Андрей Курейчик. ПИСЬМА МИНСКОМУ ДРУГУ. Письмо двадцать второе. Об аде

Пока еще люди сидят в застенках за ту «Площадь», трогать эту тему просто неприлично — и по-человечески, и с точки зрения художника…

Андрей Курейчик. Драматург, театральный критик, киносценарист, по образованию — юрист. Режиссерскую стажировку проходил во МХАТе имени Чехова под руководством народного артиста СССР Олега Табакова. Один из создателей ток-шоу «Выбор» на телеканале ОНТ. Основал Международный фестиваль современного театра «Открытый формат». Сыграл роли в фильмах «Дунечка» и «Партизанская мистерия» (2003). Его пьесы неоднократно становились победителями белорусских и международных конкурсов и фестивалей. Общий сбор в прокате фильмов, созданных по его сценариям, составил 62 млн. долларов. Член Республиканского общественного совета по делам культуры и искусства при Совете министров.


Владимир Петрович, в какое время мы живем!

Я не люблю зиму. Дни для меня слишком коротки, а холод нестерпим. Я представляю, насколько тяжело в эти морозные ночи снимать кино. Как не чувствуешь пальцев, которые сжимают пластиковый стаканчик с горячим чаем, а лицо словно покрыто ледяной коркой. Как не заводятся на морозе машины. Как не греют толстые куртки и шарфы. Я представляю, что такое огромная злющая непрофессиональная массовка, галдящая, почти неуправляемая полупьяная толпа, которая должна за «отработки» и «булочки» выполнить съемочные задачи. Как медленно на морозном ветру тянется время на перестановке света или настройке камеры…

Мне жаль группу, которая снимает фильм «Авель». Они ни в чем не виноваты. Им сказали «снимаем без флагов» — художники убрали флаги. Сказали, что толпа должна скандировать «против» и «что-то не так», и второй режиссер и ассистенты уговорили толпу кричать это. Они профессионалы. Им сейчас тяжелее всего, потому что они понимают, что снимают мертвое, никому не нужное, уже похороненное кино.

Мне жаль актеров, которым сейчас неудобно признаваться, что они участвуют в этом фильме. Они стыдятся этой работы, но снимаются, получая 150-200 долларов в день, в то время как «голливудские звезды» получат сотни тысяч долларов за несколько дней. И это будет большая несправедливость.

Политические запреты, задержания людей, наезды на журналистов «тихорями» сделали кино «Авель» «нерукопожатным» и закрыли ему дорогу на приличные фестивали.

Отсутствие медийных русских актеров лишает фильм российского проката. А Эрик Робертс давно уже не «звезда» того уровня, которая может обеспечить прокат международный. Плюс то, что спонсором фильма фактически является администрация Лукашенко, не добавляет ему привлекательности на международной арене.

Никаких иллюзий в отношении возможностей фестивального или коммерческого проката тут быть не должно. Ничего этого не будет.

Ситуацию усугубляет то, что и для режиссера, и для сценариста, и для оператора, и для продюсеров — это первый самостоятельный полнометражный фильм. Каждому по своей профессии в большом кино предъявить нечего, никакого художественного «бэкграунда» или авторитета у них в этой области нет («коротышки», клипы и «документалки» — все-таки из другой песочницы).

Остается белорусский рынок — девять с половиной миллионов потенциальных зрителей. Главные идеологические задачи поставлены именно на нём. Но как раз тут «Авель» на самом старте потерпел свое самое сокрушительное, окончательное поражение.

Я, признаться, Владимир Петрович, такого никогда не видел. Есть разные фильмы: хорошие, средние, плохие. Но даже у самого плохого кино найдутся любители и защитники. У любого самого дурацкого боевика, самой пошлой комедии, примитивной мелодрамки — и там есть пусть небольшое количество, но положительных отзывов.

Про «Авеля» в последнюю неделю написано около сотни статей и сделаны несколько тысяч комментариев под статьями и в социальных сетях. Я был шокирован, но я не встретил НИ ОДНОГО ПОЛОЖИТЕЛЬНОГО! Вообще — НИ ОДНОГО! Не верите? Убедитесь сами. Откройте любую статью на любом сайте, любую социальную сеть и почитайте.

Негативный рейтинг этого проекта — 100%.

Никому не понравился сюжет, тема, герои, тот угол, под которым показывают реальные события. Вот такая «дремучесть сознания белорусского народа», по выражению продюсера «Авеля» Юрия Игруши (правда, Юрий забыл, что за счет этого народа они и снимают этот фильм).

Люди не хотят это кино. Оно обречено на презрение и порицание. Люди заранее его возненавидели. Сюжет «Авеля» вызвал бурю негативных эмоций: от жестокого высмеивания до откровенного возмущения и проклятий. Никому он не понравился. И других эмоций уже не будет, если даже создатели полностью поменяют фабулу.

Если не людям, то кому «Авель» должен понравиться?

Свой ответ дает режиссер-постановщик Девиталь-Васильков. Цитирую интересный диалог, опубликованный в «Новой газете»

«— А если бы вы встретились с Лукашенко, что бы вы ему сказали? — спросил я.

— Я бы пожал ему руку за все, что он делает! — ответил Девиталь.

— А не боитесь, что ему не понравится ваше кино?

— Я сделаю так, чтобы ему понравилось!».

