Андрей Казакевич. МОДЕРНИЗАЦИЯ. Конституционный суд: расформировать или реформировать?

По политическим причинам прописанные в конституции полномочия большинства государственных органов значительно отличаются от реальной практики...

 

Андрей Казакевич. Доктор политических наук, старший научный сотрудник Университета Витовта Великого (Литва), директор Института политических исследований «Политическая сфера».


По различным политическим причинам прописанные в конституции полномочия большинства государственных органов значительно отличаются от реальной правовой и политической практики. Более того, ряд институтов являются нефункциональными. Среди них особое место занимает Конституционный суд (КС), который с 1997 года вынужден осуществлять главным образом не свойственные органу конституционного правосудия функции.

Три этапа развития Конституционного суда

Участник политического кризиса (1994—1996 годы, председатель Валерий Тихиня). В 1994—1996 годах КС стал одним из участников политического кризиса, часто выступая арбитром в противостоянии исполнительной и законодательной власти. По характеру своей деятельности КС, при всех проблемах и особенностях, в целом напоминал аналогичные структуры в других европейских странах. По итогам политического кризиса полномочия КС были ограничены, еще большее влияние на его деятельность оказало коренное преобразование всей политической системы.

Орган рекомендательных решений (1997—2008 годы, председатель Григорий Василевич). Практически сразу после стабилизации нового политического устройства основные функции КС оказались фактически невостребованными. В 2000—2008 годах КС принимал ежегодно до четырех обязательных заключений (бывало, и вообще ни одного).

КС по-разному пытался выйти из кризиса. Временное решение было найдено в издании рекомендательных решений на основании обращений граждан и организаций. Процедура стала применяться в 1999 году. В 2000—2008 годах выносилось от 9 до 38 рекомендательных решений в год.

Орган превентивного контроля (с 2008 года, председатель Петр Миклашевич). Несмотря на определенную стабилизацию «рекомендательной» роли, проблема функциональности и «полезности» КС не была решена окончательно.

Назначение нового руководства суда в 2008 году сопровождалось декларациями о расширении его роли и полномочий, но единственным практическим результатом стала превращение КС во вспомогательный орган законотворческого процесса.

Для этого была изобретена специальная процедура «обязательного предварительного контроля». Число рекомендательных решений значительно снизилось, и суд стал главным образом заниматься рутинной проверкой законопроектов.

КС занимается не своим делом

Практика «обязательного контроля» означает еще больший отход от принципов, заложенных в основе института конституционного правосудия. Фактически КС занялся рутинным контролем качества нормативных актов, а не разрешением правовых споров. То есть по характеру выполняемых функций КС перестал быть судом.

Основным плюсом реорганизации является возможность загрузить «нефункциональный» государственный орган работой, но такая работа противоречит природе КС.

Во-первых, суть конституционного правосудия (и по конституции Беларуси, и по международной практике) — в решении правовых споров, а не в сплошном контроле массива законодательства.

Суть деятельности КС — в компетентном, детальном и всестороннем рассмотрении отдельных конфликтов норм, которые выявлены участниками правоотношений, а не в работе по улучшению законопроектов (для этого существует много других специализированных структур).

Во-вторых, рассматривая более 100 нормативных актов в год, КС просто не может гарантировать детальную и всестороннюю проверку конституционности всех норм.

В-третьих, КС, рассматривая абсолютно все законопроекты, ставит их вне поля конституционного контроля в будущем. Практически невероятно, что суд когда-либо признает неконституционной норму, которую ранее одобрил в рамках «превентивного контроля». Поскольку практически невозможно обеспечить необходимую глубину проверки законопроектов, такая практика может привести к весьма негативным последствиям для правовой системы.

Два варианта реформы — расформирование либо расширение полномочий

Передача функций Верховному суду. При сохранении существующего характера деятельности нет никакого смысла сохранять КС в качестве самостоятельного органа. Для оптимизации работы правовой системы он может быть расформирован, а его основные полномочия — переданы Верховному суду. Исполнение конституционного правосудия общими судами — распространенная в Европе практика (Эстония, Дания, Швейцария и другие государства), и она имеет свои некоторые преимущества.

Положительной стороной такого решения может быть экономия бюджетных средств, а улучшение качества нормативных актов вполне может осуществляться на уровне двух палат парламента, Министерства юстиции и администрации президента.

Расширение полномочий. Если все-таки сохранять КС как самостоятельный орган, то единственным механизмом возвращения его к профильной деятельности является расширение круга субъектов имеющих право обращаться в суд: местные органы, организации, отдельные граждане и т.д.

Процедура и перечень субъектов может быть предметом дискуссии, но даже вынесение рекомендательных решений по таким обращениям (введение процедуры не потребует изменений в конституцию) будет значительным прогрессом по сравнению с существующим состоянием дел.

Следует отметить, что различные проекты реформы КС обсуждаются с 2008 года (если не с 1997-го), но пока не нашли практической реализации. Сложившаяся ситуация явно отражает неэффективное использование финансовых и кадровых ресурсов в правовой сфере.