Алла Бобкова. ПОЛЕМИКА. Белорусское кино: было, будет ли?

Проекты с агитационными внушениями быстро теряют актуальность...

Продолжение. Читайте ранее — Последнее двадцатилетие — потерянное время для белорусского кинематографа. Документалистика погибает, но не сдается.

Про каинитов и авелитов

Алла Бобкова

Алла Бобкова. Независимый кинокритик, журналист. Соорганизатор проекта «Молодежная киношкола-конкурс». Публикуется в России, Беларуси и Польше.

Что такое американская мечта, известно по голливудской продукции — в одних случаях качественной, в других примитивной. Материализацию белорусской мечты с участием голливудцев из СНГ было обещано представить зрителям почти полгода назад в виде проекта «Мы, братья» («Авель»). Але крыкi “ура!” і каптуры ў паветры пакуль што адкладаюцца на восеньскі перыяд.

Можно было бы не ёрничать и наблюдать за событиями со стороны, если бы проект не носил статус национального, что предопределило его приоритетность для госбюджета. Цитирую официальное определение такого рода кинопродукции:

«Национальным признается фильм, отвечающий следующим условиям:

сценарий освещает события истории и культуры Республики Беларусь или отражает наиболее важные явления современности, имеющие общественную, историческую и культурную значимость;

не менее 70 процентов состава съемочной группы, создающей фильм, — граждане Республики Беларусь;

финансирование расходов по его производству осуществляется, как правило, за счет средств республиканского и (или) местных бюджетов».

Про 70 процентов состава съемочной группы ничего не могу сказать — не знаю. А вот на основе сценарного материала имею право усомниться в общественной, исторической и культурной значимости проекта. Разве что перед нашими глазами предстанут архитектурный ампир, зрелищные площадки и модерновые интерьеры нашей столицы. Но это фон.

Что касается содержания, то как бы не уверял публику господин продюсер — мол, фильм имеет исключительно коммерческую направленность — драматургическая структура картины включает пропагандистскую составляющую. Иначе зачем власти финансировать коммерческий проект, если он не проповедует ее установок. Только маскируется всё под голливудские стереотипы да под общемировые проблемы и ценности. Точнее, намерение слиться с ними.

В общих чертах суть такова: многие каиниты (потомки Каина), расплодившиеся по миру, не дают себе отчета в том, что они — убийцы. Один из братьев, вышедших с протестной массой на Площадь, и есть каинит. Опасность перед всемирным Злом, перед терроризмом и опасность перед Площадью по замыслу должны остаться в зрительском сознании — они идентичны.

Злодеям разной национальности противостоят авелиты (потомки Авеля, убитого Каином). Их миссия — обнаружить каинитов и обезопасить мир. Гражданка США, которую воплощает американская актриса, понадобилась как раз для этой миссии. Супермайор с белорусской пропиской, брат каинита — это стереотип славного («хорошего») полицейского, если вспомнить голливудские клише. (В сценарии он зафиксирован как майор Службы безопасности президента, жертвенно совершающий подвиги.)

Проекты с агитационными внушениями быстро теряют актуальность. Не исключаю, что и в прокатном, и в телевизионном вариантах будут сделаны существенные коррективы в связи с негативной реакцией минчан «на Плошчу», которую снимали в Минске. Вероятно, что-то будет замаскировано флэшбэками, что-то заштрихуют динамика действия и зрелищные погони. Не исключаю также, что с готового фильма будет снят гриф «национальный».

«Такого вы еще не видели», — несколько раз повторял в прессе продюсер проекта Сергей Жданович. И правда не видели. Бульбяный фастфуд по голливудской рецептуре и в ее упаковке — пища, надо полагать, манящая с точки зрения масскульта.

После появления фильма посмотрим, на сколько процентов он отражает общественную, историческую и культурную значимость.

Што будзе з нацыянальным кіно?

Нядаўна прачытала інтэрв’ю з мастаком, пісьменнікам, выдаўцом Артурам Клінавым — адной з прыкметных фігур сучаснай паралельнай культуры. Ён разважае аб псіхалагічным вопыце беларуса, аб яго групавой і індывідуальнай псіхалогіі выжывання, аб тым, чаму суайчыннікі такія, якія ёсць. Сярод яго думак, напрыклад, такія:

«Пачатак камунікацыі паміж лакальнымі групамі — гэта добрая тэндэнцыя. Але ў гэтай краіне ничога хутка не адбываецца. Мала таго, што партызанская, дык яшчэ жывем на балоце. Гэта мэтафізыка балота. На ім усё запаволена. Чпок — і захрас. Зрабіў адзін крок, і той даецца з вялікім намаганнем».

Звяртаюся да яго асобы таму, што надзеі на нацыянальнае кіно высокага гатунку зніклі. У дзяржавы ёсць імкненне зрабіць скок у глабалізаваную кінаіндустрыю з каінітамі і авелітамі, а да сваіх вытокаў так і не дабраліся.

Артур Клінаў як філосаф-аптыміст верыць. Верыць, што сцэнар яго містычнага трылера “Шляхціц Завальня”, адстаўленага чатыры гады таму, некалі ажыцявіцца.

«Рана ці позна, думаю, будзе, але ў бліжэйшай перспектыве — не. На паліцу яго паклалі, бо занадта палітызаваны. Каму спадабаецца, што беларус забіў расійскага імператара Аляксандра?(Аляксандра II. — А.Б.) Ды і грошай на кіно ў дзяржавы зараз няма. Але я спакойны, бо добры сцэнар рана ці позна будзе рэалізаваны. Могуць гадоў праз 20 успомніць і паставіць».

Сцэнар цудоўны, з моцным відовішчным патэнцыялам. Калі яго чытала, то думала: дык вось жа яна чакаемая, ідучая з фальклорных глыбінь нацыянальная ментальнасць і незацыклены погляд на лёс народа ў гістарычным ракурсу.

Катавасія са сцэнаром, які павінен быў ажыццявіць Андрэй Кудзіненка, апісаны ў апошнім рамане Артура Клінава “Шклатара”. Яго арганічнай часткай зрабіўся і адаптаваны для літаратурнага твору сцэнар “Шляхціца Завальні”, які з’яўляецца аўтарскай інтэпрэтацыяй паданняў беларускага класіка Яна Баршчэўскага — з даданнем гістарычных рэалій другой паловы XIX ст.

Спадзяюся, дачакаецца свайго часу і трапіць у таленавітыя рэжысёрскія рукі “Анёл-ахоўнік” — мабыць, самая галоўная задума Міхаіла Пташука, якая не здейснілася (гэта сцэнар пра трагічныя перыпетыі, што адбываліся на тэрыторыі Заходняй Беларусі ў 1943-1950 гадах).

Падзеямі маглі б зрабіцца тэлевізійныя серыялы “Каласы пад сярпом тваім” паводле Уладзіміра Караткевіча (сцэнар Аляксандра Качана) і “Забраны край” Алены Калюновай (аб жыцці і лёсе Янкі Купалы і яго выдатных сучаснікаў).

Час працуе на сапраўдныя каштоўнасці, сацыяльныя чаканні гледачоў звязаны з жаданнем даведацца пра тое, што адбывалася з суайчыннікамі і што адбываецца з імі цяпер у кінатворах добрага густу, а не імітацыйных.

Беларускае кіно так стамілася ад чпок і захраслі!

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».