Григорий Василевич. Государев человек с особым мнением

Властям на должности генпрокурора потребовался человек более жесткий и бескомпромиссный…

В отставке Григория Василевича с должности генерального прокурора нет ничего сенсационного и неожиданного. Скорее, наоборот, — есть основания удивляться, почему Григорий Алексеевич так долго — с 8 февраля 2008 года по 20 сентября 2011-го — продержался на этом посту…

За глаза Василевича, в том числе и в прокурорской среде, называли, скажем так, человеком не смелым. Однако Григорий Алексеевич, как и другие должностные лица, карьерой которых напрямую ведает президент, служил по принципу «назвался груздем — полезай в кузов». Такова кондовая правда белорусских чиновников. Просто Василевичу оказалось намного сложнее соблюдать осторожность и не выходить за флажки; в его деятельности такие движения усматривались.

Следует заметить, что по сравнению со своими предшественниками — Олегом Божелко (1996-2000), Виктором Шейманом (2000-2004) и Петром Миклашевичем (2004-2008), — генеральный прокурор Василевич не чурался журналистов, был действительно публичной личностью, способной себе позволить высказывания и суждения, отличающиеся от «линии партии».

Григорий Василевич. Фото photo.bymedia.net

Справка Naviny.by

Василевич Григорий Алексеевич. Доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Республики Беларусь. Pодился 13 февраля 1955 г. в Минске. Работал машинистом компрессорной станции завода им. Вавилова, инженером по подготовке кадров на заводе им. Козлова, юрисконсультом комбината «Велторг-техника», старшим арбитром юридического отдела Минторга БССР. Окончил Белорусский госуниверситет (1980), продолжил учебу в аспирантуре. С 1986 г. работал в секретариате Верховного Совета Республики Беларусь: сначала заместителем, а с 1989 по 1994 гг. — заведующим юридическим отделом. В апреле 1994 г. избран судьей Конституционного суда. Имеет высший квалификационный класс судьи. 5 декабря 1996 г. назначен и.о. председателя Конституционного суда, а 4 января 1997 г. — председателем Конституционного суда. 11 января 2008 г. освобожден от должности указом президента в связи с истечением срока полномочий и выходом в отставку. Но 8 февраля 2008 г. был назначен на должность генерального прокурора, в которой и проработал до 20 сентября 2011 г. Государственный советник юстиции 1 класса. Автор свыше 50 книг, из них более 20 написано единолично; в соавторстве подготовлено более десяти учебников и учебных пособий.

Меняя генпрокурора, Лукашенко отозвался о Василевиче словами: «Он человек не чужой, и я это хочу прямо сказать, чтобы никто не думал, что Григорий Василевич тут плох был для президента. Нет, это наш человек, человек преданный нашему государству… Конечно, он из «обоймы» не выпадет».

В «обойму» же эту Григорий Алексеевич попал еще в 1994 году. Тогда молодой юрист оказался практически единственным сторонником президента в составе Конституционного суда, который с тогдашним председателем Валерием Тихиней раз за разом выносил решения не в пользу Лукашенко. А Василевич практически постоянно писал «особое мнение», в котором поддерживал позицию главы государства. Кроме того, юрист Василевич был одним из разработчиков варианта Конституции, принятого в 1996 году и наделившего Лукашенко, по сути, «царскими полномочиями». Приложил руку профессор и к дальнейшим изменениям Конституции — случилось это в 2004 году, когда были сняты ограничения по количеству президентских сроков для одного человека. Проще говоря, у Лукашенко появилась возможность быть пожизненным президентом.

Однако, возглавив Генеральную прокуратуру в 2008 году в результате кадровой рокировки с Петром Миклашевичем, Василевичу как теоретику права пришлось становиться практиком. Случилось это в самый разгар расследования контрабандно-коррупционных дел на таможенной границе Беларуси и еще целого ряда громких криминальных историй, в которых фигурировали фамилии высокопоставленных чиновников.

