С нами едет ревизор...

Ревизоры заинтересованы в том, чтобы «продать» штрафную квитанцию: с каждого штрафа половина идет в карман...

Явно прибавится работы у ревизоров после отмены льгот. Сейчас, правда, в контрольной службе «Минсктранса» говорят, что ревизоры работают в обычном режиме, и штат службы не увеличился.

Корреспондент «Белорусских новостей» проехала вместе с ревизорами по маршруту, чтобы своими глазами увидеть, как работают люди в синих жилетах.

Бригада, с которой мне предстояло ездить по маршруту «Вокзал — Автозавод», состояла из двух штатных ревизоров и двух внештатниц. Сотрудники различных филиалов «Минсктранса» время от времени работают на проверке билетов вместе с ревизорами.

В штате «Минсктранса» работает семейная пара — Виктор и Тамара Крезо. По словам Тамары, много лет назад она работала на заводе, но когда ушла в декретный отпуск, стала подрабатывать контролером, да так и осталась в контрольной службе. Теперь работает на пару с мужем.

В половине второго мы подходим к остановке рядом с Восточным автовокзалом, чтобы выйти на линию, как говорят ревизоры. В это время начинает работать вторая смена, поэтому бригад на остановке несколько, они разъезжаются по очереди, по ходу дела проверяя билеты.

«Тяжелый маршрут, — говорит Тамара Крезо. — Длинный, транспорт часто полный». Хотя, признает она, довольно спокойный: рабочие, которые чаще всего ездят по этой линии, обычно платят за проезд. Другое дело — Сухарево: «Там же «элита» живет — они талоны не пробивают».

Когда к остановке подходит автобус или троллейбус, видно, как пассажиры тянутся к компостерам, чтобы пробить талоны. Те, кому пробивать нечего, быстро выскакивают из машины. Безбилетников можно опознать по довольным улыбкам: успели. Ревизоры это знают и забавляются ситуацией: «Выходите, выходите, нам же лучше будет билеты проверять!» — приговаривает Виктор Крезо.

Мы заходим в автобус. Пробиваются контрольки, чтобы сверять рисунок компостера. У большинства пассажиров есть билеты и проездные. Виктор Крезо подходит к двум студенткам: «Вы пробили талон два раза: видите, здесь лишние дырки». «Может быть, я не заметила, там было совсем слабо пробито...» — оправдывается девушка. Ревизор предлагает заплатить штраф. Девушка говорит, что у нее нет денег. «Тогда на выход!»

Вторая «зайчиха» попалась возле вокзала. Девушка говорила, что у нее нет денег на билет. Ревизоры ей не верили: «Чтобы в наше время не было 600 рублей на талон — это смешно!» На студентку насели вчетвером, припугнули милицией и штрафом в три базовые — и заставили-таки купить талончик. «Вы меня без денег оставили, а мне еще на автобусе ехать сегодня!» — в сердцах бросила она и ушла на другую остановку. Мы же продолжили свой рейд.

Ревизоры заинтересованы в том, чтобы «продать» штрафную квитанцию: с каждого штрафа половина идет в карман ревизора. Но при этом плана «по штрафам», как такового нет, уверяет меня Виктор Крезо. «Нам всегда говорят: главное — чтобы пассажир оплатил проезд. Потому что деньги от штрафа идут в городской бюджет, а от проданного талона — непосредственно «Минсктрансу».

Пока мы стоим на остановках, к нам подходят люди и спрашивают, можно ли купить талоны. Кстати, и за каждый проданный талон ревизоры получают небольшой процент, как и кондукторы.

Пассажиры реагируют на работу ревизоров по-разному: кто-то безропотно предъявляет документы на проезд, кто-то, пытаясь отыскать билет в кармане или сумке, выплескивает раздражение на проверяющих. Те, кто проезд не оплатил, чаще всего говорят, что забыли это сделать и порываются пробить талон. В таких случаях Виктор Крезо непреклонен. Почти. Он требует заплатить штраф, но если пассажир оказывается «непробиваемым», то нехотя позволяет закомпостировать талон.

На отсутствие денег жалуются студенты: льготы отобрали, а денег на полные талоны нет. «Вам же университет выдает проездные! — говорит ревизор, глядя в студенческий билет студента БНТУ. — Я сегодня в газете прочитал, что вам всем выдадут проездные». («СБ. Беларусь сегодня» написала, что некоторым студентам БНТУ будут выдаваться проездные на один вид транспорта. — прим. К.А.) «Вы верите в эти сказки?» — мрачно парирует юноша и лезет в карман за деньгами, чтобы заплатить штраф.

Виктор Крезо считает, что отсутствие льгот на проезд студентам надо компенсировать прибавкой к стипендии или выдачей проездных всем студентам. При этом «очень хорошо, что сделали платным проезд для милиционеров», считает ревизор: «Раньше была напряженность, пассажиры возмущались: мы, мол, работаем так же, как и милиция, но должны платить за проезд. А сейчас я захожу в троллейбус, там стоит милиционер, в руке у него талон — и другие пассажиры, глядя на него, тоже начинают оплачивать проезд».

За время, что прошло после отмены льгот, работа ревизоров не усложнилась: всегда были люди, которые не платят за проезд, их больше не стало.

За один проезд по маршруту от вокзала до Ангарской бригаде удалось «продать» две штрафные квитанции и больше десятка талонов. Работа в этот день была более или менее спокойной: никто не лез в драку, что иногда случается, пьяных или хамоватых пассажиров было немного. Что самое удивительное, совершенно не скандалили пенсионеры. Видимо, ко всему привычные, они предпочитают пробивать талончики, которые в одночасье стали дороже в два раза. Возмущались в основном все те же студенты и люди средних лет.

«Я ездила к сыну в больницу, за день пробивала пять талонов — это три тысячи!» — делилась с соседкой пассажирка. Очевидно, что для большинства белорусов проезд в общественном транспорте накладен. Кстати, количество людей, у которых были билеты и проездные, было практически равным, и на дороговизну проезда жаловались те, у кого были именно талоны.

Как сообщали «Белорусские новости», сейчас ежедневно на линии работает 30-40 бригад контролеров — штатных ревизоров и «внештатников», их количество будет постоянно увеличиваться. Больше станет и кондукторов.