Российская труба остановила ход истории в Беларуси

Попытки реформировать белорусскую экономику будут продолжены…

 
Россия и Казахстан являются реальными petro states. На подобный статус Беларусь может претендовать лишь при согласии России, но такая зависимость Лукашенко, безусловно, не устраивает.
 
 
Приведу типичный комментарий к типичной статье в интернет-газете Naviny.by: «И так 20 лет. Все говорят об экономической катастрофе, а ее все нет и нет. Ну и кто после того, чего нет, вас будет слушать? Правильно — никто!».
 
Нет ничего более практичного, чем хорошая теория. Поэтому свой комментарий к комментарию я и начну с «хорошей теории».
 
Российский историк Александр Ахиезер рассматривал российскую цивилизацию, в отличие от традиционной и либеральной, как промежуточную, в которой особое значение обретает соотношение традиционного и либерального компонентов. Колебания между этими компонентами и формируют глобальные циклы развития России (что напрямую влияло и влияет на судьбу белорусских земель).
 
В точках господства либеральной компоненты происходит распад государства, подводящий черту под глобальными циклами (каждый глобальный цикл состоит из 7 этапов). Первый глобальный цикл завершился в феврале 1917 года (Февральская революция, пролог Октябрьской), второй — в декабре 1991 года (распад СССР).
 
Историческая динамика в силу понятных причин нарастает. Поэтому для завершения первого глобального цикла потребовалось около тысячи лет, для завершения второго — 73 года.
 
 
Труба консервирует отсталость
 
Свою циклическую теорию Ахиезер создал в конце 70-х годов прошлого века, когда СССР, по его мнению, находился на этапе господства позднего умеренного авторитаризма (6-й этап), за которым должен был наступить этап господства либерального идеала с его обязательным последствием — распадом государства. Что на практике и произошло.
 
Перед историком, дожившим до реализации своего прогноза, встал гамлетовский вопрос: быть или не быть новому циклу? Поиск ответа не занял много времени. Россия вошла в новый цикл.
 
А Беларусь, этот осколок империи? В полном соответствии с той же теорией, после хаоса либерализации в республике-партизанке наступил этап раннего умеренного авторитаризма (аналог военного коммунизма второго глобального цикла России). Учитывая все возрастающую историческую динамику, он должен был в ускоренном темпе перейти в этап раннего идеала всеобщего согласия (аналог НЭПа второго глобального цикла России). Должен был, но не перешел. Практика не подтвердила теорию («Все говорят об экономической катастрофе, а ее все нет и нет»).
 
Для пояснения несоответствия нам потребуется прибегнуть к помощи теории ресурсного государства (Ольга Бессонова, Симон Кордонский). Она связывает исторические циклы со способностью государства концентрировать и распределять ресурсы.
 
Чем сильнее государство, тем выше его способность изымать ресурсы у населения, но тем активней оно блокирует активность экономических субъектов. Отсюда периодические попытки пополнить скудеющую казну за счет либеральных реформ. Но проводить либеральные реформы в нелиберальном обществе — все равно, что заниматься сварочными работами на складе горюче-смазочных материалов. За примером далеко ходить не требуется. Достаточно вспомнить горбачевскую перестройку, за которой последовал крах СССР.
 
Либерализация советской экономики по Ахиезеру должна была наступить лет на 20 раньше. Так называемая косыгинская реформа (по имени тогдашнего главы советского правительства Алексея Косыгина, 1965-1970 годы) и служила ее прологом. Но реформа была свернута не в последнюю очередь из-за трубы, существенно повысившей бюджетные поступления за счет экспорта нефти и газа.
 
В 1985 году цены на нефть упали в шесть раз. Такого падение ресурсное государство пережить не смогло. На попытки создать внутренние источники генерации ресурсов за счет ускоренной модернизации промышленности советское государство отреагировало развалом — «величайшей геополитической катастрофой XX века», по словам Владимира Путина.
 
