Лукашенко взял курс на архаизацию

В белорусской модели экономического развития слово «развитие» официально признано лишним…

 
Сторонники модернизации могут расслабиться: в белорусской модели экономического развития слово «развитие» официально признано лишним.
 
 
22 мая Александр Лукашенко выступил на VII съезде Федерации профсоюзов. Учитывая реальный вклад, которая организация вносит в «содействие развитию Республики Беларусь как демократического социального правового государства» (цитата позаимствована на сайте ФПБ), трудно было ожидать от выступления главы государства особых откровений.
 
Однако я ошибся. Выступление получилось программным. Его можно смело поставить в один ряд с докладами, посвященными белорусской модели (март 2002 года) и государственной идеологии (март 2003 года).
 
В том, что белорусская модель является авторитарной, сомневаться не приходится. Сам отец-основатель об этом заявлял неоднократно. Однако авторитаризм не исключает экономического роста. Международная статистика это подтверждает. Если в период с 1820-х до 1950-х годов демократические страны увеличивали подушевой ВВП в среднем на 2% в год, а диктатуры — на 0,86%, то с 1950 года эти показатели составляют 2,4% и 2% соответственно.
 
Но 2% подушевого роста ВВП в год — это аналог средней температуры по больнице. Кто-то растет быстрее. Кто-то деградирует.
 
«Для всех успешных диктатур, — отмечает российский экономист Андрей Мовчан, — общим правилом является опора на британско-американскую систему права, приглашение во власть выпускников британских и американских вузов, стимулирование получения западного образования элитой».
 
«Можно говорить и шире, — добавляет Мовчан, — все более или менее успешные диктатуры имели своего рода долгосрочный контракт с условным Западом, включавший в себя масштабные инвестиции, открытые рынки для западных корпораций, двухсторонние торговые преференции и прочее».
 
 
100 шагов за казахстанский горизонт
 
Сингапур идеально укладывается в описание Мовчана. Как тут не вспомнить, что на начальном этапе строительства государственности диктатор Ли Куан Ю вывел из под национальной юриспруденции (читай, из под собственного контроля) судебную ветвь власти, передав функцию высшей судебной инстанции Королевскому суду в Лондоне.
 
Но Сингапур далеко. Не каждый отыщет его на карте. Между тем позитивный пример формируется на наших глазах в границах Евразийского экономического союза. И пример этот подает Казахстан.
 
В конце мая в «Казахстанской правде» был опубликован документ «100 шагов». Они направлены на реализацию пяти институциональных реформ, заявленных в предвыборной программе президента Нурсултана Назарбаева. Ограничусь одним пунктом из раздела II «Обеспечение верховенства закона».
 
Итак, пункт 25 предусматривает «создание Международного совета при Верховном суде РК для внедрения лучших международных стандартов с участием авторитетных зарубежных судей и юристов. Совет будет консультировать Верховный суд по вопросам совершенствования казахстанского правосудия».
 
В качестве комментария приведу фрагмент интервью председателя правления Сбербанка России Германа Грефа: «Если из этих 100 шагов будет сделано хотя бы 50, а будем надеяться, что будет сделано больше, то, очевидно, Казахстан будет принципиально другим государством».
 
 
Не по закону, а по справедливости
 
А теперь самое время вернуться во Дворец культуры профсоюзов. Главная идея президентского выступления на съезде ФПБ — не допустить трансформации Беларуси в принципиально другое государство, то есть государство современное.
 
Назарбаев, подобно Ли Куан Ю, провозглашает курс на внедрение лучших международных стандартов в национальную судебную систему. А чем в это время озабочен его белорусский коллега?
 
Он обращается к опыту средневековья, когда право рассматривалась в качестве производной от справедливости: «Но в основе вот этой вашей (членов ФПБ. — С.Н.) позиции должна быть справедливость. Делайте справедливо. В законах все не пропишешь. Но мы-то люди, мы же славяне, мы же понимаем, что такое справедливо, поэтому поступайте справедливо, если не хватает того или иного закона и нормативного правового акта».
 
Все верно. Принцип социальной справедливости занимал и продолжает занимать важное место в культурной модели восточных славян. Обратимся к опросу НИСЭПИ (март 2013 года).
 
Среди перечня характеристик идеальной страны на втором месте оказался вариант ответа: «Справедливость для всех». На третьем месте вариант: «Чиновники — профессионалы, а не друзья, или родственники других начальников». Несложно заметить, что это всего лишь вариация на тему справедливости.
 

Представьте себе, что Вы живете в идеальной стране. Как она должна выглядеть? Какие характеристики должны быть в этой стране?
(возможно более одного ответа)

вариант ответа

%

Люди могут добиваться успеха и зарабатывают хорошие деньги

42

Справедливость для всех

36

Чиновники — профессионалы, а не друзья, или родственники других начальников

33

Люди много работают и много зарабатывают

27

Президент служит людям, а не господствует над ними

24

Люди чувствуют себя свободными

23

Люди могут выбирать собственную судьбу

20

Решает народ, а не президент

14

 
Но на дворе XXI век. Руководителю Беларуси как дипломированному историку следует знать: там, где живут «по справедливости», правит произвол.
 
«Никакой идеальной модели справедливости нет и не может быть. — отмечает российский экономист Александр Аузан. — Не потому, что люди плохи, а потому, что люди разные».
 
Кто и по каким критериям уполномочен определять, что справедливо, а что нет? Разумеется, можно воспользоваться критерием правителя государства Селевкидов Антио́ха III (241-187 до н.э.): всегда справедливо то, что постановлено царем.
 
Этим критерием, если вчитаться в текст выступления, Лукашенко и руководствуется. Один пример: «И надо понимать, если глава государства говорит, что главное — это народ, значит, этот народ должен быть главным в этой стране, и прежде всего для иностранцев, которые сюда приходят».
 
Народ в Беларуси — главный. Кто бы спорил! Но при чем тут глава государства? Читайте преамбулу Конституции!
 
 
***
 
Осенью 2007 года власть в Беларуси взяла курс на либерализацию. Разумеется, не от хорошей жизни. Белорусская модель уверенно демонстрировала свою неконкурентоспособность в условиях двукратного повышения цены на российский газ. Черту под либерализацией подвела Площадь 19 декабря 2010 года. «Наелись демократии», «То же самое рыночная экономика — наелись» — такие выводы прозвучали тогда из уст главы государства.
 
И наелись на все последующие сроки Лукашенко на посту главы государства.
 
На кризисы человек может отвечать либо поиском новых решений взамен утративших свою эффективность, либо возвратом к старым ценностям. Второй тип ответа в политологии принято называть «архаизацией».
 
Так вот, если коротко — Лукашенко взял курс на архаизацию.
 
 

Об авторе

Сергей Николюк — аналитик, эксперт НИСЭПИ. В отличие от молодого поколения профессиональных политологов весьма скептически относится к западному гуманитарному наследию, будучи уверенным, что оно создано для описания иного типа общества. Отсюда склонность к цитированию российских авторов, в первую очередь социологов «Левада-центра».