Алена Германович. ЗДРАВСТВУЙТЕ. Нашу культуру — в их массы!

Нам не нужно стесняться себя и того, что имеем. Наоборот — надо ввести это в ранг национального достояния…

Алена Германович

Алена Германович. Родилась днем 23 марта 1978 года. Через месяц, в три часа ночи, меня в бессознательном состоянии по причине младенческого возраста и в обстановке строгой секретности окрестили. Крестными выступили член Коммунистической партии, директор школы и первый секретарь райкома комсомола, что и определило мою будущность. Нет, я не стала коммунистом  — партия развалилась, не стала священником — по причине иного пола. Но люблю театр, экстрим и литературу. А, да, — собственный корреспондент БелаПАН по Гомельской области.

Недавно я внезапно поняла, почему я все тощаю, нет аппетита, бодрости духа, грации и пластики. На меня напал поморок, или сглаз. Вахтерша в спортивной школе навела на меня порчу. Элементарно. Раньше я не придавала этому значения, а сейчас поняла. Этому — это тому, что вахтерша никогда со мной не здоровается, наоборот — на мое почтенное, с улыбкой «Здравствуйте!», она хмурилась и отворачивалась. То есть — она не желала мне здоровья! А даже наоборот. Она мне пятьдесят семь раз отказала во здравии! То-то я смотрю — вахтерша все полнеет и полнеет, а я, образно говоря, сохну и дохну.

Вот почему и бутерброд не лезет в рот. Придешь в магазин, а там продавцы. Сначала смотрят косо, и да, также не отвечают на «здравствуйте!», а охранник так и маячит за спиной, смотрит бдительно, чтобы я курицу какую не утащила. А на выходе из кассы бросается наперерез и требует предъявить рюкзак к осмотру. Мил человек! Да как бы я утащила курицу, когда ты постоянно дышал мне в шею! У вас даже жвачку не уведешь.

«Рюкзак покажите!», — гаркнул охранник. Чего не показать, рюкзак у меня знатный, американский, что я и продемонстрировала, повертев его так и так перед впавшим в ступор охранником. «Что, понравился мой рюкзак? Себе такой хотите купить? У нас такие не продаются», — похвасталась я. Он побагровел и прошипел: «Что внутри, я спрашиваю!» Я ответила, что внутри — несколько отделений, в том числе для мобильника и ноутбука. Охранник побелел и безнадежно махнул рукой — мол, уберитесь с глаз.

Нужно как-то противостоять попыткам порчи и сглаза. Вот тетя в магазине, которой нужно сдавать сумки на хранение. Раньше она выхватывала эти сумки из рук с такой ненавистью, как будто они принадлежат молодой любовнице ее бывшего мужа. А номерок так тыкала в руку, что норовила проткнуть этой картонкой всю ладонь, причем попав по линиям жизни и здоровья. Однажды я, с робостью приблизившись к тете, спросила участливо: «Вы работаете?» (потому что и подходить к ней было боязно, с таким грозным видом возвышалась она возле выемок для сумок). «Чего я тут стою, по-вашему?», — гаркнула тетя (мне показалось, что после этого крика возле щенка, боязливо прижимавшегося к ноге хозяйки-покупательницы, появилась лужица). «Может, рабочий день у вас кончился, а вы домой забыли уйти?», — предположила я. Тетя внезапно расцвела и как-то заботливо и почтительно приняла у меня рюкзак на хранение. А номерок подала так, как будто это была верительная грамота. Но не нота протеста, как ранее.

Потом эта тетя стала со мной здороваться — первой! А у меня улучшился феншуй, гештальт, биоритмы и жизненный тонус. Я не позволила ей меня сглазить. Хо-хо.

А вахтершу в спортивной школе я победить не могу, нет, нет, нет. На все мои «здравствуйте» она не отвечает. Как же мне заниматься в той школе, а? Эта вахтерша меня изведет. Пошла бы она в депутаты, что ли. У нее практика есть. Она часами висит на дармовом телефоне и всё что-то обсуждает-советует-поучает.

