Лукашенко не едет в Киев из-за президента Сербии?

Сербский лидер уже использовал одиозный Минск для давления на Брюссель. Теперь, когда всё наладилось, еще раз дразнить Европу ему не хотелось бы…

Александр Лукашенко не едет в Киев на торжества по поводу годовщины Крещения Руси, хотя эта поездка ранее планировалась. Пресс-служба украинского президента опубликовала график официальных встреч Януковича в рамках торжеств. Встречи с Лукашенко в этом графике нет. С Путиным есть, с Тимофти — есть, с Николичем — есть. С Лукашенко — нет.

Первая причина, которая может прийти на ум, почему белорусского президента в Киеве не ждут — осложнения в отношениях Беларуси с Украиной или Россией. Но это маловероятно. В чем же тогда может быть причина?

У Киева с Минском — все хорошо

Отношения Беларуси с Украиной сейчас как раз находятся на весьма высоком уровне. Напомним, Александр Лукашенко был в Киеве месяц назад. Причем та его встреча с Виктором Януковичем стала знаковой. Президенты официально обменялись грамотами о демаркации границы, чем, наконец, поставили точку в юридическом решении этой давней проблемы.

Поскольку в начале визита Лукашенко заявил о вопросах, которые нужно снять прежде, чем процедура будет завершена, можно с большой долей уверенности предположить, что и требования Минска к Киеву расплатиться за старые долги украинских компаний были урегулированы тем или иным образом.

Правда, для полного завершения процесса демаркации межгосударственная группа экспертов должна облазить болота Полесья и физически застолбить географическую линию, отмеченную на карте. По словам украинских экспертов, этот процесс может занять, минимум, полтора года. Всё зависит от желания сторон

При этом со стороны Киева желание сомнений не вызывает, ведь полная демаркация границы необходима ему для введения безвизового режима с Евросоюзом. Учитывая количество украинцев, кормящихся заработками в Центральной и Западной Европе, можно себе представить, насколько ключевым является соглашение с ЕС для предвыборной борьбы в Украине. А вот у белорусского руководства, которому, как известно, въезд в Европу запрещен, потеря такого козыря для шантажа соседа как приграничный вопрос могла вызвать лишь сожаление.

В этой ситуации очень маловероятно, что Киев сейчас стал бы осложнять отношения с Минском без крайней на то необходимости, даже в угоду Путину. Ведь еще одно напрашивающееся объяснение скандала в том, что это президент РФ мог попросить украинского коллегу отказать Лукашенко в визите — в качестве воспитательной меры своего трудного союзника.

С Путиным сейчас дружба

Но мало того, что Киев сейчас на это бы вряд ли бы согласился, маловероятно и то, что Кремль высказал такого рода пожелание. В поздравлении с Днем независимости Беларуси Владимир Путин позитивно отметил сотрудничество двух стран в контексте решений, принятых на последнем Высшем госсовете Союзного государства. Тогда, в марте во время встречи с Лукашенко Путин отдельно подчеркнул: «В ближайшие месяцы нам вместе предстоит отметить 1025-летие Крещения Руси»

В этом контексте за три недели, что прошли с момента теплого поздравление, если что и изменилось кардинально в отношениях президентов Беларуси и России, то наблюдателям об этом ничего неизвестно.

Таким образом, в отношениях Беларуси с Украиной и Россией нет никаких явных мотивов расстраивать давно запланированное совместное мероприятие. Но в визите Лукашенко в Киев изначально был один неудобный момент, который не мог не создать проблем. А именно — присутствие на празднике президента Сербии Томислава Николича.

Непостоянный друг

Напомним, Николич недавно спровоцировал сенсацию в белорусской прессе — из-за своего неожиданного визита в Минск. Назывались самые невероятные версии — вплоть до того, что ЕС доверил государству, которое не является его членом, посредничество в диалоге с белорусскими властями. И это при том, что в то время отношения самой Сербии с ЕС переживали не самый легкий период.

Днем ранее визита в Минск Николич обрушился на Брюссель с жесткой критикой — из-за разногласий в вопросе по статусу Косова, а на встрече с Лукашенко называл присоединение Сербии к санкциям ЕС против Минска — ошибкой, которую пообещал исправить.