Это с одной стороны. С другой — на каком-то этапе Василевич, по сути, вызвал огонь на себя. В отличие от своих предшественников, он не забывал о функциях прокуратуры как надзорной инстанции за соблюдением законодательства. Касалось это, например, оперативно-розыскной деятельности МВД, КГБ и ДФР КГК, сотрудники которых, мягко говоря, выходили за рамки дозволенного. В этой связи у Василевича обострились отношения с тогдашним министром внутренних дел Владимиром Наумовым; говорят, они на дух друг друга не переносили.

Но Григорий Алексеевич не перестал высказывать свое «особое мнение». В том числе при внесении поправок в закон «Об оперативно-розыскной деятельности». Речь шла о том, чтобы правоохранительным органам позволили проводить оперативно-розыскные мероприятия, прослушивать телефоны и так далее без соответствующей санкции прокурора. Василевич, пожалуй, был единственный, кто возражал. Кстати, председатель Конституционного суда Петр Миклашевич тогда заявил, что поправки не противоречат конституционным нормам. 4 января 2010 года Лукашенко закон о поправках подписал, и первые лица МВД, КГБ И ДФР КГК оказались наделены правами прокуроров.

Первой жертвой обновленного закона стала подчиненная Василевича следователь Светлана Байкова, арестованная КГБ 25 февраля 2010 года. На жесткий конфликт с госбезопасностью генпрокурор не пошел. В то же время, по сведениям Naviny.by, на совещании у Лукашенко Василевич высказал свое «особое мнение» о том, что в действиях Байковой нет состава преступления, но в итоге вынужден был направить дело в суд без, скажем так, прокурорских правок, хотя закон ему это позволял. Как известно, позже Верховный суд оправдал Светлану Байкову по всем самым тяжким эпизодам обвинения.

Говорили, что именно тогда у Григория Василевича появилось желание уйти в отставку, чтобы продолжить свою научную деятельность на тихой ниве права. Для него была уже якобы подготовлена должность руководителя юридического НИИ. А последовавшие 19 декабря 2010 года события, по идее, должны были усилить его желание уйти на творческий покой.

Возможно, у Григория Василевича было свое особое генпрокурорское мнение в части законности действий милиции на площади Независимости и последующего осуждения задержанных, но он предпочел его не высказывать открыто. Правда, в январе 2011 года генеральный прокурор, пусть и туманно, но выразил сочувствие тем, кто пострадал 19 декабря. Позднее он заступился за журналистов независимых СМИ, чьи права сотрудники МВД в штатском нарушали во время проведения «молчаливых революций». А 2 августа Генпрокуратура признала, что действия милиции на этих акциях не соответствовали законодательству, и вынесла представление главе МВД.

Была у Василевича и собственная позиция по поводу создания Следственного комитета. В августе 2009 года он заявил, что не видит целесообразности в создании подобного следственного органа, но, как человек острожный, добавил, что окончательное решение останется за президентом. В то время шло обсуждение объединения в одну структуру следственных аппаратов прокуратуры, МВД, КГБ и ДФР КГК. Но в подписанном Лукашенко 12 сентября текущего года указе «Об образовании Следственного комитета Республики Беларусь» следствие госбезопасности не упоминается. Возможно, Василевич высказал и здесь свое особое мнение. В итоге за прошедшие три с половиной года их накопилось столько, что Григория Алексеевича сочли, по-видимому, человеком мягким, в то время как на должности генпрокурора нынешним властям требуется жесткость и бескомпромиссность в принятии решений.

…Нового генпрокурора Александр Лукашенко обязал навести порядок и «повернуть прокуратуру лицом к решению тех проблем, которые надо сегодня решать». Очевидно, что для выполнения команды «Кругом!» лучше всего подходит военный мундир и танкистское прошлое очередного руководителя ведомства.

Личному составу прокурорских работников есть над чем задуматься.