Назло Европе уши отморозим?

Воевать против махины Евросоюза маленькая гордая республика может разве что проникнувшись духом камикадзе…

Находясь на западных рубежах, на Брестчине, Александр Лукашенко 23 июня бросил немало вербальных булыжников за Буг, в огород Европы, ударившей намедни экономическими санкциями.

Аналитики допускают вероятность эскалации конфликта Минска с Брюсселем, но подчеркивают: ныне белорусскому руководству крайне невыгодно увязать в войне на два фронта. И потом, драться с Европой (как и с Россией, впрочем) — себе дороже.

Блошиные укусы «козлов»

Официальный лидер заявил, что экономические санкции Евросоюза не ухудшат ситуацию в стране. Назвал их «мелкими блошиными укусами». Прозвучало еще более уничижительно, нежели в знаменитом пассаже двухмесячной давности про европейских «козлов». Теперь супостаты низведены до разряда насекомых.

Вместе с тем, Лукашенко не скрывал раздражения и обиды. Заявил, что Минск планирует подать иски по поводу санкций ЕС в международные суды. И добавил, что «если они нас будут дергать с точки зрения экономики, мы тоже найдем чем ответить. У нас немало компаний работают здесь и собственность имеют, по которым мы очень больно можем ударить».

Денис Мельянцов, аналитик Белорусского института стратегических исследований, согласен: введенные Евросоюзом точечные санкции особо не повлияют на деятельность компаний, попавших под запретительные меры.

Независимые эксперты добавляют: в бизнесе, особо важном для интересов руководства Беларуси, не такие дураки, чтобы подставляться по-глупому. Давно подстраховались. Зачем, скажем, в евро сделки проводить, если и юань неплох? Короче, господа европейцы, укусите себя…

Замуровали, демоны!

Чем же объяснить столь болезненную реакцию белорусского руководства?

В комментарии для Naviny.by Денис Мельянцов отметил: «Пока это только риторика, предупреждение Брюсселю о том, что может быть в случае углубления санкций».

Эксперт не исключает эскалации конфликта. «Лукашенко обозначает возможность ответных действий», — подчеркивает наш собеседник.

По его мнению, Брюссель хорошо помнит контрмеру, предпринятую Минском весной 2008 года в ответ на введение Вашингтоном санкций против ряда белорусских предприятий. «Тогда от довольно большого штата американского посольства в Минске осталось, если я не ошибаюсь, четыре сотрудника, посла нет до сих пор», — напоминает Мельянцов.

Но сейчас, добавим, у белорусского руководства гораздо более тяжелое положение. С востока давит Москва. Вытягивает жилы (акции предприятий) за свой плевый кредит (поступивший на днях первый транш в 800 миллионов долларов — коту на зуб!).

То, что с Россией тоже напряженка, невольно подчеркнул и Лукашенко, У него вырвалась обида, что Медведев не приехал в Брест (оказывается, приглашали). В апреле, помните, намечалась встреча с российским и украинским президентами в Чернобыле, но тоже не сложилось.

Как-то совсем захирело славянское братство, только глубоко в Азию летать остается, и то редко. Но ни Бердымухамедов, ни Назарбаев не торопятся осыпать деньгами.

Да, Лукашенко не устает хвалить группу прилетевших китайских товарищей за советы в области финансов. Но независимые экономисты говорят: более разные экономики, чем наши две, трудно найти. Так что рецепты китайской финансовой кухни могут синеокой республике поперек горла стать.

И вообще, такую дефицитную ныне валюту дает в первую очередь экспорт в логово проклятых буржуинов. Так что прижимать в отместку за санкции компании стран ЕС — это по типу «назло маме уши отморожу».

Крутизна для электората

Задевают же санкции потому, что пусть и точечные, но осторожная Европа таким образом перешла красную черту. Минск уже было уверовал, что, мол, у этих трусоватых бюргеров из утратившего мускулы Старого света — кишка тонка. А тут — вот те раз!

И теперь, когда Рубикон перейден, может быть и «вот те два», и «вот те три». А воевать не по-детски против махины Евросоюза маленькая гордая республика может разве что проникнувшись духом камикадзе.

Так что грозную риторику белорусского начальства скорее можно трактовать как пиар для внутреннего потребления, считает политический аналитик Андрей Федоров. Чтобы электорат не сомневался в несгибаемости.

«Официальному Минску надо как-то сохранить лицо», — отметил собеседник в комментарии для Naviny.by. На деле же ситуация не та, чтобы идти на обострение, полагает эксперт.

Похожее мнение высказал в интервью для Naviny.by обозреватель-международник Роман Яковлевский. По его словам, за каскадом свежих филиппик в адрес ЕС стоит «как желание произвести впечатление на электорат, так и нервозность от безвыходного положения, в которое белорусские власти сами себя загнали».

Брюссель нащупал чувствительную точку

Но и электорат уже не тот. Разбили, пересажали партийную оппозицию — так ведь встают на дыбы автомобилисты (бензин нынче дорог!), челноки-соляровозы (почему таможня не дает добро?) и даже ботаники-блогеры (ну эти вообще!). 

К слову, там же, на Брестчине, официальный лидер снова упомянул о новых гражданских протестах (тоже покоя не дают!). И попытался пометить этот феномен привычным маркером: мол, все это козни рвущейся к власти оппозиции

На самом деле феномен мирного сопротивления, сгенерированного через социальные сети, ошарашил как власть, включая силовиков (из ни фига — и вдруг такой геморрой!), так и статусную оппозицию: как это так, без стратегий и конгрессов демсил, сделали «улицу» на зависть старым вождям?

Душиловка же (а власти, в духе своей репрессивной парадигмы, вынуждены ужесточать отношение к активистам потенциальной твиттер-революции) грозит дальнейшим обострением отношений с Европой. Ведь она и заелась-то как раз из-за репрессий, тюремных сроков для белорусских «декабристов» (о чем здешнее начальство старательно умалчивает, списывая конфронтацию на завистливый нрав западников: мол, душит их жаба из-за уникальной «белорусской модели»!).

Короче, для властей ныне — заколдованный круг. Интересы сохранения лица, задача устрашения общества требуют жестких слов и дел, но углубление конфронтации с Западом подрубает шансы на кредиты и инвестиции. Здешнее начальство предпочло бы, чтобы Запад дал денег ради спасения от российской экспансии (опасность которой, вероятно, и раздувают). План Б — торговля политзаключенными в розницу.

Европа, однако, пошла на принцип, что и подтвердила первым актом экономического давления. Бравада бравадой, но плохо скрываемая нервозность белорусского начальства показывает, что Брюссель нащупал чувствительную точку.