«Кровь с лица вытирали бчб-флагом». Суд за участие в акции на «площади Перемен»

Минского архитектора Вадима Дмитрёнка судят сразу по четырем статьям. Ему грозит до восьми лет.

В суде Центрального района Минска 12 января начался процесс по делу минского архитектора Вадима Дмитрёнка за участие в протестах на «площади Перемен». Единственный свидетель — сотрудник ГУБОПиК в балаклаве. Дмитрёнок вину не признал.

Судебное заседание ведет Татьяна Оковитая, гособвинение представляет Артем Цветков, защиту — Руслана Вознович.

 

До восьми лет лишения свободы

43-летний Вадим Дмитрёнок находится под стражей с 15 ноября. За это время лишился красивой бороды и похудел. Говорит спокойно, на вопросы отвечает четко. Когда один из участников процесс чихнул, вежливо сказал: «Будьте здоровы». Высшее образование, женат, двое детей, бизнес.

В мае и июне Дмитрёнок собирал подписи за выдвижение Виктора Бабарико кандидатом в президенты. После выборов вошел в расширенный состав Координационного совета.

Дмитрёнка обвиняют по четырем статьям Уголовного кодекса: незаконное изготовление либо сбыт холодного оружия (ч. 2 ст. 296, максимальное наказание до двух лет лишения свободы), организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок (ч. 1 ст. 342, до трех лет лишения свободы), массовые беспорядки (ч. 2 ст. 293, до восьми лет лишения свободы), покушение на преступление (ст. 14).

Согласно обвинению, Дмитрёнок не позднее 15 ноября 2020 года изготовил самодельным способом дубинку, являющуюся холодным оружием ударно-раздробляющего действия. В тот же день Дмитрёнок прибыл в район улицы Червякова в Минске (так называемая «площадь Перемен»), где вышел на проезжую часть и, «умышленно преграждая путь механическим транспортным средствам, стал двигаться по проезжей части». При этом «публично выкрикивал лозунги, хлопал руками, использовал флаги, не зарегистрированные в установленном порядке».

По версии обвинения, «с использованием самодельной дубинки, десяти пиротехнических изделий, ручной дымовой гранаты, складного ножа, рогатки и металлических шариков, зажигалки, намеревался принять участие в планируемых массовых беспорядках, однако не довел преступный умысел до конца, поскольку был задержан сотрудниками органов внутренних дел».

Гособвинитель Артем Цветков подчеркнул, что Дмитрёнок «имел умысел на выражение общественного протеста, на обострение политической напряженности, принял участие в массовом мероприятии под открытым небом».

Цветков утверждает, что подсудимый также имел умысел на совершение погромов и поджогов.

Действия Дмитрёнка, сказал гособвинитель, «ограничили конституционное право граждан на свободу передвижения и право на отдых».

В суде Вадим Дмитрёнок признал только то, что в тот день находился на улице Червякова. Однако утверждает, что вообще не выходил на проезжую часть. Кстати, представленные в суде видеоматериалы это утверждение не опровергли. В остальном вину не признал.

 

Свидетель в балаклаве

Один из свидетелей в суд не явился — как пояснили, он в отпуске. Другого свидетеля представили как старшего уполномоченного Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией Александра Котова. Он пришел в суд в милицейской форме и… балаклаве. Судья подчеркнула, что сведения о личности Котова охраняются, до суда были проверены.

Котов рассказал, что 15 ноября около полутора тысяч человек собрались в районе улицы Червякова. Свое понимание цели собравшихся он определил так: «Призыв к власти покинуть свои места и передать ее так называемой оппозиции».

Котов сообщил, что протестующие блокировали улицу Червякова, вели себя агрессивно. В какой-то момент «указанная толпа людей» отказалась подчиниться требованиям сотрудников внутренних дел и «начала применять камни, предметы, находившиеся на земле, употреблять ненормативную лексику». По словам Котова, у этих граждан были бело-красно-белые флаги, они кричали «Жыве Беларусь» и оскорбления в отношении силовиков и действующей власти.

Свидетель рассказал, что количество силовиков значительно уступало количеству собравшихся граждан, поэтому когда протестующие начали приближаться, были применены спецсредства. Котов отметил, что светошумовые гранаты «направляются не по людям, а чтобы показать, что ведется работа». Он подчеркнул, что при этом соблюдается принцип нанесения минимального вреда здоровью граждан.

Особое внимание на Дмитрёнка было обращено, потому что на нем была куртка военного образца, берцы, на спине рюкзак, мужчина находился в первом ряду протестующих, рассказал сотрудник ГУБОПиК. Котов находился на расстоянии примерно пятидесяти метров, что не помешало ему утверждать, что Дмитрёнок был активным участником протеста. Хлопал ли он в ладоши, был ли флаг у него в руках, сотрудник милиции не помнит.

Котов участвовал в задержании Дмитрёнка, которое произошло через несколько часов в этот же день, 15 ноября, на бульваре Шевченко. Силовик заявил, что узнал его по одежде и длинной бороде, которая выступала за маску. «При задержании Дмитрёнок пытался сбежать», — сказал Котов.