Причина затянувшейся белорусской стабильности на этапе раннего умеренного авторитаризма также объясняется трубой. Не случайно структура экспорта позволяет отнести Беларусь к разряду petro state, что многие западные аналитики и делают. Не является это тайной и для белорусского общества (см. таблицу 1).
 

Таблица 1. По поводу успехов белорусской экономической модели высказываются разные суждения. С каким из них вы согласны?

вариант ответа

%

Успехи белорусской экономики объясняются внутренними причинами, российская помощь — важный, но не решающий фактор

31

Если бы не российская помощь, никаких успехов белорусской экономики не было бы

29

Никаких успехов у белорусской экономики нет

34

затруднились ответить / не ответили

6
НИСЭПИ, декабрь 2013 года
 
Теоретическая схема Ахиезера была разработана для экономически самодостаточного государства. Наличие зашкаливающего вклада природной ренты в экономику она, разумеется, не учитывала. Между тем последствия работы трубы на полную мощность оказались столь внушительными, что привели к слому привычного алгоритма развития.
 
«Россия, пожалуй, впервые за последние три века своего развития, — отмечает социолог Эмиль Паин, — отказалась от стратегии догоняющей модернизации, которую она проводила со времен Петра I. Она перестала соревноваться с Западом. Российский истеблишмент, ориентированный только на самосохранение, признал свое отстающее положение в мире. И это значительно облегчило ее фактический переход к политике изоляции от Запада».
 
 
Россия может пошатнуться
 
29 мая в Астане главы трех petro states подписали договор о Евразийском экономическом союзе. В рамках этого союза политическая элита России надеется сохранить власть, не претендуя больше на мессианскую роль в мировом масштабе (вне границ «русского мира»).
 
Но если Россия и Казахстан являются реальными petro states, то Беларусь может претендовать на подобный статус лишь при согласии России. Такая зависимость Лукашенко, безусловно, не устраивает. Поэтому от стратегии догоняющей модернизации он не отказался и отказываться в ближайшее время не планирует.
 
Таблица 2 иллюстрирует две попытки либерализации белорусской экономики. Первая была предпринята в 2001 году после окончания так называемой «стадии восстановительного роста». Та попытка оказалась непродолжительной. Рост мировых цен на нефть во второй половине 2003 года, заполнивший Россию нефтедолларами, потребность в реформах девальвировал.
 
Таблица 2. Количество статей, опубликованных в газете «Советская Белоруссия», содержащих слово «либерализация»

2001

2002
2003
2004
2005
2006
2007
2008
2009
2010
2011
2012
2013
29
14
8
2
3
5
3
40
72
62
34
27
22
 
Вторая попытка либерализации (2008 год) — это ответ на повышение Россией цен на газ и введение пошлин на экспорт белорусских нефтепродуктов. Эта попытка была свернута де-факто белорусскими силовиками, разогнавшими Площадь 19 декабря 2010 года.
 
Силовики свою корпоративную задачу решили блестяще (успешная либерализация угрожала их статусу во властной иерархии), но проблема неэффективности белорусской экономики от этого не рассосалась, поэтому попытки ее модернизации, реформирования и т.п. будут продолжены. Получение же достаточных ресурсов от России не гарантировано.
 
Завершая статью, еще раз напомню читателям, что теоретическая схема Ахиезера была разработана для экономически самодостаточного государства. Самодостаточность в данном случае означает не способность производить весь спектр необходимых для жизнедеятельности товаров и услуг, а лишь способность национальной экономики работать с прибылью. Экономику Лихтенштейна в этом смысле следует признать самодостаточной.
 
Белорусская экономика таковой не является. Без российской трубы она не жилец. Труба и остановила ход исторического времени в Беларуси. Но остановка в условиях глобализации означает нарастание отставания. К тому же Россия в перспективе сама может пошатнуться.
 
   


Об авторе

Сергей Николюк — аналитик, эксперт НИСЭПИ. В отличие от молодого поколения профессиональных политологов весьма скептически относится к западному гуманитарному наследию, будучи уверенным, что оно создано для описания иного типа общества. Отсюда склонность к цитированию российских авторов, в первую очередь социологов «Левада-центра».