Минск и Европа создадут иллюзию потепления?

Сочные европейский пряники могут служить лишь фоном диалога, но не его предметом. В текущий момент времени торг, как кажется, будет идти по более низким ставкам…

Белорусские власти предпринимают осторожные попытки возобновить диалог с большой Европой. О возвращении отношений на тот уровень, который сложился в предвыборный 2010 год, речи, безусловно, сейчас не идет. Скорее, стороны пытаются нащупать допустимые для себя границы контактов, определить важность и ценность взаимных уступок, оценить их эффект и риски.



Пока переговорный процесс большей его частью протекает кулуарно. Так как прямые контакты с Брюсселем ограничены, нащупать удобную почву для разговора с ЕС официальный Минск пытается, так сказать, дистанционно. По нашей информации, в последние несколько недель в МИД Беларуси на чашку чая зачастили дипломаты европейских посольств. Вероятно, неформальные консультации достигли своей цели — сигнал в Европу о готовности Минска к разговору ушел и был там принят и воспринят.

Можно даже предположить, что в Брюсселе за возможность каким-либо образом сдвинуть с места прочно застрявший воз отношений с «последней диктатурой Европы» ухватились с большим желание.

После президентских выборов в Беларуси Евросоюз занял в отношении официального Минска достаточно принципиальную позицию и формально придерживается ее до сих пор. Однако значительного результата это не принесло. Список белорусских политзаключенных по-прежнему длинен, давление на оппозиционные организации и третий сектор не прекращается, политически и экономически Беларусь еще сильнее привязалась к России.

Основное условие Европы для разморозки отношений с Минском — освобождение и реабилитация всех политзаключенных. Это должно стать первым шагом. Но делать его белорусские власти не спешат. Введенные в отношении белорусских чиновников визовые ограничения в данном случае воспринимаются исключительно как символические санкции. Никакого влияния на белорусский режим и судьбу оказавшихся за решеткой оппонентов власти они не оказывают. Вопрос же введения действенных санкций экономического характера не смог преодолеть толстую стену прагматических интересов Европы.

Похоже, что в таком противостоянии с белорусскими властями Евросоюз сам себя загнал в угол — отмахнуться от проблемы невозможно, но и сделать что-то действительно эффективное тоже нельзя. И с этой точки зрения инициатива Минска попробовать начать все сначала Европе очень даже кстати.

Тем более что брюссельским чиновникам ничего и придумывать не надо. Очевидно, что белорусская власть не пыталась бы искать точки соприкосновения, если бы не понимала, что найти их сможет, только выполнив главное требование ЕС, удовлетворив его моральные обязательства — освободив политзаключенных.

Так как свобода Санникова, Статкевича, Бондаренко и еще полутора десятка причисляемых к политзаключенным человек — краеугольный камень будущего диалога, с выхода этих людей из тюрем всё и должно начаться.

Такую вероятность проанонсировал находящийся сейчас в Минске директор департамента по вопросам России, «Восточного партнерства», Центральной Азии, регионального сотрудничества и ОБСЕ Европейской службы внешнего действия ЕС Гуннар Виганд.

Нерядовой брюссельский чиновник в среду встречался с министром иностранных дел Беларуси Сергеем Мартынов, а на следующий день на встрече с активистами оппозиции не исключил, что в ближайшие недели из тюрем могут выйти некоторые политзаключенные, в том числе знаковые. Вряд ли в Минске Виганду это обещали прямым текстом, но постарались, чтобы у посланца Европы сложилось именно такое впечатление.

Еще один пряник, который Виганду, по его же словам, пообещали в Минске — реформа политической системы после парламентских выборов 2012 года.

Кстати, во время встречи в МИД Беларуси Сергей Мартынов и Гуннар Виганд обсуждали «возможные подходы к выстраиванию дальнейшего диалога». А в ходе беседы с белорусской оппозицией господин Виганд интересовался возможными критериями диалога ЕС и официального Минска.

Если домашнее задание для официального Минска в общих чертах понятно — свобода политзаключенных как первый шаг, то ответный и, скорее всего, синхронный шаг Европы лишь предполагается.

Да, Гуннар Виганд приехал в Минск с определенным посланием, в котором говорится о потенциале экономической интеграции, инвестициях и поддержке экономического развития страны, возможности усилить сотрудничество с европейскими банковскими структурами, о макроэкономической помощи со стороны ЕС.

Подобный набор выгод белорусским властям предлагался уже неоднократно. Польский премьер Дональд Туск прошлой осенью на саммите «Восточного партнерства» даже скалькулировал их в конвертируемую валюту, получив 9 млрд. долларов, что для пребывавшей в тот момент в жесточайшем кризисе Беларуси было заоблачной суммой.

В Минске, думается, тоже считать умеют, потому о потенциальных выгодах более плотного сотрудничества с Евросоюзом им лишний раз напоминать не надо. Но понимают в Минске и то, что столь глобальные темы диалога можно будет развить лишь при соблюдении других традиционных европейских условий, выполнить которые белорусский режим, не вступив в концептуальное противоречие со своей природой, не может.

Таким образом, сочные европейский пряники могут служить лишь фоном диалога, но не его предметом. В текущий момент времени торг, как кажется, будет идти по более низким ставкам — таким, которые не будут стоить очень много обеим сторонам, но создадут иллюзию потепления.

Например, это может быть пересмотр списка подпадающих под европейские визовые санкции белорусских чиновников. Вокруг этой темы в последние дни сломано немало копий, но, согласитесь, всё это бурление возникло именно сейчас неспроста. Особенно, если учесть, что белорусский черный список будет одной из тем заседания Совета министров иностранных дел ЕС, запланированного на 27 февраля.

Правда, по предварительной информации, на этом заседании будет предложено расширить санкции в отношении белорусских чиновников, ответственных за репрессии. Однако за оставшееся время подход к этому вопросу вполне может быть изменен с «расширения» на «пересмотр».