Выборы в Германии: нам бы ваша «скука»

В целом же здесь, в Германии, я убедился, что ожидания белорусской общественности относительно «Восточного партнерства» преувеличенны…

 

«Ангела Меркель останется канцлером, так что эти выборы — довольно скучные». Так сказал коллега из «Шпигеля», когда мы беседовали за чашкой кофе на верхнем этаже их шикарного офиса в Гамбурге. Коллега не видел выборов в Беларуси.

Да, нынешнюю парламентскую кампанию в Германии здешние комментаторы считают довольно вялой, а результаты — достаточно предсказуемыми. Почти 100%, что канцлером останется Ангела Меркель. Аналитики гадают, с какой партией войдет в коалицию ее Христианско-демократический союз — снова с социал-демократами или же с либералами.

Какое это может иметь значение для Беларуси? Разве что косвенное. В первом случае министром иностранных дел останется социал-демократ Франк-Вальтер Штайнмайер. СДПГ традиционно ориентирована на хорошие отношения с Москвой. А вот если внешнеполитическое ведомство возглавит либерал Гидо Вестервелле, то российское руководство может услышать и нелицеприятные вещи насчет состояния демократии и гражданских свобод в своей стране. Соответственно, можно ожидать, что «Восточному партнерству», так раздражающему Москву (мол, ЕС влезает в зону наших стратегических интересов), Берлин осмелится придать некий импульс.

В целом же здесь, в Германии, я убедился, что ожидания белорусской общественности относительно «Восточного партнерства» преувеличенны. Об этой программе ЕС достаточно общо и туманно высказывались даже в фонде «Наука и политика». Между тем разработками этого аналитического центра (второе название — Германский институт международной политики и безопасности) пользуются бундестаг и федеральное правительство. Неофициально из уст одного эксперта прозвучало: мол, «Восточное партнерство» разрабатывалось до кризиса, теперь же возможности ЕС гораздо скромнее…

Да, ЕС глубоко погружен в свои внутренние проблемы: кризис, безработица, иммигранты, Лиссабонский договор и т.д. О хлебе насущном дебатируют и кандидаты в депутаты бундестага. Если же они и бросают взгляд за пределы ЕС, то упоминают отнюдь не «последнюю диктатуру Европы», а Афганистан. Впрочем, хотя нахождение там бундесвера не по нраву большинству немцев, за вывод войск из горячей точки — только Linke, партия левых. Остальные ставят на первый план союзнический долг и принципы евроатлантической солидарности.

Если левые в пятницу устроили свой заключительный митинг на берлинской Александерплац, и прокричать им слова поддержки мог любой желающий (кое-кто стоял с пивом), то на финальное предвыборное мероприятие ХДС в субботу можно было попасть только по пригласительным. В столичном концертном зале «Арена» автор этих строк стал свидетелем яркого в смысле атрибутики политического шоу в несколько американизированном стиле.

В Германии, как и у нас, мало кто читает партийные программы. Так что надо броско пиариться. С Ангелой Меркель на сцене работали два телеведущих. Госпожа канцлер первым делом пожаловалась, что жутко устала («капут»!) после перелета с саммита двадцатки из Питсбурга. И лишь после шуточек, «разогрева», в котором участвовала еще и какая-то громогласная рок-группа, прозвучала программная речь.

Ее спокойная, даже убаюкивающая тональность контрастировала с эмоциональным, резким выступлением Штайнмайера накануне на социал-демократическом митинге у столичных Бранденбургских ворот. Ему имиджмейкеры явно подсказали: больше драйва, герр Штайнмайер! Меркель же, у которой рейтинг намного выше, ассоциируется у немцев с предсказуемостью, стабильностью, умением находить золотую середину в политических решениях.

Стабильность — знакомый лозунг, не правда ли? Но в Германии, стране мощной рыночной экономики и четко работающих демократических механизмов, это понятие наполнено совсем иным содержанием. Там — напряженное, динамическое равновесие. Политики без всяких дураков борются за голоса. А бюргеры уверены, что каждый голос считается честно.

Вчера чиновники германского МВД, с которыми мы беседовали об организации выборов, никак не могли «въехать» в суть моих вопросов относительно принципов формирования участковых избирательных комиссий. Объясняли: мол, там работают волонтеры, а если их не хватает, садится кто-то из местной администрации. Никаких квот для партий (за что борется белорусская оппозиция) нет.

Но фишка в том, что немецкие партии этим отнюдь не озабочены. Вся процедура выборов настолько прозрачна, что мысль о фальсификациях даже в голову не приходит.

К слову, тут тоже многие голосуют предварительно — по почте. Но, опять же, подтасовки на этой почве не могут пригрезиться даже самым недоверчивым.

Так что «скучные выборы» в стране, где нет государственной прессы, где партии не загоняют в гетто, а, напротив, финансируют из казны, — это все же совсем другой коленкор, нежели в стране «стерильного парламента».

И, к слову, предсказуемость нынешних выборов в бундестаг, которые пройдут 27 сентября, очень даже относительна. Последний социологический опрос показал: рейтинг ХДС/ХСС упал до 33%, на два процентных пункта за неделю. По одному пункту потеряли социал-демократы и зеленые. А вот левые и либералы, напротив, слегка поднялись. Аналитики, обхватив руками голову, снова просчитывают варианты коалиций. Тут все политические расклады держатся на нюансах.

Но не буду грузить читателя здешней высшей политической математикой, явно не актуальной для белорусов. Нам бы для начала — просто нормальные выборы.

Хотя, замечу, демократия не решает всех проблем, не сулит земного рая, как это преподносят порой борцы-романтики. Перед «Ареной», где выступала Меркель, я увидел перформанс — группу людей в траурном одеянии у бутафорского гроба. Оказалось, это символические «похороны коровы». Короче, фермеры протестуют против низких закупочных цен на молоко.

Меркель, к слову, не может дать им ни обыкновенного дождя, как иные наши харизматики, ни тем более золотого дождя дотаций. Разве что замолвит словечко в Брюсселе.

Но вот какая закавыка: в Германии, где нет колхозов и селекторных совещаний, как-то очень даже неплохо с урожайностью, надоями, привесами и т.п. Кушают бюргеры хорошо. И кризис там выглядит по типу: нам бы их проблемы.

Наверное, лучше уж «похороны коровы», чем политическое кладбище.