РАБОЧИЙ СТОЛ. Андрей Курейчик. Африканские маски и режиссерское орало

Кажется, что с таким багажом за плечами Курейчику должно быть уже лет сорок, а то и все пятьдесят. Неделю назад Андрею исполнилось 33 года…

Неутомимого драматурга, сценариста, а с недавних пор и продюсера Андрея Курейчика знают все, кто ходит в театр и смотрит кино. Фильмы по его сценариям, спектакли по его пьесам активно обсуждают. Хлесткие колонки его авторства для Naviny.by имеют резонанс. Да и сама фигура молодого и успешного человека часто становится предметом обсуждения.

Кажется, что с таким багажом за плечами Курейчику должно быть уже лет сорок, а то и все пятьдесят. Неделю назад Андрею исполнилось 33 года… Мы встретились в его просторной и светлой минской квартире и поговорили о вещах, которые вдохновляют молодого трудоголика.

Мой Берлин

Мне часто приходилось переезжать. Жил в загородном доме, в других квартирах. И я понял, что вещизм — это зло. Поэтому накопительством я не страдаю. Наконец, мы купили эту квартиру. Район я выбрал сам (Заводской. — А.П.), потому что родился и вырос неподалеку отсюда. Мне очень нравится здесь. Для меня — это Берлин. Я какое-то время жил в Берлине. Дома, которые видны из моего окна, построены немцами. Весь район создавали немецкие архитекторы: и площадь, и парк, в котором раньше была сцена, сейчас ее нет… Это безопасный район. Ведь заводские ребята, которые работают на МАЗе, следят за порядком. Тут не побалуешься. Трудяги, которые, мне кажется, могут любую оглоблю согнуть, никогда не давали разгуляться криминалу. Мне важно, чтобы район не был перенаселен. В Малиновке я не могу находиться. Я путаюсь, не могу найти нужный дом… Не понимаю, как на таком маленьком пятачке может жить такое огромное количество людей. Мне нужен простор. В этом отношении Заводской район пока что идеальное место для меня. Может быть, здесь жить непрестижно, поэтому здесь строится мало безумных многоэтажек.

Ноутбук-путешественник

Сейчас я работаю только на ноутбуках. Начинал, конечно, писать от руки — это было в далекой юности. Но потом с таким темпом жизни это оказалось невозможным. Я стал постоянно ездить, много путешествовал, часто бывал в Москве. И, конечно, работать с этими листочками уже не получалось. Первый ноутбук я купил на свой первый гонорар за постановку во МХАТе имени Чехова. Было это в 2001 году. Сейчас у меня два ноутбука: один для путешествий, а второй стационарный. Этот ноутбук я всегда беру с собой, он пережил многое, побывав со мной в разных странах. Ноуты у меня немолодые: я не люблю часто менять их. У меня в них много информации, к тому же я привыкаю к клавишам, поскольку печатаю вслепую.

Образ жизни «на колесах» мне уже не нравится. Хотя я еще молодой человек, но уже начинаю чувствовать, что не выдерживаю такого ритма. Уже хочется не тратиться: все эти бесконечные переезды, это метро московское, в котором ты час проводишь, добираясь до места назначения, просто выжигает твое время. Сейчас я пытаюсь думать, как сэкономить время, не потратить его зря. Отказываюсь от каких-то сериалов, которые очень хорошо оплачиваются. Когда ты берешь такую работу, то про кусок жизни, потраченный на нее, можно просто забыть. Хочется творческого роста. Я выбираю те проекты, которые будут мне давать что-то новое, неожиданное. Стараюсь работать меньше, но качественнее.

Белорусский продюсерский дебют

Это приз за фильм «Выше неба». Профессиональная премия за лучший белорусский продюсерский дебют, которую мне присудили в России. Это наш первый приз. Надеюсь, что фильм будет и дальше участвовать в каких-то фестивалях. Хочется верить, что это только начало пути. Вообще, я стараюсь не смотреть ни спектакли по моим пьесам, ни фильмы… Я сразу начинаю критиковать себя. Никогда не удается достичь идеала, а когда уже все поставлено, снято — ничего изменить нельзя. Это мое самоедство меня мучает. Я не храню ни грамоты, ни призы, ни афиши, видеоархив не собираю… Только вот приз за «Выше неба» оставил дома. Он мне нравится.

А насчет этой непонятной ситуации с ПРООН… Что им мешает пустить фильм к зрителю, я не знаю. Это бы подняло их собственный рейтинг, показало бы неравнодушие к проблеме ВИЧ. Мне кажется, это какое-то неуважение к нашему труду, к нашему художественному произведению. Люди никогда не занимались искусством, и вдруг столкнулись с ним, поняли, что это совсем непросто, что это очень тяжелый труд. Его надо уважать, пока же мы этого не видим. Я надеюсь, что там просто сменится руководство, придёт нормальный человек и скажет: зачем нам все эти проблемы, эти конфликты?..