Обиду Николича понять нетрудно. На переговорах сербской делегации в Брюсселе накануне скандального визита Николича в Минск речь шла об устранении последнего препятствия на пути начала переговоров о вступлении Сербии в Евросоюз. Препятствие это — урегулирование отношений Белграда с Приштиной.

На саммит в Брюсселе 11 марта сербская делегация ехала с кардинальной уступкой, которую европейские аналитики назвали исторической, а сербские радикалы — предательской. Белград высказал готовность признать власть албанского правительства в Приштине на севере своей бывшей провинции при условии, что сербские общины на юге Косова получат самоуправление.

Но накануне визита в Брюссель Николич в комментариях журналистам не исключил, что ЕС предложит «неприемлемое решение», полностью соответствующее лишь интересам Приштины. При этом он подчеркнул, что если такое случится, то ЕС этим докажет свою незаинтересованность в принятии Сербии в блок. 

На саммите случилось именно то, о чем говорил Николич. Евросоюз разделять Косово отказался. Президент Сербии, в свою очередь, с возмущением отверг контрпредложение, назвав его «ультиматумом», и ответил на него дипломатическим демаршем. Чуть ли не прямо из европейской столицы Николич отправился в Минск, против которого, в рамках диалога о евроинтеграции, его страна ранее продублировала санкции ЕС.

Переговоры с Александром Лукашенко сербский лидер использовал как трибуну для высказывания ЕС собственного ультиматума. «Может быть, до сих пор казалось, что Сербия готова сделать всё для того, чтобы стать членом ЕС. И тогда у всех повысился аппетит. Сегодня я сказал, что существуют вещи, которые Сербия не готова сделать даже ценой вступления в ЕС»,заявил тогда он. 

Помог ли этот демарш умерить аппетиты Брюсселя или нет, но в результате стороны к компромиссу пришли. Сербские общины Косова признали власть Приштины, за что получили широкую региональную автономию. ЕС, в свою очередь, открыл месяц назад формальные переговоры о присоединении Сербии к Евросоюзу.

Излишне говорить, что на этом фоне антиевропейские демарши Николичу больше не нужны. А встречи с руководителем Беларуси, против которого Сербия санкций так и не сняла, грозит внести абсолютно ненужные Белграду осложнения в только что наладившийся диалог с ЕС, членом которого Сербия надеется стать в ближайшее время.

Дилемма гостеприимного хозяина

Возвращаясь к празднованию в Киеве годовщины Крещения Руси, данная ситуация поставила принимающую сторону в крайне затруднительную ситуацию.

«Это не он очень вежливо отказался. Это его настолько «вежливо» пригласили, что у него не было другого выхода, как так же вежливо отказаться».
Константин Матвиенко,
руководитель корпорации стратегического консалтинга «Гардарика»

С одной стороны, отношения Украины с Беларусью — одним из главных торговых партнеров, держащего, к тому же, в руке демаркационный козырь — все-таки важнее, чем с Сербией, у которой и товарооборот, и дипломатическое сотрудничество с Киевом ограничены. Но и ссориться с этой страной ради Лукашенко Янукович также вряд ли собирается.

Конечно, о том, чтобы отказать Лукашенко ради Николича, речи идти не могло. Но приглашая Лукашенко на праздник, Киев, скорее всего, сопроводил это какой-нибудь оговоркой, связанной с нежелательностью сводить двух политиков вместе. Учитывая, что проблема исходит от Белграда, ограничения для белорусского правителя вряд ли могли быть слишком обременительные (может, просто обещание не вступать с сербским коллегой в публичные разговоры). Но как бы то ни было, очевидно, достаточные, чтобы ранить болезненное самолюбие белорусского официального лидера.

К тому же, вполне вероятно, что Лукашенко не столько обиделся, сколько захотел обидеться. Что касается встречи с Путиным, то, учитывая некоторые актуальные проблемы, например, с калийной отраслью, не исключено, что Лукашенко и сам предпочитает отсрочить ее до следующего раза.

Но главное, теперь, когда Лукашенко встал в позу неправедно обиженного Януковичем, можно быть уверенным, что он попробует выжать из Киева какой-нибудь экономический или политический бакшиш за исполнение даже уже, казалось бы, закрытых договоренностей — например, в вопросе о начале физической демаркации границ.