Кремль мягко стелет под новый орган

Загвоздка в том, что диктатуры интегрируются «як мокрае гарыць»…

Кремль без шума и пыли продвигает свои проекты склейки «постсовка». Мягко обхаживает партнеров — Казахстан и Беларусь. Даже у экспертов слегка едет крыша от обилия наползающих одно на другое интеграционных новообразований. Так, во второй половине ноября президенты трех стран Таможенного союза должны подписать договор о Евразийской экономической комиссии.

Кремль

В этой связи Дмитрий Медведев 26 октября звонил белорусскому коллеге. Ранее в Минске этот же вопрос утрясал с Александром Лукашенко спецпредставитель российского президента Виктор Христенко. Постфактум он доложил, что встреча «в какой-то степени подвела базис, черту под полным взаимопониманием между Россией и Беларусью во взглядах на этот новый орган».

Новый орган вырастет из Комиссии Таможенного союза и должен начать работу с 1 января будущего года, то есть с запуском ЕЭП. А вообще это, надо понимать, некий прообраз правительства будущего Евразийского союза (по матрице Еврокомиссии). Если, конечно, этому проекту Путина суждено реализоваться, в чем ряд белорусских независимых экспертов сильно сомневаются.

Розы в проекте, шипы в натуре

Наш обыватель наверняка и вовсе запутался в этих структурах. А скорее всего, за жонглированием маловыразительными аббревиатурами просто не следит. Это же не курс в обменниках и не цены в продуктовом.

Между тем новые интеграционные проекты уже наехали на аполитичных белорусов свинцовыми таможенными пошлинами на импортные авто. Тариф поднят в угоду российскому автопрому.

Теперь вот выясняется, что и сами ввозные пошлины в таможенной тройке делятся криво. По словам экспертов, у казахов, например, импорт на две трети серый (то есть партнерам ничего отстегивать не надо), Беларусь же практически все оформляет официально и на этой честности теряет немалые деньги.

Скептики ворчат, что это только цветочки. Официальные же лидеры соревнуются в рисовании сказочных перспектив евразийской интеграции. Вслед за Путиным и Лукашенко с трибуны «Известий» на эту тему пространно и концептуально высказался Нурсултан Назарбаев.

Если белорусский руководитель употребил выражение «интеграция интеграций», то казахский партнер не менее патетично заявляет, что «Евразийский союз — это мегапроект, соизмеримый со сложными вызовами настоящего и будущего» и что «он имеет все шансы стать органичной частью новой мировой архитектуры».

Звучит гордо, но непонятно, откуда что возьмется. Никто не объяснил, за счет чего довольно отсталые, положа руку на сердце, страны вдруг рванут и вставят фитиль мировым лидерам (даже на «догоняющую модернизацию» амбициозный Назарбаев не согласен!).

Никто не расшифровал методику, по которой выводятся бешеные (меньше чем на миллиарды долларов счет не идет) цифры грядущих профитов участников проекта. Закрадывается подозрение, что методика старая — из пальца или с потолка.

Лебедь, рак и щука

По мнению Валерия Карбалевича, эксперта аналитического центра «Стратегия» (Минск), «еще большой вопрос, будет ли ЕЭП вообще функционировать». Ведь в его рамках надо банально согласовывать макроэкономическую политику, отметил аналитик в интервью для Naviny.by.

Белорусское же руководство, как известно, привыкло рулить экономикой и финансами без всяких там указчиков. Да и при желании — как, например, удержать инфляцию в согласованных рамках, если белорусская модель пошла вразнос? И как наказывать, если параметры нарушены?

Вот уже сейчас Минску приходится упрашивать партнеров, чтобы в порядке исключения позволили еще лет пяток изымать у экспортеров 30% валютной выручки (оказалось, в ЕЭП такую дань державе брать не положено).

С другой стороны, Россия, пропуская мимо ушей стенания Минска насчет «равного доступа», не дает раскулачивать себя на поставке энергоносителей.