Дмитрёнок спросил у свидетеля, как он мог пытаться сбежать, если во время задержания его уложили на землю, а руки связали пластиковой стяжкой? Котов ответил, что это возможно.

В суде прозвучало, что в 01:20 16 ноября Дмитрёнок был госпитализирован в больницу скорой медпомощи с легкой черепно-мозговой травмой и кровоподтеками. Свидетель Котов, говоря о физических повреждениях Дмитрёнка, сказал, что у того была ссадина, которая, возможно, кровоточила.

16 ноября в репортаже телеканала «Беларусь 1» Дмитрёнка показали избитым. Отвечая на вопросы следователя, он с трудом говорил и не мог открыть глаза. Голос за кадром сообщил, что милиционеры нашли в рюкзаке мужчины военную дымовую шашку, самодельные петарды, рогатку, железные шарики к ней, самодельную дубинку и балаклаву.

Судья, озвучивая письменные материалы, зачитала заключение экспертизы содержимого рюкзака Дмитрёнка и изъятых предметов при обыске по его месту жительства. Согласно заключению, изъятые устройства не являлись взрывными, взрывчатых веществ обнаружено не было.

Дмитрёнок рассказал, что с собой у него был рюкзак, который он специально не собирал, только положил туда бутылку воды. Найденные во время обыска на квартире ручная дымовая граната была предназначена для страйкбола. Что касается рогатки и дубинки, то, по словам Дмитрёнка, он их нашел в пакете, который поднял, когда отдыхал на скамейке.

 

«Стой, убью!»

Как рассказал Вадим Дмитрёнок во время допроса в суде, в тот день он пошел на «площадь Перемен», потому что знал, что там погиб человек (Роман Бондаренко. — ред), хотел увидеть, что там происходит. «Люди пили кофе и общались», — отметил Дмитрёнок.

Через некоторое время решил покинуть «площадь Перемен», пытался идти в сторону Орловской, «но это было невозможно, так как силовики перекрыли дорогу, позже применили светошумовые гранаты». Пришлось вернуться во двор на улице Червякова.

Около скамейки, на которую присел, нашел пакет с вещами: «Хотел изучить, что это за предметы». Когда Дмитрёнок шел домой, в районе бульвара Шевченко на него напали. Он рассказал, что услышал крик «Стой, убью!»: «Ноги побежали сами, само так получилось. Сбили с ног, затянули пластиковые стяжки на руки за спиной. Нецензурными выражениями сопроводили в автобус».

В транспорте «проводили воспитательную работу, в каком-то здании залили баллончиком глаза. Затем снова везли, поставили спиной к какому-то зданию, применили рогатку, дубинку, в руку сунули петарду. Она не активировалась».

«Кровь с лица вытирали бело-красно-белым флагом», который, по словам Дмитрёнка, ему не принадлежит, но фигурирует в деле как его собственность.

Кадр из оперативной съемки, показанный в новостном выпуске канала «Беларусь 1»

Дмитрёнок настаивает, что показания свидетеля не соответствуют действительности: «Хочу сказать, что опознать меня по бороде было невозможно — на мне был длинный мотоциклетный платок, закрывающий шею. Бороды не было видно».

Дмитрёнок также утверждает, что на нем были обычные демисезонные сапоги — не берцы, обычная куртка — не военного образца. «Говорить о том, что я резко выделялся из толпы, не приходится», — заявил обвиняемый.

«Он вас оговорил?», — спросил обвинитель.

«Может быть», — ответил Дмитрёнок

«Какие причины у Котова были для этого?» — уточнил прокурор.

«Не знаю, он взрослый человек, возможно, у него были причины», — сказал обвиняемый.

 

Параллельная реальность

В материалах суда озвучили переписку Дмитрёнка в чате одного из телеграм-каналов от 13 ноября, где он писал, что может привезти «палатку, пенку, горючку, шланг».

Отвечая на вопрос судьи, что означает это сообщение, Дмитрёнок рассказал, что после смерти Романа Бондаренко обсуждалась возможность дежурства на «площади Перемен». Дмитрёнок был готов привезти для этого некоторые вещи — в том числе туристический коврик (пенку) и газовый баллон для обогревателя.

«О каком дежурстве на площади перемен идет речь?» — уточнила у обвиняемого судья Татьяна Оковитая. «Чтобы не украли цветы, которые были возложены», — ответил Дмитрёнок.

Создалось впечатление, что обвинение и судья живут в параллельной реальности, в которой нет ни политического кризиса, ни раскола в обществе, в котором не слышали о насилии силовиков в отношении мирных граждан и тем более об убийствах.

Судья, например, спрашивала, откуда Дмитрёнок вообще знает о существовании такого места, как «площадь Перемен». Когда он ответил, что из СМИ, она спросила, из каких именно СМИ. Дмитрёнок спокойно объяснил.

 

В суде объявлен перерыв до 14 января. Планируются прения сторон.

 

Фото Сергея Сацюка