Вот и ответ. Из девяти с половиной миллионов зрителей вся группа и режиссер заинтересованы только в одном зрителе, в чем искренне и признаются. И тут не важны ни фестивальная судьба, ни коммерческий прокат, ни то, что это кино отвергают все остальные зрители. Это не для них. Это для НЕГО.

Смущает волна лжи и лицемерия, которая исходит от продюсеров «Авеля»:

проект не имеет политической коннотации и не о реальных событиях — ложь,

проект имеет чисто коммерческий характер — ложь,

взрыв микроавтобуса у Дома правительства — это часть съемок — ложь,

Девиталь-Васильков — это известный голливудский режиссер — ложь,

сцены взрыва метро — это о героизме МЧС — ложь,

массовка пришла сниматься добровольно — ложь,

сценарий, опубликованный в интернете, ненастоящий — ложь.

Зачем лгать?

Зачем лгать, что были «коктейли Молотова» и «арматуры»? Безликая пьяная толпа? Зачем? Это — ложь.

Неужели для всех здравомыслящих людей непонятно, что пока еще люди сидят в застенках за ту «Площадь», как Статкевич, пока на людях «висят» какие-то «условно-досрочные» сроки, как на Некляеве, Санникове, Халип, Дмитриеве и десятках других людей, пока множество людей скрывается за границей от этих обвинений — трогать тему «Площади» просто НЕПРИЛИЧНО? И по-человечески, и с точки зрения художников — НЕ-ПРИ-ЛИЧ-НО. Даже ради «самого любимого зрителя».

Теперь о сценарии, который был обнародован «Хартией’97»

Во-первых, выяснилось, что сценарий подлинный, и это признал продюсер фильма Юрий Игруша. 

Очевидно, чтобы сохранить лицо, создателям фильма придется в пожарном порядке что-то в этом сценарии менять. Есть надежда, что самые одиозные моменты из него уйдут. И в этом будет целиком заслуга не продюсеров, не Минкульта, не каскадера Девиталя-Василькова, а общественности, которая возмутилась такой откровенной глупости и профанации. Это фокус-группа, которой придется поверить.

Для меня как для сценариста и педагога, который уже много лет преподает теорию кинодраматургии, было ясно, что сценарий написан человеком без какого-либо опыта в серьезном кино. Это ученическая работа, когда в студенческой голове смешиваются сцены и идеи из разных голливудских фильмов, идеологические моралите и банальности, а реально сказать — нечего.

Каждая такая линия по отдельности уже была много раз представлена в кино: старинные тайные общества в «Коде да Винчи» и «Особо опасен», государственные заговоры на фоне исторических событий — «Джей Эф Кей», «Падение Олимпа», история братьев — «Легенды осени», кибератаки с дистанционным управлением — «Крепкий орешек 4» и так далее.

Количество прямых заимствований говорит о том, что своего личного художественного высказывания у сценариста нет. А есть набор американских штампов, неловко натянутых на реальные события и символы, которые в Беларуси требуют особой идеологической оценки — выборы 2010 года, «революции» в Ливии и Тунисе, взрывы в метро, хоккейные баталии, достижения автопромышленности, Национальная библиотека и, конечно, будни доблестной госбезопасности.

Все эти штампы, реальные события и официозные рекламные символы, в принципе, любопытные по отдельности, в «Авеле» образуют жуткое месиво, ну, как если смешать селедку с чизкейком, салом, икрой, арбузом, курятиной, сырыми яйцами, сгущенным молоком и конским навозом. Так делают с объедками, чтобы сгрудить их в корыто и покормить свиней. Но белорусы — не свиньи.

Эти «объедки» образуют шизофренический, полный паранояльной конспиралогии страх вечного заговора. Люди не хотят жить в таком мире, который придумал Роман Макушев вместе с Владимиром Поповым.

В мире генетических убийц, мировых заговорщиков, взбесившихся «Белазов», плохой Америки, «хулиганов» и «зачинщиков» беспорядков.

В мире, где при диктатуре жить лучше, чем протестовать за свои права, и главным коллективным положительным героем является Служба безопасности президента…

В мире, где на «Белазе» — шпионы, в Службе безопасности президента — предатели, а американцы знают про взрыв в метро.

Потому что это — АД.

Это за гранью здравого смысла. Надругательство над ним. Это Михаил Леонтьев плюс Аркадий Мамонтов, плюс Дмитрий Киселев, умноженные на Гигина, Кургиняна, журнал «Планету» и «Панораму» в кубе, но в псевдо-голливудских штампах с табором никому не известных иностранных дублеров-каскадеров. Это не соответствует нашему жизненному опыту, нашим представлениям о прекрасном, логичном, правильном. Не соответствует тому, что мы своими глазами наблюдали 19 декабря 2010 года.

И уж точно не соответствует нашим ожиданиям от словосочетания «национальное белорусское кино».

P.S. Что удивительно, заказчик и собственник фильма — Министерство культуры Республики Беларусь — молчит. Выступают Жданович, Игруша, Девиталь. Министерству сказать нечего. Мне кажется, Борис Светлов очень сожалеет о совершенной ошибке. Может быть, даже ему стыдно. Глядя на все это, он как никто понимает, что с национальным кинематографом ЧТО-ТО НЕ ТАК…

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».