Дмитрий Растаев. В РИФМЕ ВРЕМЕНИ. Бюстик и тошнота

Век диктаторов сравнительно короткий./Относительно истории — до грусти./Час придёт, и эта лысина на фотке/тоже станет пустяком...

Что дарят обычно мужчинам на праздники? Дезики, пену для бритья, одеколон «Саша», оранжевые носки… «Я подарю тебе нечто особенное», — пообещала мне знакомая девушка. Через несколько дней у меня на столе появился бюстик Мао Цзэдуна.

Помня, что на днях Беларусь вышла в мировые лидеры по потреблению алкоголя, к заявленным ВОЗ 17,5 литрам на душу населения я добавил 0,7 литра на свою личную душу, поставил перед собой бюстик — и призадумался.

Лукашенко одного мне было мало,
мало было одного мне водолея —
мне прислали из Китая бюстик Мао,
либеральных моих жилок не жалея.

Ладно, ладно, не совсем из Поднебесной —
это было бы совсем уже жестоко —
бюстик Мао мне прислали, если честно,
из сопутственного ей Владивостока.

Бюстик Мао на столе, конечно, круто,
только что о нём подумают другие?
Что на это скажет друже мой Федута?
У Федуты на тиранов аллергия.

Как посмотрят на диктаторские цацки,
целя взор в демократические выси,
уважаемый мной Юрий Хащеватский
и не менее любимый Юрий Зиссер?

Я разжился сторублёвочкой ажурной,
в винно-водочный сходил благоговейно,
и в преддверье революции культурной
взял бутылку семиструнного портвейна.

Лукашенко одного мне было мало,
даже если плюсовать его потомство.
Двое в комнате сегодня — я и Мао.
Ну, давай, товарищ Мао, за знакомство!

Мне не то, что не с кем выпить, перестаньте —
пить захочешь, так накатишь и с гвоздями.
Это Путину скучается без Ганди —
нам, поэтам, что без Ганди, что с Гандями.

И не то, чтобы я гнал de dolo malo* —
се души моей безрадостное соло.
Лукашенко одного мне было мало —
надоел уже как утро без рассола!

Задолбало жить в онлайне как на фронте.
Вижу контуры грядущего в окошке:
расцветают сто цветов на горизонте,
и мышей идут ловить цветные кошки.

Дикий снайпер никогда не мажет дважды,
и Майданы обретают форму клина...
Не скажу, как это будет, но однажды
мы дождёмся своего Дэн Сяопина.

Тяньаньмэнь уже прошли мы, нам не страшно -
просто тошно (оттого мы и бухаем).
Минск — подобие Пхеньяна, но однажды
он очнётся предприимчивым Шанхаем.

ВОЗ недаром нас воспел победным ладом
по накату водки, «бырлика» и пива —
тошно, братцы, жить с диктаторами рядом!
Но решаема и эта перспектива.

Нам пока далековато до Нью-Йорка,
хоть ты десять тут забацай революций,
но у каждого своя под небом горка,
как сказал бы проницательный Конфуций.

Век диктаторов сравнительно короткий.
Относительно истории — до грусти.
Час придёт, и эта лысина на фотке
тоже станет пустяком. Как этот бюстик.

*De dolo malo (лат.) — по злому умыслу

Дмитрий РастаевДмитрий Растаев. Поэт, журналист, бард. Учился в Литературном институте, работал на киностудии «Союзмультфильм», участвовал в фестивалях авторской песни. С виду — стоический скептик, в душе — иронический лирик. Главным помощником в жизни считает улыбку. Убежден, что всё лучшее — впереди. 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».