80% за Лукашенко — цифра навсегда?

Политическое землетрясение — не лучший способ смены власти. Но беда в том, что персоналистские режимы не умеют…

 

Ровно 19 лет назад кандидат из провинции Александр Лукашенко победил во втором туре президентских выборов в Беларуси. С тех пор он не уступает кресло — и, похоже, не собирается уступать до последней физической возможности.

Тогда, 10 июля 1994 года, триумфатор эффектно положил на лопатки премьера Вячеслава Кебича: 80,1% против 14,1%.Этот «неевропейский результат» в четыре пятых голосов с тех пор, видимо, довлеет, толкая на все новые «элегантные победы».

Показатель в 52-55% (примерно такую реальную поддержку фиксировала по итогам прежних выборов независимая социология), наверное, заткнул бы рты западникам, твердящим о диктатуре, но зато народ стал бы поговаривать, что Батька уже не тот. Рискованно. Рушится вся мифология.

Народ устал от дежавю, но рыпаться не рискует

В итоге арифметика в Беларуси стала заложницей мифа о незаменимом народном президенте, против которого лишь «кучка отморозков». Хотя на самом деле общество, как показывают опросы загнанного в андеграунд НИСЭПИ, расколото. И многие явно устали от 19-летнего дежавю в телевизоре. Так, в марте лишь 36,5% белорусов были за то, чтобы действующий руководитель участвовал в выборах 2015 года.

Но при этом на баррикады белорусы отнюдь не рвутся, и официальный лидер может пока без паники планировать новую каденцию. Причем за неимением новых идей Лукашенко, как считают аналитики Belarus Security Blog, вновь взялся раскручивать тему борьбы с коррупцией. Именно этот конек вытащил его на вершину власти в 94-м.

Между тем противники режима убеждены, что голоса на выборах давно не считаются. Так или иначе, но ситуация для оппозиции патовая: она не может сегодня взять власть ни через избирательную урну, ни через бойкот, ни через улицу.

Страна тем временем отстает в развитии и увязает в интеграционной паутине Кремля.

А теперь вот и население нутром почувствовало то, о чем уже не первый месяц твердят независимые экономисты: экономике резко поплохело. Вновь выстроились очереди в обменники. После финансового обвала 2011 года обыватель нервно реагирует даже на небольшой восходящий тренд доллара. И правящая верхушка оказалась в ловушке массовой психологии, боясь этот курс отпустить, хотя лишь мягкая девальвация, по убеждению экспертов, способна спасти коллапсирующий экспорт.

 

Персоналистский режим стал тормозом для страны

Поскольку реформы, даже экономические, страшат, то официальному лидеру остается уповать лишь на российскую соску. А Москва за так не дает. Требует предприятия и уже ставит свою авиабазу в Лиде, на границе с ЕС и НАТО.

«Российская авиабаза — важный рубеж, после которого Лукашенко уже трудно говорить: я России ничего не сдал», — считает Валерий Карбалевич, эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск).

В итоге белорусы в один прекрасный день могут проснуться в стране, где хозяйничают российские олигархи и военные. Да и от страны может остаться лишь название. А то, что упорно загоняются внутрь экономические болячки, печатаются на радость простому электорату пустые деньги, грозит новым обвалом в духе 2011 года.

Но даже если удастся избежать финансово-экономической катастрофы (та же Россия не заинтересована в хаосе и бунтах на своем западном плацдарме), то деградация Беларуси, потеря страной конкурентоспособности в глобальном мире для многих аналитиков выглядит практически неизбежной при нынешнем правлении.

Вот так созданная Лукашенко модель, которая поначалу многим казалась чудесным ремейком советского светлого прошлого, стала тормозом для страны.

Публицист Светлана Калинкина убеждена, что Лукашенко, тем не менее, уходит в историю. Хотя сам он, скорее всего, думает в духе анекдота о Рабиновиче: не дождетесь!

И все же: каким останется Лукашенко в истории? Валерий Карбалевич в комментарии для Naviny.by отметил: оценки историков, экспертов, с одной стороны, и массового сознания, с другой, могут существенно разниться. Так в России, хотя ее руководство (может, и скрепя сердце) все же осудило сталинизм, образ усатого вождя, при котором «был порядок», популярен среди простого (и не только простого) люда.

По мнению Карбалевича, постфактум эксперты дадут деятельности Лукашенко преимущественно негативную оценку: затормозил развитие страны, изолировал ее от Запада, законсервировал устаревшую социальную модель.

Образ же Лукашенко в массовом сознании будет в перспективе зависеть от того, удастся ли ему, в частности, «выкрутиться от экономического падения на манер 2011 года», сказал политолог. Если да, считает собеседник, то по отношению к первому президенту в обществе останется серьезный раскол, симпатии значительной части белорусов сохранятся, ведь патерналистская модель многим по душе.

 

Делукашенизация неизбежна

В 1994 году Лукашенко «попал в архетип белорусов», в их представления о лидере нации, считает политический аналитик Юрий Дракохруст. Соответственно, отметил он в комментарии для Naviny.by, потенциальному новому лидеру критически важно «понять, как устроена душа белоруса».

При этом наивно ожидать, что вдруг «выйдет из Беловежской пущи богатырь», добавляет собеседник. Юрий Дракохруст прогнозирует, что наибольшие шансы занять кресло после Лукашенко — у фигуры, которая так или иначе уже присутствовала в публичном пространстве, «засветилась предварительно».

Да, но если это окажется преемник из окружения?

Валерий Карбалевич к страшилкам о якобы почти неизбежном приходе Лукашенко-2 относится скептически. Он убежден, что даже если власть подхватят деятели из близкого круга, то они будут обречены на перемены. Аналитик напоминает: в СССР после Сталина его же бывшие соратники были вынуждены заняться десталинизацией.

Беларусь станет более демократичной, пусть и не совсем на манер стран ЕС. С последним же отношения неизбежно улучшатся, будет восстановлен геополитический баланс. Отсюда еще один вывод Карбалевича: угроза российской экспансии не фатальна.

Юрий Дракохруст также не разделяет фатализма тех, кто пророчит: как только власть выскользнет из рук первого президента, ее тут же подберет Кремль. По мнению аналитика, в стране неизбежно начнутся процессы, которыми будет весьма проблематично дирижировать из Москвы, сколько бы та ни имела нефтедолларов и баз. «Управляемых землетрясений, в том числе и политических, не бывает», — резюмирует собеседник Naviny.by.

Добавлю, что политическое землетрясение — вообще не лучший способ смены власти. Но беда в том, что персоналистские режимы не умеют меняться плавно и культурно.