А вообще, нам не нужно стесняться себя и того, что имеем. Наоборот — ввести это в ранг национального достояния и культуры. Почему бы нет? Иностранцы уже устали на своих западах от этой прилизанной культуры, этих всех приклеенных улыбочек, и от «мне очень жаль», и от «ты не хочешь про это поговорить?», от всех этих пониманий, позитива и сочувствий. Надо, как говорил эгрегор, идти от жизни (или от эгрегора).

«Вшивые, козлы, отморозки, отщепенцы», — отличная аутентичная лексика! Тем более — у нас наработан огромный опыт общения со своими согражданами, уникальный опыт! (Молча, злобно и настойчиво тыкать в спину в троллейбусе — это означает «милая барышня, я жутко извиняюсь, но не могли бы вы передать водителю деньги за билет, мне очень неловко, заранее спасибо!». Или на дурацкие улыбки покупателей отвечать злобной гримасой, а на все вопросы этих глупых покупателей огрызаться «откудова я знаю?!». Когда в ресторане просят два счета, приносить один, но такой, как будто ела футбольная команда, а не два скромных коллеги, решившие побаловать себя котлетой по-киевски, етс, етс, етс). Только почему мы при иностранцах стесняемся быть естественными и глупо-неуверенно улыбаемся, и говорим «Хеллоу», услышав ломаный русский?

Да, я была со знакомым иностранцем в гомельском одном заведении. Сначала к кассе подошла я, а за мной стоял с подносом мой иностранный друг. На робкую просьбу «Чая бы... мне» кассирша гаркнула, что «кружек нет, и ложки разобрали», на предложение заплатить карточкой ответила, что «терминал не работает», насчет просьбы о вилке и ноже провела логическую связь со временем: «Обед сейчас! Понимать надо!». Но когда к кассе подошел мой знакомый, то кассирша расцвела, подала ему ложку и чашку, и даже чайную ложку, вытерев перед ним салфеткой приборы, и долго расшаркивалась. Ну что это такое? Так мы портим имидж, и нет никакой аутентичности и уникальности!

Что запомнит этот турист? Глупые расшаркивания и наигранную вежливость? А если заорать на него, вот так: «Да где же я тебе, немчура проклятая, нож той возьму? Так поешь, чай, не барин!» Или так: «Чай можно и дома попить, нечего!». Или «будем мы тут бумагу тратить на два счета, обойдетесь». Или так, как ответили моему сыну в кафе на жалобу, что полтора часа ждал «эту несчастную картошку»: «Скажи спасибо, что вообще принесли». Будет что вспомнить, я вам говорю. А так, благодаря этому лакейскому обслуживанию иностранцев, они вообще не запомнят ничем нашу страну. Нужно так — по-простому.

Вот однажды в Гомеле на инвестиционном форуме, где представляли предложения по вложению денег иностранцами, подошла я к стенду некого предприятия, там были разложены буклеты. Я зачем-то хотела взять один (может, что-то интересное написано там?) и только протянула руку, как буклет тут же выхватила некая дама-начальница с криком: «Да вы же не иностранец, не троньте буклеты, это для иностранцев!». А вот если иностранцам дать по рукам, как только они захотят взять буклет? Они сразу же запомнят все инвестиционные предложения, будьте уверены!

Хватит, хватит заискивать. Туристы потому и не едут, что мы ведем себя зачастую искусственно и тем отвращаем их. Надо, чтобы они почувствовали, прочувствовали! Тем более — нам есть у кого учиться. Не умеете говорить просто, глупо и грубо — смотрите телевизор, слушайте радио, особенно прямые трансляции. Конечно, это чревато (просмотры телевизора, прослушивание радио) физиологическими проблемами (научно доказано, мне доктор один говорил, что от белорусского телевидения и радио изменяются гормоны, что влечет алопецию в области головы и вибриссы в области носа (это я так пишу, чтобы было понятно, что это научные исследования, а не сплетни какие-то)). Но за счет физиологических проблем мы сможем решить филологические и туристически-привлекательные. Это того стоит, я думаю.

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».