ГП Белорусская АЭС на право осуществления деятельности в области использования атомной энергии и источников ионизирующего излучения, позволяющих приступить к выполнению этапной программы энергетического пуска энергоблока № 1».

Обилие слов и сложносочиненные конструкции со словами «лицензия» создают впечатление, что ситуация как-то контролируется, что всё идет по некоему плану и правилам. Однако это иллюзия, и вот почему.

В мировой практике принято лицензировать право на строительство АЭС, а также право на ее эксплуатацию. Так было и в белорусском законодательстве. Для физического и энергетического пуска реактора была нужна специальная лицензия. Замечу, не то, о чем говорится в сообщении регулятора, а лицензия на эксплуатацию, которая пока не выдана. Однако это требование отменили перед президентскими выборами. Теперь лицензия на эксплуатацию необходима только непосредственно перед вводом блока в эксплуатацию.

В чем разница?

Казалось бы, там лицензия, сям лицензия, обложили лицензиями, значит всё под контролем — не надо мешать цыгану, который знает, что кобыле робит. Но законы и нормы, которые в данном случае произвольно поменяли, пишутся кровью. То есть, если нормы требовали наличия лицензии на эксплуатацию перед физическим пуском реактора, значит был в этом большой смысл.

Этот смысл состоит хотя бы в том, что физпуск и вывод реактора на определенную мощность является одним из самых опасных этапов в жизни АЭС. Это говорится во всех учебниках, во всех публикациях на эту тему. Именно поэтому для физпуска нужно было не просто какое-то разрешение, но лицензия на эксплуатацию.

Эта лицензия так важна, потому что ее выдачу детально регламентировало действующее законодательство. Закон закреплял перечень документов, которые оператор должен был представить регулятору, а регулятор — проверить.

Одним из таких документов является отчет о безопасности АЭС. Кроме того, нужны были и другие документы — инструкции для персонала на случай аварии и так далее.

Какие документы нужны были сейчас для физпуска и энергетического пуска БелАЭС? Кто-нибудь знает? Я — нет. Не знает и Государственная инспекция по атомной безопасности Литвы (VATESI). Я боюсь, не знает и сам белорусский регулятор, потому что этого перечня нет в нормах, это новоиспеченное к президентским выборам правило никак не регламентирует и не регулирует это.

Всё происходит по принципу де-факто. Сделали что-то де-факто, и ладно. Цыган же знает, что кобыле робит. В данном случае роль цыгана выполняет российская госкорпорация. Но когда она уйдет, я боюсь даже предположить, кто будет тем цыганом, который накрутит хвост атомной кобыле, руководствуясь исключительно персональным опытом и пониманием вопроса.

Этот вопрос серьезен, поскольку если у регулятора не хватило компетенции почти за два года провести объективную и профессиональную проверку документов, обосновывающих безопасность, завершить отчет о безопасности, но АЭС надо было сдать любой ценой, то мы в опасном положении.

Но есть еще одно странное обстоятельство — на днях Минэнерго Беларуси проинформировало литовских энергетиков о том, что в ноябре БелАЭС пустит первый ток в сеть. Та сторона восприняла это как признак сдачи энергоблока в эксплуатацию.

Но даже в России от начала физпуска блока до его сдачи проходит около 10 месяцев, в США — год. В Беларуси пока прошло два с половиной месяца, а от того момента, как реактор вывели на минимально контролируемый уровень, и вовсе 20 дней. Этого мало.

Остается открытым вопрос — литовским энергетикам неверно сообщили или те неверно поняли, или же все таки наши атомщики решили — возьмем и подключим, чего годы ждать! Раньше начнем отдавать российский кредит!

Последний вариант — не такой уж малореальный, особенно, исходя из того, что наблюдалось на строительстве прежде.

Все это для постчернобыльской и даже для революционной Беларуси имеет большое значение. Потому что на это завязана и политика, особенно внешняя, и экономика, и энергетика, и, в конце концов, экология. Многострадальная экология, на которую, в свою очередь, завязаны наши жизни.

Пуск БелАЭС не нужен Беларуси и не нужен ее народу. Это средство, возможно, видится существующей пока еще системе некоей гарантией, но оно не спасет, особенно, если идти в обход здравого смысла и устоявшихся норм. Наоборот, только усугубит кризис и ускорит коллапс.

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».