Короче, старая песнь об изъятиях, вынесении за скобки разных чувствительных позиций грозит стать бесконечной.

«Двадцатилетный опыт постсоветской интеграции показал, что создание неких институтов и заключение договоров отнюдь не гарантируют, что все это будет работать», — резюмирует Карбалевич.

По его прогнозу, и в рамках новых проектов партнеры будут выполнять обязательства разве что выборочно, в основном — если это выгодно.

В свою очередь, обозреватель-международник Роман Яковлевский в комментарии для Naviny.by высказал мнение, что «главный ключ Путина в такой интеграции — единая валюта, проще говоря — российский рубль».

Эксперт прогнозирует, что «Путин как дзюдоист будет в этом вопросе дожимать».

Впрочем, хоккеист Лукашенко знает, как ускользать от силовых приемов и делать обманные движения. Пока, по мнению Валерия Карбалевича, белорусский руководитель решает чисто тактические задачи: почему бы и не раскрутить Кремль на пряники, нахваливая его проекты?

Другое дело, что интеграция по принципу «кто кого перехитрит» вряд ли уедет далеко.

Диктатуры не интегрируются

Наконец, красноречиво вот что: в программных заявлениях трех президентов-евразийцев — ни слова о демократических реформах, политической модернизации. А без этого ни о каком общем экономическом пространстве от Лиссабона до Владивостока и речи быть не может.

Вы скажете: деньги не пахнут, никуда европейцы не денутся! Но вот вам свежий пример: «Дойче Банк» и «БНП Париба» под давлением правозащитников умыли руки, отказались от сотрудничества с Минском — именно потому, что оно все сильнее попахивает с политической и моральной точки зрения.

«Успешной может быть лишь интеграция экономически развитых стран с демократической системой», — говорит Валерий Карбалевич. Поэтому ЕС — успешный пример, поясняет собеседник Naviny.by, а вот в Африке, Латинской Америке, на пространстве СНГ интеграционные проекты буксуют, глохнут.

Вы спросите, при чем здесь демократия? А дело в том, что диктатуры интегрируются «як мокрае гарыць», говоря меткой белорусской идиомой.

«Диктатуры склонны именно к такому «окукливанию», закрытию границ, чтобы ничто не выходило и не убегало», — пояснил «Белсату» российский политик Борис Немцов.

По словам Валерия Карбалевича, демократия нужна как базовое условие интеграции для того, «чтобы руководители стран не боялись отдавать часть власти наднациональным органам».

Действительно, если политики привычны к разделению властей и ротации правящих элит внутри своей страны, то делегирование части полномочий интеграционной надстройке не представляется катастрофой (что не исключает вязкого торга и защиты национальных интересов).

Диктатору же всегда мерещится, что коварные партнеры с кривыми улыбками уже подпиливают втихаря ножки его трона.

Закат над болотом

Впрочем, когда интеграцию инициирует Кремль, антиимперские фобии пробуждаются и у оппозиции постсоветских стран. Мол, знаем эти повадки, мягко стелет, да жестко спать.

И пока Москва де-факто не показала привлекательной модели прогрессивной, модернизирующей интеграции. Не стала магнитом для осколков СССР. Риторика красива, но как шило из мешка вылезает геополитика — все то же «собирание земель».

Другое дело, что после выборов нового-старого президента России проекты, в которых сильна пиаровская компонента, могут выдохнуться естественным образом.

Для самой России (которой дай бог в своих пределах порядок навести!), как и для богатого ресурсами Казахстана, это не смертельно. Украина, которую Москва сейчас усиленно сватает, в таком случае отвяжется и пойдет сближаться с ЕС

У белорусского же руководства никакой стратегии, похоже, нет вообще. Под Кремль не хочется, а Европе мы такие не нужны. Тупик, прозябание. Закат над болотом.