Месяц после Площади-2010. На подсосе

Уроки последних выборов в Беларуси для власти, оппозиции и международных игроков…

Месяц назад, 19 декабря, белорусская президентская кампания, которая до поры до времени казалась опереточной, завершилась трагическим аккордом: разгон, волна репрессий, новые политзэки.

Площадь-2010. Фото photo.bymedia.net

Чешет репу ошарашенная старушка Европа: вот тебе, бабушка и Юрьев день, вот тебе и «политика втягивания»! Чешет помятые бока оппозиция, фрустрируют интеллектуалы: что делать, когда глухо как в танке и плетью обуха не перешибешь? А «органы» и пропаганда просто чешут, будто сорвавшись с цепи. Охота на ведьм в разгаре.

Эмоции не перекипели, но уже выкристаллизовываются уроки Площади. И для власти, и для ее политических оппонентов, и для гражданского общества, и для международных игроков.

Пиррова победа

Если смотреть с политтехнологической колокольни, то Площадь подтвердила верность банальных истин — о важности сплочения оппонентов режима, едином сценарии, едином кандидате и пр.

Минувшей осенью в эйфории мимолетной гласности оппозиционные выдвиженцы отмахивались от зануд-аналитиков как от назойливых мух: да уже достали вы с вашим единым, все это морально устарело, вот мы возьмем числом!

Но многоголовый мутант оказался не самой удачной альтернативой. У Площади не было внятного, сильного плана, лидеры не смогли контролировать массу. И мы увидели, как власть в два счета переигрывает разобщенных оппонентов. А то и просто вводит их в свой сценарий

Но также очевидно и то, что ее победа оказалась пирровой.

Псу под хвост пошел капитал, так мучительно наработанный на европейском векторе за два года оттепели. И если грядущие визовые запреты номенклатурной верхушке — как мертвому припарка, то пересыхание финансового, инвестиционного ручья с Запада — угроза куда более чувствительная. Сколько ни братайся, а Россия не даст модернизации.

И потом, с Россией в принципе — как на пороховой бочке. Нефть не поступает. Большие люди за восточной границей ждут, когда им на блюдечке с голубой каемочкой преподнесут лакомые куски белорусской собственности. За так, что ли, замирялись перед выборами?

А поскольку здесь не особо разгонятся потрафлять, то в любую минуту может грянуть новая война. Как водится, с перекрыванием всех вентилей.

Ну а строить в центре Старого света некую Северную Корею — дело рискованное: белорусы уже вошли во вкус европейских потребительских стандартов.

Итог: власть сохранена, оппозиция почти закатана в асфальт, но далее — сплошная головная боль: как выжить в новой изоляции, без живительных ресурсов?

Власть: окончательный диагноз?

Почему правящая верхушка так бездарно похоронила диалог с Европой, перспективу плавной модернизации с помощью развитых стран?

Наломав дров, теперь глухо намекают на происки восточной соседки: вот с какой стороны, мол, толкнули под руку, будь оно неладно!

Но отодвинем в сторону конспирологию, хотя без игры спецслужб, причем не только здешних, Площадь тоже явно не обошлась.

Давайте смотреть в корень. Белорусские аналитики дружно делают вывод: власть банально испугалась даже дозированной либерализации.

Предвыборная кампания оппозиции, пусть и разобщенной, «стала тестом на состояние общества», считает эксперт аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич.

В интервью для Naviny.by он отметил, что президентские выборы «растормошили народ». И репрессивные действия власти — это как раз таки «реакция на то, что общество выходит из-под контроля».

Да, оказалось, что страх выветривается очень быстро. Народ массово и весело подписывался за альтернативных кандидатов. А вечером 19 декабря, когда выборы подошли к финишу, центр столицы наводнила многотысячная людская река.

Режим явно недооценил протестный потенциал белорусского общества. При том что персональная альтернатива бессменному президенту оказалась размытой, люди вышли на улицу, чтобы принципиально выступить против системы, которая достала. Системы, когда голосуй не голосуй — и далее в рифму.

Итак, стереотип насчет едва ли не тотального пофигизма и конформизма белорусов — как минимум преувеличение. Белорусы хотят жить в нормальной демократической стране уж никак не меньше тунисцев, сбросивших на днях своего Бен Али (который, к слову, не так давно переизбрался на пятый срок, получив 90%).

