Кому дадут мандаты на белорусских парламентских выборах 2016 года?

У властей нет оснований тревожиться за сюжет парламентской кампании. Оппозиция не в состоянии навязать свою игру…

Выборы в Палату представителей пройдут в Беларуси в первых числах сентября 2016 года, избирательная кампания начнется в июне. Об этом сообщила в минувшую пятницу председатель Центральной комиссии по выборам Лидия Ермошина.

Выборы же по партийным спискам, подчеркнула она, противоречат конституции: «Пока у нас будет существовать институт отзыва депутатов, я об этом говорю постоянно, мы не можем ввести смешанную систему».

Трудно вообразить, что в оставшиеся до очередной электоральной кампании месяцы власти бросятся переиначивать Основной закон. С какой это радости?

Вождь не склонен делиться даже крохами власти

За мажоритарно-пропорциональную систему (то есть чтобы, скажем, половина депутатов избиралась не по округам, а по спискам партий) ратовали даже Сергей Гайдукевич и Николай Улахович — экс-кандидаты в президенты на недавних выборах, всячески демонстрировавшие лояльность к Александру Лукашенко.

Понятно, что именно он, а не Ермошина, решает, быть или не быть каким-то хоть декоративным новациям в политической системе. Но бессменный президент ранее всегда отбрасывал идеи развития даже ограниченной многопартийности, несколько раз зарубал проект превращения провластной организации «Белая Русь» в партию власти.

И пока не видно сильных факторов, которые понуждали бы Лукашенко к усложнению игры на внутриполитическом поле, делегированию хотя бы символических крупиц власти другим, пусть и вполне управляемым фигурам да структурам.

Напротив, рекордный официальный результат действующего президента на выборах 11 октября — 83,5% — показывает, что тяга к вождизму только усиливается. Зачем Лукашенко партия власти, если он сам — воплощение безраздельной, абсолютной власти?

Любую новацию легко превратить в издевательство

Правда, поползли слухи, что проект партии власти все же может получить зеленый свет на намечаемом 5-м Всебелорусском народном собрании.

Представим себе, что по каким-то причинам наверху действительно решатся на выборы по партийным спискам с последующим формированием фракций в парламенте. Ну, скажем, напоказ Европе: вот, теперь у нас, как и у вас.

Однако пока в Беларуси в принципе нет хотя бы относительно прозрачных выборов, депутатские мандаты де-факто все равно будут распределяться сугубо между теми персонами и структурами, которые наверху пройдут негласную фильтрацию на лояльность.

Белорусская вертикаль прекрасно научилась выхолащивать любую формально демократичную норму.

Вспомним: в начале 2010 года на потребу Западу ввели в избирательное законодательство квоту представительства в избиркомах от партий и общественных организаций. Причем квоту солидную — в треть состава.

И что мы видим? Эта треть почти под завязку заполняется выдвиженцами той же «Белой Руси», официозных профсоюзов, БРСМ и пр. Оппозицию же, которую чиновники трактуют как деструктивную, раз за разом аккуратно динамят, и обжаловать это «от винта!» нет юридической возможности. Короче, квоту превратили в издевательство.

При нужде превратят в издевательство и выборы по партийным спискам. О чем тут говорить, если неугодные партии вроде «Белорусской христианской демократии» не регистрируются много лет, вынуждены существовать полулегально в виде «оргкомитетов по созданию».

Если же в Палате и возникнут фракции партий Гайдукевича да Улаховича, так прямолинейно славивших мудрого вождя во время минувшей кампании, то на новую страницу белорусской демократии это будет мало похоже.

Впрочем, Запад, кажется, и не настаивает на выборах по партийным спискам. Рекомендации ОБСЕ и требования белорусской оппозиции по части свободных, справедливых выборов делают акцент на другом: нужно дать гарантии включения оппозиции в избиркомы, сократить или отменить досрочное голосование, а главное — от и до показывать наблюдателям процедуру подсчета.

На власть можно давить, когда есть чем давить

Ныне представители бойкотного крыла оппозиции, которым стратегия игнора минувших президентских выборов ожидаемо не дала ничего, пытаются сформулировать очередные требования к властям по поводу условий грядущей парламентской кампании.

Хорошо, а если на это грозное заявление снова наплюют с высокой колокольни, то что?

На власть можно давить только тогда, когда есть чем давить. Много ли новых штыков дал ее структурированным противникам игнор? Народ остается аполитичным, инертным.

