Электорат Лукашенко воспроизводит сам себя

Битву при Садовой выиграл прусский учитель, битвы на избирательных участках — белорусский…

 

Перевод общества из состояния политической апатии в состояние политического возбуждения, пусть даже весьма умеренного, представляет собой огромный интерес для исследователя. То, что в условиях стабильности скрыто под напластованиями повседневных интересов, неожиданно выходит на поверхность в кризисных ситуациях.



«Один из наиболее вредоносных эффектов изучения общественного мнения, — указывал в свое время французский социолог Пьер Бурдье, — состоит именно в том, что людям предъявляется требование отвечать на вопросы, которыми они сами не задавались».

С классиком социологии не поспоришь. Однако это общая проблема. Не только социологам, но исследователям в других областях знаний (как гуманитарных, так и естественных) приходятся регулярно задавать вопросы, которые сами себе объекты исследований не задают.

Поэтому вот уже третий десяток лет социологи НИСЭПИ интересуются, в частности, геополитическими предпочтениями белорусов: вы за вступление в Евросоюз или за объединение с Россией? Респонденты дружно отвечают. Социологи анализируют. Строят тренды, пытаясь разглядеть истину за колебанием «геополитических процентов».

Еще год назад невозможно было себе представить, чтобы абсолютное большинство белорусов расценило присоединение Крыма к России как «историческую справедливость» (однако в июне 2014 года таких респондентов оказалось 62%, в марте 2015 года — 59%). Да и никому из сотрудников социологических служб не пришло бы в голову занимать дефицитную площадь в анкетах вопросами на присоединительную тематику.


Крым и режим

Аномалия-2015, как и ее предшественница Аномалия-2014, порождена российской пропагандистской трактовкой украинского кризиса. Суть феномена в следующем. Позитивные настроения, спровоцированные восстановлением «исторической справедливости», отвлекли белорусов от экономической повседневности. В результате социальные индексы и отношение к Александру Лукашенко утратили связь с динамикой реальных доходов населения.

В частности, декабрьская девальвация, вопреки ожиданиям, не привела к снижению рейтинга доверия главы государства: декабрь 2014 года — 50% (опрос проведен до введения 30-процентного валютного сбора), март 2015 года — 49%.

Приведенная ниже таблица позволяет нам составить социально-демографический портрет сторонников и противников Лукашенко и сравнить его с портретом сторонников и противников присоединения Крыма к России.

Распределение ответов на вопросы «Доверяете ли Вы А.Лукашенко?» и «Как Вы оцениваете присоединение Крыма к России?» в зависимости от пола, возраста и образования респондентов, %

 
отношение к Лукашенко

отношение к присоединению Крыма

доверяют
не доверяют
одобряют
осуждают
пол:
мужской
40
49
54
27
женский
56
32
62
18
возраст:

от 18 до 29

32
55
48
30

от 29 до 39

35
51
54
27

от 40 до 49

47
40
56
18

от 50 до 59

49
38
64
22

от 60 и старше

75
16
71
14
образование:
начальное
85
5
75
10

неполное среднее

78
14
71
12

среднее общее

44
43
60
19

среднее специальное

40
48
53
26
высшее
43
47
51
30

Склонность женщин в большей степени, чем мужчин, доверять авторитарным политикам — «медицинский» факт. Лучшая половина республики-партизанки в этом смысле не является исключением.

Нет ничего удивительного и в том, что доверие Лукашенко повышается с возрастом респондентов. Но рекомендую обратить внимание на скачкообразное увеличение сторонников авторитарного «батьки» в последней возрастной когорте (с 49% до 75%).

Большинство нынешних пенсионеров двадцать лет назад входило в третью возрастную когорту (от 40 до 49 лет). На первых президентских выборах в 1994 году особого уровня поддержки будущего главы государства они не демонстрировали: 32% vs. 55% в группе 60 и старше.

Таким образом, электоральные предпочтения многих белорусов определяются не ценностями, а ситуацией. Пока относительно молоды и способны активно выстраивать личные жизненные стратегии — голосуем за демократов, потеряв с годами личностный ресурс — за Лукашенко.

Самый высокий уровень доверия главе государства демонстрируют белорусы с начальным образованием (привет модернизации!). Вместе с теми, кто не сумел окончить среднюю школу, они образуют ядро сторонников Лукашенко.

Но дальше начинается самое интересное. Политические предпочтения белорусов с высшим образованием практически ничем не отличаются от предпочтений тех, у кого среднее или среднее специальное образование!


Реинкарнация «человека советского»

Классик российской социологии Юрий Левада различал элиту публичную и элиту социальную.

Публичную элиту составляют те деятели, которые обращаются к обществу как к публике. Эта категория элиты действует преимущественно через СМИ. Она способна заинтересовать, вдохновить, но в ее функции не входит передача практических образцов и специальных знаний.

Основная функция социальной элиты — передача практических образцов с помощью профессиональных коммуникаций и контактов (педагоги, руководители нижнего и среднего звена и т.п.).

Ядро социальной элиты в Беларуси состоит из так называемых бюджетников. То есть людей, чье благополучие зависит от щедрот государства. Они и вносят основной вклад в воспроизводство «человека советского» в белорусском обществе.

Обратимся к третьей и четвертой колонкам помещенной выше таблицы. Ни в одной из выделенных групп, за исключением младшей (от 18 до 29 лет), доля позитивных оценок присоединения Крыма к России не опускается ниже 50%!

Такова реальность. И в ее формировании не следует преувеличивать роль публичной элиты России. Она только помогла скрытую структуру белорусского общества сделать явной.

Как тут не процитировать Отто фон Бисмарка: «Битву при Садовой выиграл прусский учитель». Электоральные битвы за будущее Беларуси проигрываются демократическими силами при самом активном участии белорусских учителей на стороне власти.

Это они составляют костяк большинства участковых избирательных комиссий. Но это не главное. Основная функция социальной элиты — передача практических образцов. На этих образцах и формируются правильно голосующие избиратели.


Об авторе

Сергей Николюк — аналитик, эксперт НИСЭПИ. В отличие от молодого поколения профессиональных политологов весьма скептически относится к западному гуманитарному наследию, будучи уверенным, что оно создано для описания иного типа общества. Отсюда склонность к цитированию российских авторов, в первую очередь социологов «Левада-центра».