Из политического тупика на экономические рельсы



Владимир ТРЕТЬЯКОВ



Трубадуры белорусско-российской интеграции ныне бодро докладывают о скором завершении работы над конституцией союзного государства. Но давайте сделаем поправку на то, что эти лица явно заинтересованы представлять свою деятельность в лучшем виде. И тогда она предстает совсем иначе — как движение в тупик. Так что февральское заявление лидеров четырех государств о намерении создать Организацию региональной интеграции (ОРИ) выглядит как попытка перевести стрелки с тупикового пути на рельсы реальной экономической интеграции.





Говорят, что правда — лучшая политика. Но в белорусско-российских взаимоотношениях этой политикой явно не злоупотребляют. О многом приходится догадываться и кое-что додумывать.





Из телепрограммы, в которой выступал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, выяснилось, что толчком к созданию ОРИ стала именно казахская инициатива. По словам Назарбаева, он сказал президенту Путину: почему бы России и Казахстану не образовать единое экономическое пространство с единой границей? Российский президент идею оценил и развил — и вот 23 февраля президенты Беларуси, России, Украины и Казахстана подписали в Москве заявление о создании ОРИ.





Потому что, хоть в разной степени, ОРИ всем выгодна. Больше всего, пожалуй, Путину. Ведь он, конечно, давно уже увидел тупик на пути к союзному с Беларусью государству. Если не он сам, так его эксперты поняли, подсказали.





В самом деле, А.Лукашенко хочет равноправия в руководстве союзом, чего никак нельзя принять — хотя бы из-за несоразмерности двух стран, их экономик. По той же причине нельзя принять упорно отстаиваемую белорусской стороной точку зрения касательно формирования единого эмиссионного центра на паритетных началах. Правда, энергетическая и сырьевая зависимость Беларуси от России велика, можно и надавить, но — себе дороже, поскольку часть электората этого не поймет и не простит. Как тут не ухватиться за "союз четырех", который, поглощая проблему "союза двух", снимает всю "тупиковую остроту" проблемы белорусско-российской интеграции.





А тупик вновь ярко высветился 11 марта, когда Лукашенко, говоря о принципах создания конституции союзной державы, в который раз подчеркнул, что надо неукоснительно следовать договору 1999 года.





Но Путин увидел в ОРИ еще и нечто более грандиозное. По существу лидеры четырех стран договорились о союзе, соразмерном — хотя бы по внешним параметрам — уже и с Евросоюзом, и с США. Политическая выгода ОРИ для Путина в том, что перед парламентскими (2003 г.) и президентскими (2004 г.) выборами он вводит свой электорат в состояние "надежды на лучшее" (для многих это еще возврат или видимость возврата к СССР). И, что важно, при этом у сограждан не возникает разочарование в связи с отсутствием продвижения в интеграции с Беларусью. Кроме того, российский лидер частично может снять с себя тяжесть "проблемы перевоспитания Лукашенко", поскольку на того теперь будут влиять и рыночник Назарбаев, и украинский президент (пока — Кучма, с которым о многом удалось договориться, а потом — вновь избранный, которым, по-видимому, станет протеже Кремля).





Интерес Назарбаева в "союзе четырех" — практически целиком экономический. Казахстан, подпитываясь западными инвестициями, динамично развивается, и ему очень желательно "приблизить" к себе необъятный рынок России, тем более — с подключением к нему Украины и Беларуси.





Для Кучмы соглашение о создании ОРИ имеет значение и личное, и политическое — в смысле улучшения перспектив его судьбы и карьеры после окончания второго президентского срока.





Меньше всего, как кажется, затея с ОРИ нужна Александру Лукашенко. В самом деле, он, ранее главный союзник Путина, становится лишь "одним из троих". Тем не менее, и Лукашенко замысел Путина должен был оценить. Белорусский лидер уже столько раз заверял: союзное государство может быть только на принципах равенства сторон, — что отступаться от этого ему никак нельзя. Он стал заложником равноправия. В конце концов, блеф с союзным государством, очевидный уже для многих, был бы рано или позно разоблачен, а желание выйти из игры без потерь у Лукашенко, конечно, имеется. Выход нашелся в том, что "союз двух" превращается в часть ОРИ, и свертывание двусторонней интеграции может пройти незаметно.





Надо полагать, что создание единого экономического пространства Беларуси, России, Украины и Казахстана потребует длительного и мучительного переговорного процесса. Тем временем деятельность (точнее — ее имитация) по линии "союза двух" прекращаться не будет, это было бы не в интересах главных игроков белорусско-российской интеграции. Так что предположение о "переключении" Путина и Лукашенко с двустороннего союза на ОРИ не нужно понимать как одномоментный акт. Правильно будет сказать так: чем лучше будут идти дела в "союзе четырех", тем быстрее будет увядать идея "союза двух".