Александр Адамянц. ПОЛЕМИКА. Что происходит в ЕГУ?

ЕГУ приближается к точке невозврата, достижение которой будет означать катастрофу университета, пусть и растянутую на два или три года...

Александр Адамянц

Александр Адамянц. 1973 года рождения. В 2002 году окончил факультет философии ЕГУ. С 2002 до закрытия университета в 2004 году — аспирант ЕГУ. Основатель и главный редактор интернет-журнала «Новая Европа». Директор Центра европейских исследований


Интервью Дариуса Удриса, проректора по коммуникации и развитию ЕГУ,

опубликованное на сайте Naviny.by, поражает цинизмом. Господин Удрис не только не дает себе труда найти более или менее убедительные аргументы или, на худой конец, риторические фигуры, чтобы обосновать решение об увольнении главы сената университета Павла Терешковича, но и отказывается отвечать на прямые вопросы журналиста. Я не могу отделаться от мысли, что это высокомерие и презрение, которым он обдает сообщество ЕГУ, он никогда бы не позволил себе демонстрировать у себя дома, в США, с ее славной двухсотлетней демократической традицией.

Два вопроса журналиста и лаконичные ответы на них проректора ЕГУ, которым позавидовал бы сам спартанский царь Леонид, заслуживают того, чтобы привести их здесь полностью:

Журналист: Я уверен, что вы сможете прокомментировать следующий вопрос. Павел Терешкович был уволен в соответствии с литовским законодательством?

Д. Удрис: Абсолютно.

Журналист: По нашим сведениям, в соответствии с литовским трудовым законодательством, работник должен быть предупрежден об увольнении за два месяца до этого. Терешкович говорит, что его не предупредили. Вы по-прежнему настаиваете, что он был уволен в соответствии с законом?

Д. Удрис: Да.

Это интервью должно окончательно развеять остатки сомнений у тех, кто в силу недостаточной информированности, либо по иной причине питал иллюзии в отношении сути конфликта преподавателей и администрации ЕГУ. Совершенно очевидно, что увольнение главы недавно избранного сената не просто противоречит литовскому трудовому законодательству, чего господин Удрис не скрывает, но имеет несомненную политическую подоплеку.

Очевидно, что проректор по коммуникации выражает не частное мнение, но озвучивает официальную позицию руководства. Его задача донести до всех заинтересованных сторон следующий мессидж: никаких компромиссов не будет, любой, кто не смирится с волей руководства, будет немедленно уволен.

Насколько господину Удрису безразлична судьба ЕГУ как университета, демонстрирует его готовность без сожаления расстаться не просто с лучшими преподавателями, но членами демократически избранного сената. Его не пугают ни репутационные потери, ни перспектива разрушить «уникальную педагогическую атмосферу» университета, которая больше волнует белорусского журналиста, чем проректора университета.

Более того, он позволяет себе и вполне лживые утверждения, говоря о «небольшой группе преподавателей», которые, по его словам, «пользуются ситуацией в своих интересах, с тем, чтобы добиваться своих целей и продвигать свое видение развития университета». Уверен, что проректор по коммуникации как никто другой осведомлен о том, что 12 из 15 избранных членов сената составляют сторонники платформы «За новый ЕГУ», и поддержаны чуть более 80% преподавателей и сотрудников университета. То есть сенат ЕГУ имеет мандат подавляющей части университетского сообщества, которое поддержало альтернативную программу реформ.

Лояльность вместо меритократии

В 1992 году ЕГУ был основан нынешним бессменным ректором Анатолием Михайловым вместе с группой единомышленников в качестве альтернативы высшей системе образования, доставшейся независимой Беларуси от СССР. ЕГУ действительно удалось стать уникальным учебным заведением, ориентирующимся на западные научные и образовательные стандарты, с продуктивной атмосферой свободного общения студентов и преподавателей, совместного научного поиска и открытия новых горизонтов. Конечно, в ЕГУ всегда хватало проблем и трудностей, как внешнего политического характера, так и внутренних, связанных и с ростом институции, и с тем, что Ницше именовал «человеческим, слишком человеческим». Однако, все эти многочисленные проблемы компенсировались одним решающим обстоятельством, которое и сделал университет тем, чем он стал. Это — принцип меритократии. Согласно этому принципу, главным критерием формирования преподавательского состава ЕГУ всегда были профессионализм, академическая и научная состоятельность, а также тесно связанные с ними ценности и принципы.

Это создавало и пока еще создает ту самую уникальную атмосферу университета, которой по праву гордятся и преподаватели, и студенты.

Продуктивная научная и образовательная деятельность невозможна без преданности своему делу, интеллектуальной честности, критического мышления, гражданской позиции. Именно эти качества не позволяют преподавателям ЕГУ пассивно наблюдать, как попираются законы, нарушаются академические свободы, уничтожается все то, что создавалось много лет совместными усилиями.

