Дмитрий Галка. ЕВРОВИДЕНИЕ. Великая кроличья революция

Теперь перемен не сдержать, они станут множиться с кроличьей скоростью. Раз ощутив вкус победы, джинсовая молодежь захочет побеждать снова и снова...

 

 

Дмитрий Галка. 29 лет. Блоггер, свободный журналист, внештатный сотрудник «Радыё Свабода». Проделал долгий интеллектуальный путь справа налево. Как «дитя перестройки», верил, что все, чему нас учили в школе, было ложью. На самом деле, коммунизм — это злодеяние и уродство, а свободный рынок и конкуренция — добро и красота. «Левый поворот», как ни странно, вызрел из эмоциональной захваченности культурным национализмом. Однажды мне стало ясно, что в условиях «честной» конкуренции белорусский язык и белорусская культура не имеют никаких шансов. Поскольку честность рыночной конкуренции состоит в том, что выживает сильнейший. Пятилетняя гастарбайтерская эпопея в Москве окончательно укрепила меня в антикапиталистических взглядах. К сожалению, там же я приобрел ощущение, будто вырос из коротких национальных штанишек. И все же добровольно стать русским, как ни хотелось, не вышло. Душа, наверное, оказалась слишком малоемкой, чтобы вместить бескрайнюю Россию.

Итак, свершилось. «Волшебный кролик» (он же «Чароўны трусік») едет представлять Беларусь на Junior Eurovision-2009 в Киев.

Событие из ряда вон выходящее: сложно было поверить, что песне с таким шлейфом сомнительных коннотаций, приобретённых в интернете, дадут ход. Это в Беларуси-то, стране (вроде бы) победившего крестьянского консерватизма!

"Юра Демидович – замечательный, талантливый, вокальный мальчик. Но песня его мне не нравится: она не моя! Может, я старомодна, объясняйте, как хотите, но любая детская песенка должна нести от себя позитив, чтобы от неё, прежде всего, шла хорошая, детская энергетика. Я когда эту песню прослушала, у меня появилось ощущение внутреннего дискомфорта и настроение такое «ничего делать не хочется», руки опускаются, тяжело на душе. Не знаю, чем это можно объяснить… Прослушав песню один раз, у меня не возникает желание слушать её ещё раз", — сказала Светлана Стаценко в интервью "КП в Беларуси".

То, что сказала тётя Света (мама Ксении Ситник — победительницы Junior Eurovision-2005), как мне казалось, должно выражать мнение от 86% до 93% белорусов. Включая, конечно же, самого главного белоруса, который всегда вместе со своим народом. А что происходит? Происходит невообразимое: «старомодную» тётю Свету показательно выставляют из жюри, «Волшебный кролик» сокрушительно побеждает.

Как всё это понимать?

Варианты ответа:

а) Объявленная в республике всеобщая либерализация - не шуточная;

б) Победа «Волшебного кролика» — одно из обязательных условий, поставленных перед Лукашенко МВФ (ПАСЕ, США, ООН);

в) Пацан, идущий к успеху — серьёзный пацан, за спиной которого стоят серьёзные [оккультные] силы;

г) «Волшебный кролик» понравился самому главному мальчику страны - Коле Лукашенко;

д) В стране произошла «трусіная рэвалюцыя».

Может быть, и мальчику понравилось, и МВФ потребовал, и всё остальное, но и без революции не обошлось. Приятно думать, что в Беларуси произошла хоть какая-то революция. Но что это за революция, о чём она?

Кто-то голосовал за «Волшебного кролика» как за гениально плохую песню. И был уверен, что участвует в трэш-мобе. Делая ставку на заведомо неформатного кандидата, который при обычном течении вещей не должен бы пройти. Играете в демократию? Сыграем по-крупному. Нате, получите! По принципу: всё, что угодно, лишь бы не голосовать «правильно», так, как от тебя ждут. Хотя в действительности такое электоральное поведение интернет-пользователей давно перестало быть неожиданным, превратившись в ритуальное действие. Леопарды врываются в храм и выпивают до дна содержимое жертвенных сосудов; это повторяется снова и снова, и в конце концов это может быть предусмотрено и становится частью обряда. (Франц Кафка, Афоризмы).

