Максим Жбанков. КУЛЬТ-ТУРЫ. Сгореть как книжка

Хороший политик – не ходячий цитатник, а травленый бродячий пёс с безупречной интуицией...

 

Максим Жбанков
Максим Жбанков. Культуролог, киноаналитик, журналист. Преподаватель «Белорусского Коллегиума». Неизменный ведущий «Киноклуба» в кинотеатре «Победа». В 2005-06 годах — заведующий отделом культуры «Белорусской деловой газеты». Автор многочисленных публикаций по вопросам современной культуры в журналах «Мастацтва», «Фрагмэнты», «pARTisan», на сайте «Наше мнение».

Лучшее, что мы делаем, проистекает из несогласия с реальностью. Мало того, что есть. Поэтому возникает «другое свое»: подвальные бэнды и самопальные журналы, ночные умные тусовки, глючное кино собственного разлива и клубы быстрого-кофе-в-восемь-утра. Худшее в этом мире возникает ровно по той же причине: хирургическая правка быта под флагом очередной идеологии, бездарные реформы, напыщенный гон ученых умников, телевизионный агитпроп, управленческая шиза. Игры разума лечат и убивают. Вот вам еще одна: в этот день 53 года назад красный начальник Мао Цзэ Дун торжественно заявил на правительственном совещании: «Сколько книг ни читай, императором не станешь!»

Председатель Мао любил косить под мудреца и оставил благодарным потомкам настоящие россыпи афоризмов. Взять хотя бы «Пусть расцветают сто цветов, пусть расцветают сто культур» или брутальное «Винтовка рождает власть». Но фраза про книжки выбивается из общего ряда. Потому что она глубже, чем обычный трёп нервных вождей. И заставляет думать дальше.

Прежде всего – это критика знаний как ресурса политической карьеры. В целом, справедливая. Загрузка общепринятыми ценностями, известная как классическое образование, — славный гардеробчик, но никакой советчик. Стоит оглядеться вокруг: в высших политических сферах выживают не тихие шахматисты, а буйные задиры с опытом командной игры. Здесь силовые приемы важнее латыни, а приватные договоренности сильнее публичных реляций. Хороший политик – не ходячий цитатник, а травленый бродячий пёс с безупречной интуицией, острым чувством опасности и навыками оперативного действия в экстремальных обстоятельствах. Таких в университетах не делают. Игру делают харизматики. А умники-консультанты подносят патроны. Вовремя подают бейсбольную биту. И всегда готовы уйти первыми.

Во-вторых, приходит на память старая хроника: «великий кормчий» Мао плещется в бурных водах реки Янцзы. И восторженный голос за кадром: «Своим заплывом председатель Мао нанес сокрушительный удар империализму!» Публика торжествует: «10 000 лет жизни председателю Мао!» В старательно обустроенном пространстве тоталитарного мифа нет места разумным сомнениям и острым вопросам. А, значит, умные книжки опасны — как отрава для электората. Важней кино – управляемая пляска теней на разрешенных площадках. Логика меченосца: если есть император – каких вам еще книжек? А если у вас есть «неправильные» книжки – так какой я после этого император?

Третий аспект прост как правда: тем, кто читает, головокружительные топ-карьеры абсолютно ни к чему. И совсем не потому, что они презирают суетное и «живут духовной жизнью». Просто книжки – это не просто гаджет, а отдельная жизнь. Часто более реальная, чем твоя/моя/наша неяркая повседневность. Любая стопка страниц, загнанных под твердый переплет высоколобых экзерсисов или пеструю обложку бестселлера, открывает обывателю калитку в Иное. Когда захочется. И где захочется. Подсевшие на слово «книжные» люди, как правило, слабо совместимы с простецким бытом. Поскольку матрицы смыслов из печатных текстов есть не слепки реальности, а ее продолжение: сперва автором, после – читателем. Поэтому картинки мешают. Блокируют фантазию. Книжный мир есть достройка бараков воздушными замками. Вещь, в принципе, в хозяйстве бесполезная. Зато утешительная.

В вечернем автобусе на Вильнюс мой сосед — бритоголовый мужик под пятьдесят – серьезно вникал в потрепанную книжку. Я скосил глаз – скверно написанное русское фэнтэзи. Но вы бы видели его лицо! Не надо обманываться: большинство страстно читает не гениальных авторов, а посредственных писак. Равно как и смотрит совсем не тотальный арт-хауз. Люди уходят в посредственное письмо как на дачу — вроде пейзажик другой, а на самом деле своё и близкое. Не будите читателя: ему хорошо.

И вдогонку, напоследок. Зона слова хороша как дискуссионный клуб и ролевой тренинг, приватный клуб золотых перьев и экстремальный аттракцион. Но постоянно жить в цирке невозможно. В библиотеке тоже. В тренажерном зале – тем более. Шелест чужого словаря в какой-то момент рискует превратиться в белый шум, забивающий тихие сигналы твоего приватного существования. И тогда стоит тормозить. Потому что лучшая библиотека – та, от которой ты способен уйти. Не потому, что разучился ловить смыслы. И не потому, что авторы плохи. Просто лучшие книги – те, что в срок сумели сгореть в твоем сердце.

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».