Лукашенко сыграл с Москвой против правил

Лукашенко впервые публично признал, что независимость Южной Осетии и Абхазии — это предмет торга, вопрос цены. И что цену называет Кремль...

Публично признавая право Беларуси на самоопределение в вопросе признания независимости Южной Осетии и Абхазии, Россия кулуарно использует экономические факторы для давления на Минск по этому непростому вопросу. И, судя по всему, давит с каждым днем все сильнее.

Александр ЛукашенкоВероятно, причиной резко негативного выброса эмоциональных заявлений со стороны белорусского руководства в том числе стала и принципиальность Москвы по вопросу кавказских республик, а не только резкие комментарии Кудрина о плачевном экономическом положении Беларуси. Хотя второе, безусловно, самым тесным образом связано с первым, подтверждением чему может служить интервью Александра Лукашенко ряду российских СМИ, которое президент дал 1 июня, через три дня после скандального заседания союзного Совмина.

«Мне все руководители России говорят: это не имеет никакого отношения. Ну, признаете — хорошо, не признаете — ладно. Но я же знаю, чего ждут от Беларуси! — подчеркнул Александр Лукашенко. — Во-первых, конечно, для России это не вопрос. Ну признаем — не признаем, сейчас, завтра, послезавтра. По сравнению с тем, что происходит вокруг Беларуси, это не главное. Но мы понимаем, что да, России не лишним было бы это признание».

«Кстати, когда мы в рамках СНГ собрались, все сказали Медведеву: «Нет, у нас свои проблемы». И я последним тогда выступал и говорю: «Если вы не хотите признать, не ищите мотивацию под столом. Просто не хотите, боитесь и так далее. А почему нам не поддержать? Это же единственный наш союзник, мы от него много хотим и так далее». Спросите у Медведева, задайте ему вопрос о моей позиции. И я российскому руководству сказал, как мы решим эту проблему. У них больше вопросов не было. Но тем не менее... Уже дошло до того, что приехали, сказали: будет Осетия и Абхазия — значит, будет 500 млн. долларов», — рассказал Александр Лукашенко.

Пока, как помним, вопрос о выделении 500-миллионного кредитного транша опять отложен на неопределенное время. Теперь становится понятно почему.

В данном случае, как кажется, опасения о скорой неплатежеспособности Беларуси Москвой были использованы, как ширма. Тем более что и правительство нашей страны и отечественные независимые эксперты с негативными оценками Кудрина не согласились — определенный запас прочности у Беларуси пока есть. Для России, уже безвозмездно вбухавшей в Беларусь не один десяток миллиардов долларов, проблема заключается, как видится, не в деньгах. Вопрос в том, что она за эти деньги хочет купить.

А этот вопрос, судя по всему, несколько шире и не ограничивается лишь желанием дожать официальный Минск в вопросе признания кавказских республик.

«Южную Осетию и Абхазию никто не признал и уже не признает. На это нет ни малейшего шанса. Здесь Кремль для себя уже поставил точку. И постановку этого вопроса перед Беларусью можно рассматривать лишь в контексте отношений Минска с Западом. Как только Беларусь признает Южную Осетию и Абхазию, она моментально осложнит отношения с Европой», — считает московский политолог Леонид Радзиховский.

Схожую мысль высказывает и белорусский политолог Андрей Федоров.

«Трудно поверить, будто в Москве не понимают, что даже если белорусские власти и пойдут, в конце концов, на такой шаг, то для мятежных грузинских провинций, по большому счету, ничего не изменится. Никакой международной легитимности им это не добавит — Беларусь, увы, все-таки не то государство, которое может заметно повлиять на международное мнение, тем более по такой неоднозначной с юридической точки зрения проблеме, — считает эксперт. — Так что более или менее резонным выглядит лишь предположение, что в гораздо большей степени данное признание необходимо Москве для того, чтобы возвратить Беларусь к ее прежней внешней политике, практически полностью ориентированной на восток».

Тревогу Москвы поворотом Минска в сторону Запада усилило и вхождение Беларуси в политику «Восточного партнерства», в которой, как говорит Андрей Федоров, российская элита видит «недопустимую попытку ЕС тихой сапой прибрать к рукам территорию, которую она с искренней убежденностью считает своей «канонической».

Как считает Леонид Радзиховский, Кремль поставил перед Беларусью вопрос ребром: «Либо вы играете по правилам Евросоюза, либо вы играете по правилам против Евросоюза. Вот и выбирайте, господин Лукашенко».

Но при этом, отмечает московский политолог, у Москвы не осталось никаких способов воздействия на Беларусь, кроме экономического: «О военном факторе говорить абсурдно. Политических методов воздействия тоже нет никаких — поддерживать белорусскую оппозицию Россия не будет, так как ваша оппозиция всегда будет прозападной. Ничего Россия с Беларусью сделать не может, кроме одного — не давать денег или поднимать цены на газ».

Однако газовый фактор, по мнению Леонида Радзиховского, можно сразу же исключить. «Поднять цены на газ для Беларуси — это значит спровоцировать еще одну газовую войну. Добавьте сюда возможные новые проблемы с Украиной и получим катастрофу для «Газпрома». Россия на это не пойдет, по крайней мере до тех пор, пока не заработают газопроводы в обход Беларуси».

«Остается только кнут — не давать денег, — говорит Леонид Радзиховский. — И этот прием Россия уже провела, затянув выделение 500 млн. долларов».

«Такие деньги, ерундовые для России, но важные для Беларуси, даже при нынешней препаршивейшей экономической ситуации в мире, Минск легко мог бы выдурить на Западе, который выбрасывает гораздо большие суммы в «черные дыры» некоторых стран третьего мира. А если бы Лукашенко твердо решил, что он идет на Запад, то получил бы и гораздо больше, — говорит Леонид Радзиховский. — Но он на это не пойдет, так как сразу же всплывут вопросы будущего его власти. А сохранить свой режим Лукашенко может только на балансе между Россией и Западом».

В общем, резюмирует политолог, ситуация сложилась тупиковая. «Веревка отношений Минска и Москвы постоянно натягивается до предела, но порваться не может. И так будет до тех пор, пока у власти будет находиться Лукашенко, или пока не изменится сам Лукашенко. А Лукашенко не изменится. Вечный пат».

При этом Леонид Радзиховский обращает внимание на один любопытный аспект. Лукашенко впервые публично признал, что независимость Южной Осетии и Абхазии — это предмет торга, вопрос цены. И что цену называет Кремль. «Если после этого Минск признает кавказские республики, то в грязи измажутся все — и Беларусь, и Россия. И никто от этого не выиграет», — отмечает эксперт.

«Есть вещи, которые все знают, но о которых никто не говорит. Таковы правила политики. А Лукашенко взял и сказал, пошел против правил. И этот ход вполне можно назвать сильным», — считает Леонид Радзиховский.