День Воли: Колас сидит, Купала взят под стражу

Это же памятники! Какую угрозу власти несет возложение цветов?


Фото photo.bymedia.netВозложить цветы к памятникам народным поэтам в город оказался оцеплен, что вызвало недовольство и у многих не ангажированных в политику людей. «Но я сомневаюсь, что именно такие цели ставили оппозиционные политики, и вряд ли они могут извлечь прямую пользу из произошедшего», — резюмировал собеседник Naviny.by.


«Гуляшный социализм» на последнем издыхании?

Да, обыватель ворчит потому, что поезда метро вдруг перестают останавливаться на станции «Площадь Якуба Коласа», а попасть домой через привычную арку не дает цепь спецназа. Многие и не знают толком, а что это за День воли такой. Образ Белорусской Народной Республики 1918 года — первой попытки независимости — греет сердца лишь относительно узкого слоя оппозиционных патриотов.

И когда западные политики пламенно говорят о белорусском народе, стонущем под пятой диктатуры, — это, скажем прямо, патетичная натяжка. Велик пласт тех, кто без особых колебаний держится за социальный контракт: власть дает нормальную пайку, а мы не «возникаем». Для них «оппы» — чудики.

«Да, я не раз слышал: какая диктатура, меня никто не трогает! Бьют только тех, кто сопротивляется», — говорит политолог Валерий Карбалевич. Он подчеркивает специфику белорусского авторитарного режима: репрессии хоть и жестокие, но — локальные, точечные. Масса их практически не замечает.

Ломают, запугивают в первую очередь оппозиционный актив и гражданское общество. Чтобы и через пять лет побоялись выйти на площадь. Призрак уличного бунта для белорусских верхов — это ужас, летящий на крыльях ночи. Тем более — сейчас, на фоне взорвавшегося мира арабских деспотий.

Когда на площади критическая масса сплоченных гневом граждан — никакая арифметика ЦИКа не спасет. И потому сейчас потенциальных вожаков снящейся в кошмарах революции — убежденных оппонентов власти, их структуры — зачищают беспощадно. На пятилетку вперед. Чтобы с гарантией обеспечить еще одну каденцию.

Впрочем, эффект устрашения превентивно распыляется и на более широкую публику. Ведь пресловутый социальный контракт затрещал. Экономика, изнасилованная под выборы ради пятисот баксов зарплаты, сейчас жестоко мстит.

А простой народ — он и есть простой. Сегодня любит, а завтра… Сто тысяч пролетариев вышли в апреле 1991 года на площадь Ленина в Минске. Этот термоядерный социальный взрыв в самой послушной советской республике после «павловского» повышения цен стал хрестоматийным примером. Гроздья гнева созрели мгновенно, причем практически без влияния оппозиции — тогда она была только в зародыше.

Так что и обывателя надо превентивно держать в узде.

«Волнения на рынке наличной валюты могли стать дополнительным фактором для закручивания гаек», — предполагает Павлюк Быковский. Он напоминает: «гуляшный социализм» в странах советского блока и ему подобные системы «рушились, когда не могли выполнить свои обязательства перед широкими слоями населения, обеспечить тот же гуляш в каждой тарелке».

И хотя «у нас до этого не дошло, но силовики обычно считают, что лучше проявить больше бдительности», подчеркивает эксперт.

Добавим: когда гуляш кончается, силовики обычно не спасают. Потому что выходят не единицы, и не с цветочками.