Было бы лицемерием полагать, что уважающие себя люди, профессионалы своего дела смирятся с тем, что принцип меритократии будет заменен принципом лояльности, как того добивается руководство.

Реформа, объявленная администрацией ЕГУ и ставшая лишь спусковым крючком нынешнего кризиса (причины накапливались годами), ставит целью селекцию преподавателей по принципу лояльности. Именно поэтому сенат ЕГУ в нарушение устава был отстранен от участия в реформе, а глава сената уволен самым вопиющим образом. Именно поэтому на ключевые руководящие должности назначаются люди с другого конца света, для которых Беларусь — не более чем курьез на политической карте мира, с туземным населением которой можно обращаться с заносчивой брезгливостью «белого человека».

Бремя «белого человека»

В марте в должность провоста (то есть первого проректора, должность, которая не предусмотрена уставом университета) вступает еще один сын американского народа Дэвид Поллик —личность примечательная и даже знаменитая. Дэвид Поллик славен не только тем, что входит в тройку самых высокооплачиваемых президентов колледжей США по рейтингу Forbes, но и тем, что, занимая должность президента Birmingham-Southern College, поставил свой университет на грань банкротства. За что и был отправлен в отставку.

Здесь возникает два взаимосвязанных вопроса. Первый — почему господин Поллик, учитывая масштаб его доходов и статус в системе образования США, польстился на работу в таком крошечном по американским меркам университете, как ЕГУ, особенно если учесть, что для него это очевидное понижение статуса и (возможно) уровня заработка? Я почти не сомневаюсь, что свежеиспеченный провост о ЕГУ впервые узнал из соответствующего объявления о вакансии. Не исключено, что и о существовании государства Беларусь он прежде также не догадывался.

Второй — касается мотивов руководства ЕГУ, нанявшего человека с серьезно испорченной репутацией. Последнее обстоятельство дает ответ на первый вопрос. Именно проблема с репутацией у себя на родине, по всей видимости, вынудила господина Поллика согласиться на работу, которая не открывает ему никаких особых карьерных перспектив, но все же в какой-то мере отвечает его профессиональным интересам. Ведь дорога на руководящие должности в американских университетах ему закрыта надолго, если не навсегда.

Что касается второго вопроса, то ответ на него нужно искать в той позиции тотальной конфронтации, которую руководство университета избрало по отношению к подавляющей части преподавателей. Если целью администрации является обуздание несогласных и изгнание принципиальных, то легче всего это сделать руками человека, не связанного узами солидарности с коллегами, а значит избавленного от мук морального выбора и чувства вины.

Кроме того, такой человек, с одной стороны, полностью обязан своим трудоустройством ректору, и, следовательно, отвечает условию лояльности, с другой — не имеет ни малейшего представления о той ситуации, в которой очутился, и поэтому легко манипулируем. Особенно, если учесть, что ни русским, ни белорусским языком господин Поллик не владеет, и основным источником информации и оценок будет сам ректор и его тщательно подобранные заместители.

Есть ли у ЕГУ будущее?

Мне трудно описать то, что в настоящее время происходит в ЕГУ, иначе, чем при помощи выражения «ломать через колено». Мы сейчас наблюдаем процесс такого ломания через колено того уникального преподавательского коллектива, который многие годы складывался в университете, и которому студенты обязаны упомянутой выше уникальной образовательной атмосферой.

Если преподавателям не удастся отстоять себя, свои права и свободы, защитить свое достоинство и остаться верными самому себе, то для ЕГУ это обернется катастрофическими последствиями. Лучшие преподаватели покинут университет. Кто-то по своей воле в знак протеста и солидарности с коллегами, а кто-то будет изгнан по воле руководства. Те, кто останется — смирятся. Но при таком исходе из ЕГУ исчезнет тот особый элемент, который делал его непохожим на всю массу постсоветских вузов. Свежий воздух академических свобод сменится спертой атмосферой послушания.

Чему смогут научить сломленные преподаватели, какой опыт будут передавать студентам — опыту поражения, смирения и нечистой совести, которая в промышленных масштабах производится в белорусской системе образования и которая будет теперь производиться в ЕГУ.

Пойдут ли учиться в такой университет белорусские студенты, ищущие альтернативу государственному образованию, вопрос риторический. ЕГУ утратит то, что всегда отличало его от других университетов, то, что давало надежду и открывало возможности другой Беларуси.

Ханна Арендт писала о том, что хотя тоталитаризм побежден, но всем нам всегда следует помнить, что соблазн тоталитарных решений до сих пор продолжает искушать. Очень хотелось бы надеяться, что руководство ЕГУ найдет в себе мудрость и волю не поддаться этому искушению.

ЕГУ приближается к точке невозврата, достижение которой будет означать катастрофу университета, пусть и растянутую на два или три года. Мне дорог мой университет, и очень хотелось бы верить, что все еще остается возможность свернуть с этого гибельного пути, что еще не поздно изменить ход вещей.

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».