Национальная театральная премия берет тайм-аут

Эксперты сходятся во мнении, что за год театральная Беларусь не успевает создать достаточно качественного продукта…

Стартовав всего два года назад, Национальная театральная премия берет тайм-аут, чтобы разобраться с внутренними вопросами. 

Как городские театры выдвигали по три «академика», и зачастую бывало такое, что два из них не могли приехать, потому что были заняты в репертуаре, в итоге голосовал только один. Я же предложил поставить все театры в равные условия — чтобы от каждого коллектива было одинаковое количество членов жюри».

К тому же, по словам Алексея Дударева, среди «академиков» очень много «случайных людей»: «Зачастую приезжают те представители театров, которые просто не заняты на эту неделю (в течение которой проходят показы спектаклей, претендующих на премию, — прим. ред.) в репертуаре. А нужно для объективной работы выделить человека, которому коллектив доверяет и который при этом может проголосовать и не за свой коллектив. Всего было то ли 110, то ли 112 членов жюри. Видите, я — председатель жюри, а даже не знаю, сколько их было! Столько не нужно…».

Как считает Алексей Дударев, жюри тоже нуждается в отборе: «Участвовать хотят все, и премии получать тоже хотят все, и все хотят, чтобы номинация была под них сделана. Но такого быть не должно».

Заниматься переработкой положения о премии, как сказал Дударев, будут все заинтересованные лица: Министерство культуры, союз театральных деятелей, союз композиторов, союз литературно-художественных критиков и представители белорусских театров.

Александр Гарцуев. Фото ctv.byХудожественный руководитель Республиканского театра белорусской драматургии Александр Гарцуев, который получил премию в 2011 году, в комментарии Naviny.by признался, что в принципе согласен с теми изменениями, которые анонсируются. «Против изменений в положении о премии я ничего не имею. На сегодня в нем есть некоторые юридические невнятицы, в том числе, по номинациям. Например, придумали номинацию «Лучший кукольный спектакль». Спрашивается, а почему тогда нет номинации «Лучший драматический спектакль»?», — заметил он.

Гарцуев подтвердил, что очень часто в качестве членов жюри театры отправляли в столицу тех, кто не был занят и хотел «неделю потусоваться в Минске». «Тут я тоже согласен — надо посылать людей уважаемых», — говорит он.

Против равных условий для всех театров он также не возражает: «В этом, может быть, есть какой-то резон. Почему национальным театрам должны быть какие-то привилегии? Насколько я знаю, Дударев предлагает сократить количество «академиков» до трех человек от каждого театра. Учитывая, что у нас только четыре национальных театра, от которых по старым правилам выдвигалось по пять академиков, это сократит общее число жюри всего на 8 человек. Главное — чтобы их по-прежнему оставалось около сотни».

Возня в кулуарах

Андрей КурейчикВ то же время, по информации драматурга Андрея Курейчика, именно количественный состав жюри сейчас находится под вопросом.

«Если все будет так, как обещают, и академичность жюри сохранится, то я изменения в театральной премии только приветствую, — сказал Курейчик в комментарии для Naviny.by. — Потому что никакого другого цивилизованного пути для существования действительно национальной премии и объективного выбора я не вижу».

Вместе с тем, по словам драматурга, «сейчас идет серьезная кулуарная борьба за то, как именно все-таки будут выбираться победители».

«Начинаются какие-то игры, и премия перестает функционировать как ритмичный организм, — отметил Андрей Курейчик. — После город самого Министерства культуры, которое «выделяет мало денег на постановки, особенно постановки молодых режиссеров».

«Да, министерство выделяет немалые деньги на белорусские театры. Но проблема в том, что эти средства не распределяются рационально. Все съедают гигантоманские проекты, а на широкий круг авторов ничего не остается. Потому и не надо удивляться, что у нас всего несколько премьер в сезон, а не как в Литве или России, где выбор огромный, — пояснил Курейчик. — Для примера: одна постановку в Русском театре стоит 1,5 миллиарда рублей, в Купаловском суммы доходят до 3 миллиардов за один спектакль. Но вместо одного гигантоманского проекта, можно сделать 20 спектаклей на разных сценах и дать шанс молодым талантливым режиссерам, которые годами сидят без работы».

Кстати, Владимир Карачевский подчеркнул, что белорусским театрам выделяется достаточное количество финансовых средств, чтобы нормально работать. В 2012 году объем финансирования составил около 139 млрд. рублей. В нынешнем году этот показатель вырос, однако чиновник не стал уточнять конкретную сумму.