Еще одной неожиданностью стал феномен солидарности с политическими узниками и их семьями. Очереди желающих материально помочь тем, кто сел за решетку, — это тронуло и вдохновило.

Гражданское общество Беларуси показало свою силу и зрелость. И это — приятное открытие. Для экспертов было ведь общим местом твердить об атомизированности нашего социума.

В общем, закатать в асфальт всех несогласных — не получится. Политическая оппозиция будет востребована, так как выборы-2010 показали: она отражает позицию значительной части общества. Выживут и третий сектор, и независимые СМИ. Европа обещает усилить их поддержку.

Ни «демократизатором» по голове на площади, ни пропагандистской дубиной по мозгам в телевизоре — как ни старайся, а «эту песню не задушишь, не убьешь». Общество в значительной степени переросло реликтовый режим, а на дубинках, равно как и на штыках, сидеть неуютно, это старая истина.

Геополитический маятник: затухающие колебания

К тому же режим явно недооценил принципиальность Европы. Ранее многократно обвиненная в заигрывании с последней диктатурой, ныне она встала на дыбы.

К слову, заправилы официальной пропаганды показали себя исключительными умниками, обвинив в заговоре против властей предержащих Германию и Польшу — самых-самых энтузиастов наведения мостов с Беларусью. Теперь Берлин заявил: никакого торга политическими заложниками, вопрос о санкциях со стороны ЕС может быть снят только при условии новых выборов.

Правда, ждать придется до греческих календ.

«Политический режим реформированию не поддается, это было очевидно и до разгона Площади, — отметил в интервью для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич. — А вот что касается социальной, экономической модели — возможны варианты».

Собеседник Naviny.by напомнил: в Китае экономическое раскрепощение началось как раз после кровавых событий на площади Тяньаньмэнь. Точно так же после подавления восстания в 1956 году режим Яноша Кадара дал некоторую волю рыночным отношениям, и Венгрия считалась «самым веселым бараком в соцлагере».

Андрей Ляхович, директор минского Центра политического образования, также отметил в интервью для Naviny.by: при том что политической либерализации нет, режим пытается трансформироваться экономически (правда, в основном в интересах номенклатуры). Плюс — ограниченная белорусизация, так как пришла пора укреплять в сознании народа ценность независимости, для чего советская мифология непригодна.

В отношениях с Москвой у Лукашенко сохранятся острые противоречия, отмечает Ляхович. По мнению эксперта, планы загнать Беларусь в неоимперский конструкт через проекты ЕЭП, Евразийского союза, — скорее всего, провалятся.

Во-первых, подчеркивает политолог, «Россия слишком слаба экономически для роли магнита на постсоветском пространстве, она может предложить только сырье, но никак не передовые технологии». Во-вторых, белорусский официальный лидер не готов делиться ни граном власти.

Минский аналитик-международник Андрей Федоров в интервью для Naviny.by высказал мнение, что на режим могут подействовать не столько визовые санкции Европы, сколько «угрозы на восточном фронте». И вот вкупе с элементами западного финансово-экономического давления (вероятны, например, проблемы с получением новых кредитов МВФ) это может подтолкнуть белорусскую правящую верхушку к новому туру игр с Европой.

Совещание у президента 18 января показало, что экономические тучи сгущаются. Пришла пора пускать с молотка «фамильное серебро». Решено продать 25% акций «Беларуськалия». За эти и другие лакомые активы «мы можем получить 25-30 миллиардов долларов», отметил Александр Лукашенко. Но далее — риторический вопрос: «А когда проедим эти 30 миллиардов долларов, тогда что продавать будем?».

К тому же режим явно боится уступать командные позиции в экономике российскому капиталу. Валерий Карбалевич прогнозирует, что в геополитическом плане официальный Минск «продолжит попытки балансировать, но коридор для этого сужается».

Европа, в отличие от США, вряд ли пойдет, конечно, на экономические санкции — например, объявив бойкот белорусской солярке. Но тут беда подкралась с другой стороны. Экспортный ручей дизтоплива и так уже пересох. Россия перекрыла нефтяной кран, наши НПЗ на подсосе.

Короче, если так пойдет, то скоро на подсосе окажется и вся любовно выстроенная система. Тяжело похмелье после пирровой победы!