По этой же причине слабы на сегодня и надежды идеологов мирных перемен, что власть начнет лавировать, уступать, склоняться к реформам, увидев, сколько людей на самом деле поддерживает более мягкую, не «майданную» оппозицию в образе кампании «Говори правду» и ее выдвиженки Татьяны Короткевич.

Во всяком случае, те несчастные 4,4% голосов, которые официально отжалели Короткевич на выборах-2015, скорее, симптом того, что и с мягкой оппозицией наверху заигрывать не склонны.

Тем не менее, «Говори правду» без вариантов идет на парламентские выборы 2016 года и уже нацеливается на президентские 2020-го. Не исключено, что решат участвовать в кампании будущего года и некоторые структуры, пришедшие к выводу, что ставка на игнор — это путь к окончательной маргинализации.

Снова будет несколько колонн?

Но в таком случае оппозиция традиционно пойдет на выборы разными колоннами. Ну не сварят кашу с «Говори правду» те, кто уже вербально испепелил ее гневом и презрением («агенты режима» — это еще не самые хлесткое определение).

Вполне вероятно, что даже формально окончит существование квазикоалиция «Народный референдум», субъекты которой уже отказали Короткевич в поддержке на минувших выборах.

Да и среди остальной оппозиции нет единства, взаимного доверия. Идеологические платформы тоже иной раз не совмещаются.

Вот вроде и не отменяли коалицию «Талака», но лидеры двух крупнейших сил в ее составе — председатель «Справедливого мира» Сергей Калякин и глава Объединенной гражданской партии Анатолий Лебедько — на выборах-2015 баллотировались каждый сам по себе (оба — неудачно).

Сейчас же у этих двух лидеров явно разные позиции по поводу предполагаемой российской авиабазы в Беларуси. А это в нашей ситуации водораздел принципиальный, почти мировоззренческий.

И вы верите, что оппозиция сможет пойти на выборы в Палату представителей единым блоком, с единым посланием? Обозреватели сомневаются, что хотя бы округа оппоненты режима поделят по-джентльменски.

Впрочем, может, особо и делить не придется, поскольку желающих выдвигаться в парламент от оппозиции все меньше. И качество выдвиженцев, откровенно говоря, все хуже от кампании к кампании: на арену выходят в основном те, кому нечего терять, и выглядят они откровенными маргиналами.

Да, «Говори правду» на этом фоне выгодно выделяется и активом, и базой сторонников, и опытом применения политтехнологий. Но все равно вопрос о выдаче/невыдаче мандатов будет решаться наверху. И относительно всех субъектов этот вопрос будет решаться на непрозрачных условиях.

Власть организует выборы себя

В общем, у руководства Беларуси на сегодня нет оснований тревожиться за сюжет парламентской кампании. Оппозиция не в состоянии навязать свою игру, а народ, приученный к всевластию «батьки», вообще слабо представляет, зачем нужны другие ветви власти.

У правящей же верхушки на сегодня нет особых резонов своими руками создавать себе проблемы даже через карманную демократию. Был уже опыт группы «Республика» в Палате представителей второго созыва (2000–2004 годы), когда вроде бы лояльные фигуры во главе с ныне покойным генералом Валерием Фроловым взбунтовались. Зачем снова головная боль?

Новый состав Палаты, скорее всего, тоже окажется «стерильным» или почти «стерильным».

Устами той же Ермошиной власти ныне дают понять, что изменять избирательное законодательство в угоду требованиям оппозиции и ОБСЕ не разгонятся. Хотя при этом декларируется готовность к сотрудничеству с международными структурами. Декоративные поправки можно долго мусолить, чтобы потом внести с видом исторической уступки.

Впрочем, даже слабая оппозиция создает вертикали психологический дискомфорт. Ермошина посетовала, что из-за активности независимых наблюдателей на выборах 11 октября «комиссии, особенно в крупных городах, особенно в Минске, работали в очень тяжелых моральных условиях».

Да уж, можно подумать, что огражденные силовиками избиркомы были прямо-таки затерроризированы.

А главное, белорусское начальство забыло, что вообще-то выборы — это политическая борьба, которая по определению дискомфортна. Белорусскому начальству хочется проводить выборы в мягких тапочках, на полном расслабоне.

Для этого желательно выключить не только оппозицию, но и народ. Что, впрочем, почти уже и сделано.