Копии Вермеера

Эти картины я купил в Беларуси на одном из интернет-аукционов. Это копии Вермеера. Он — один из моих самых любимых художников. У него не так много картин, и они мне очень нравятся.

Мечтаю поехать в Индию

Эту картину мне подарили. К сожалению, в Индии я не был. Это моя мечта... Раньше я очень много путешествовал. Рекордное количество стран, которые я посетил за один год — пятнадцать. Но сейчас, когда у меня семья — жена, двое детей и собака, уже меньше езжу. Особенно мне хочется посетить какие-то экзотические страны, но с маленькими детьми в туже Индию, например, ехать довольно стремно. Это возможно, но с двумя — достаточно проблематично.

Африканские мотивы

Эта маска из Венеции. Я ее купил сам. У меня есть еще две маски, африканские. Купил я их где-то в Европе. Маски украшены — у нас новый год еще продолжается. Я не большой любитель каких-то театральных вещиц. Поскольку у меня работа связана с театром, то дома хочется отстраниться, чтобы ничто не мелькало перед глазами. Я покупаю те немногие вещи, которые мне нравятся.

Пикассо

Картины — копии Пикассо. Нравится мне очень этот художник. Мне кажется, он один из тех, кто сумел произвести революцию в сознании людей. Это человек неуемной энергии, фантастической трудоспособности. Он оставил после себя огромное количество работ.

Печатная копилка

Это подарок. Копилка. Я не застал время работы на печатных машинках. Мне всегда хотелось иметь настоящую старую печатную машинку, но как-то это время ушло… Я вообще не представляю, как можно было печатать на таких машинках толстые романы в 600 страниц в одном экземпляре. А как их размножать?.. Сейчас настолько удобным все стало для нашего писательского труда. Все можно послать мгновенно по электронной почте, размножить в любом количестве экземпляров. Это так удобно.

Лондонские пейзажи

Насколько мне сложно в Париже, настолько мне хорошо и комфортно в Лондоне. В Париже мне тяжело, неуютно, хочется домой. Он мне кажется грязноватым: там много туристов, эмигрантов, каких-то подозрительных типов… Есть люди, безумно влюбленные в Париж. Я — нет. Это не мой город. А в Лондоне мне очень понравилось. Это город с прекрасной архитектурой, интересными людьми, в нем есть британская сдержанность, есть свой стиль. Есть еще один город, который мне очень нравится, это место, в котором я, наверное, смог бы жить. Это Рим. Я очень люблю его старину, хорошо знаю его историю и архитектуру, люблю итальянское кино. Там мне было хорошо. Но Минск всё равно дороже…

Орало

На фото — наша группа. Актёры, ассистенты по актерам, художники, операторы — два молодых пацана… Конечно, тут не все из нашей команды, только основной творческий состав. Ни одного человека не осталось, все были уволены, когда возник этот конфликт с ПРООН. Члены нашей команды подарили мне такое вот режиссерское орало. Люди, которые попадали однажды на съемочную площадку, как правило, заболевают ей на всю жизнь… У меня у самого до съемок «Выше неба» был такой относительно размеренный ритм жизни. А тут нужно вставать каждый день в шесть утра, ехать на площадку. Я думал: как это можно выдержать? Можно, и даже от этого испытываешь кайф!

 

Антикварный кувшин

Это кувшин из Германии. Мы в него ставим цветы. Раритетные штуки я люблю, но я их не собираю. Мне важна память. У меня нет тяги к коллекционированию, я не бегаю по антикварным лавкам в поисках старины, не ищу, что бы такого купить, что потом подорожает и можно будет продать намного дороже.

Остров счастья

Эту картину мне подарили. Автора я не знаю, честно говоря. Называется работа «Остров счастья».

Личная библиотека

Между кухней и прихожей была ниша, и я подумал, что это идеальное место для книжной полки. Вообще, книги сейчас уходят. Я больше читаю с телефона, с планшета. Книги тяжело возить туда-сюда. Поэтому я книги в основном скачиваю. Тут моя личная библиотека. Она пережила несколько переездов, встречу с детьми, с собакой, когда она была щенком. Тут у меня книги по театру, по кино, по сценаристике… Беллетристику и художественную литературу я беру в сети. Я наблюдаю сейчас тенденцию: многие даже белорусские авторы сначала выходят в сети, а потом уже на бумаге издаются.

Американский стиль

Эта радиола куплена мной в Америке. Это воплощение американского стиля. У нее еще и название — BUSH. Она в рабочем состоянии. В детстве я очень любил крутить советский радиоприемник, ловить волны. Очень мне нравился сам этот звук, который предвещает появление музыки из приемника.