Кто-то, напротив, счёл номер Юры Демидовича по-хорошему талантливым. Поэтому голосовал не назло и не поперёк, просто за лучшего. Как сознательный гражданин.

Обе эти группы статистически способствовали кроличьей революции, но не были носителями её содержания. О нём вообще никто вслух не говорил, манифестов и тезисов не писал, да и само слово «революция» если где-то и употреблялось, то в ироническом смысле. Тем не менее, произошла именно революция — качественный скачок в развитии, разрыв постепенности.

Мыслимое ли дело — на всереспубликанских выборах побеждает не кандидат власти! Более того, кандидат нелояльный (в эстетическом отношении) к ней: «Волшебный кролик» — как минимум, странная песня в рамках официальных культурных канонов, до сих пор остававшихся незыблемыми и обязательными для соблюдения. С непрозрачным содержанием и тревожной аранжировкой, вызвавшими внутренний дискомфорт у тёти Светы. Оно и понятно — «от этих загадок один беспорядок», это вам любой крестьянин скажет. Образцовым же белорусом, на которого следует равняться, мерилом всех вещей, до сих пор был именно крестьянин. Носитель консервативных ценностей. А что сказал бы крестьянин о волшебном кролике, изучающем латынь и рисующим мелом нолик в дремучем лесу среди голубых пихт? «Дур’ю маецца!» — вот что он сказал бы, почесав репу.

И вдруг мнением этого столпа адекватности и светоча здравомыслия, краеугольного камня всей социо-культурной белорусской модели, пренебрегают. Отдавая такое ответственное международное мероприятие, как Junior Eurovision, на откуп идеологически неблагонадёжной джинсовой молодёжи, окопавшейся в интернетах.

Кроме всего прочего, биография самого Юры Демидовича может кому-то показаться «запятнанной» — он из семьи практикующих евангелистов и посещает вместе со своими родителями пусть зарегистрированную, но всё-таки подозрительную церковь «Благодать». Даже в его сценических повадках есть что-то от заграничных баптистских проповедников. Известно к тому же, что «протестантская вера идёт от оппозиции». Разве можно такому доверить представлять страну в цитадели политического разврата — оранжевом Киеве?!

Не буду гадать, было это со стороны власти случайно пропущенным ходом, отвлекающим приёмом, хитрым манёвром с целью канализации протестных настроений в безопасное, по её мнению, русло или чем-то ещё. В любом случае, ход был вынужденным, а значит — проигрышным. Теперь перемен не сдержать, они станут множиться с кроличьей скоростью. Раз ощутив вкус победы, джинсовая молодёжь захочет побеждать снова и снова.

За что же они боролись? Какие надежды возлагали на единого демократического кандидата от интернетов?

Они и сами точно не знают: «Юра — наш нацыянальны правадыр, які вывядзе краіну. Куды? А ці важна гэта?», написала блогерша  stasja666.

Рискну предположить, что кроличья революция — это революция дискурса. Мерцающей игры бессодержательных смыслов, по Пелевину. Именно она, эта игра произвольного смыслопорождения, забавляет армию поклонников «Волшебного кролика», а не сама песня. Самодостаточная игра без цели.

«Кролик Юры Демидовича "рисует нолик", то есть, выражаясь хайдеггериански, "влеком в Ничто», философствует necrolfus.

Кроличья революция — революция «человека играющего». Этот человек живёт в мире мнимостей и относится к жизни условно. Принципу реальности (производства) он предпочитает принцип удовольствия (потребления). А значит, мы наблюдаем окончательно свершившуюся (в умах) консьюмеристскую революцию.

Вот незадача, как не вовремя-то. Оранжевую робу примерь попробуй!, призывает нас жизнь.

P.S. «Волшебный кролик», безусловно, любопытный артефакт. Но не детской культуры, а молодежной, по определению циничной и жестокой. И немножко больно смотреть на Юру, ставшего марионеткой в руках великовозрастных забавников.

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».